Поставив кружку на прикроватную тумбочку, я отвернулась в сторону окна. Хотелось броситься к нему и попытаться оценить обстановку вокруг. Где мы находились? Могла ли я сбежать? Наверняка был шанс… но куда? В академию возвращаться нельзя. В поместье отца меня тоже найдут. А орден Мёртвых сестёр вряд ли примет, ведь им я нужна здесь… Глаза заболели, словно кто-то бросил в них добрую порцию песка.

— Посмотри на меня, Эстелла… Мы должны поговорить.

— Не должны, — отчеканила я.

— Должны. Пожалуйста, выслушай меня… Если бы был какой-то другой способ пробудить твою вторую ипостась, я бы никогда не позволил этому случиться. Ты не поверишь, если скажу, что испытываю не меньше боли, глядя на твои страдания, но это так.

Я хохотнула в голос.

— Мне хотелось бы избежать этого, но единственный способ победить в войне с ведьмами — пробудить голубую кровь дракона.

Засмеявшись с издёвкой, я посмотрела на своего мучителя. Не так, как смотрела на него раньше. Теперь я видела только тёмные его стороны, и это причиняло ещё больше боли.

— Так заботишься о своём брате, Ричард Де-Рагорн?

Я впервые произнесла его имя с отвращением, и оно ядом обожгло кончик языка.

— Ты ведь знаешь, что не его истинная?

— Хочешь сказать — твоя?

— У меня есть доказательства… Я не верил до последнего. Мне думалось, что эти чувства — влюблённость или что-то большее. Ты отличалась от остальных девушек, с которыми мне доводилось общаться, и этим смогла заинтересовать меня, а потом я начал чувствовать большее. Когда я чуть не погиб, а ты нашла меня… ты только подтвердила, что мы созданы друг для друга. Мы две половинки единого целого, и только вместе мы сможем обрести истинную силу.

Какой чувствительный. И говорил красиво, вот только я понимала главное — ему я нужна ради силы, пробуждения голубой крови. Если я не смогу сделать этого, Ричард оставит меня и так же легко переключится на любую другую, как это случилось с Розмарин.

— Вынуждена огорчить тебя — я не чувствую ничего. Ни к тебе, ни к твоему брату.

Ложь далась мне слишком легко. Она слетела с кончика языка так, словно была истиной. Единственным верным знанием. Мне хотелось побольнее ужалить Ричарда, ударить в самое сердце, как он меня.

— Ты обманываешь себя и меня, Эстелла. Я понимаю твою боль и желание сделать больно мне. Я бы с удовольствием сделал это сам: уничтожил себя за то, что подверг тебя пыткам, но это необходимость. Мы не можем эгоистично ждать, пока ведьмы захватят империю. Если потребуется, я отдам в этой битве свою жизнь.

— И мою… Конечно. Даже не спросив у меня, — огрызнулась я.

— Ты ведь сама рискнула в день нашей помолвки. Ты готова была пожертвовать собой. Я понимаю, что должен был поговорить с тобой, но времени не было. Джейкоб начал действовать слишком решительно, а ведьмы уничтожают одно поселение за другим. У меня не оставалось иного выхода. Очнувшись и сообразив, что происходит вокруг, я понял, что должен решиться на этот шаг.

— После того как я спасла тебе жизнь… дважды!.. Ты даже не удостоил меня разговором.

Ричард опустил голову.

Ну конечно!.. Стыдно?

— Оба раза ты чуть было не погиб… И я оказалась рядом. Этого было недостаточно, чтобы поговорить со мной, прежде чем в очередной раз ты подвергнешь меня мукам? Ты доверился предателям… но не мне.

— Охотники не предатели, Эстелла, прошу, просто выслушай меня.

— Ты прав, ведь ты самый главный предатель. Я рисковала собой… я могла застрять в проклятом портале… Уходи, Ричард. Я больше не хочу тебя видеть. Ты доверился тем, кто пытался отравить тебя, но мне… спасшей тебе жизнь… Ты даже не попытался поговорить со мной. Я ошибалась в тебе и твоём брате: в Джейкобе больше человечности, чем в тебе. Он не действует исподтишка и говорит правду.

— Эстелла… я делаю это ради империи. Розмарин и Беладонна всё рассказали мне, они познакомили меня с главой ордена Охотников. В тот день они не хотели отравить меня, только погрузить в состояние коматозного сна, потому что охотники получили видение. Видели мою гибель в ближайшее время. Они пытались отсрочить этот момент, пока моя истинная не пробудится и не поможет мне. Ты спасла меня тогда, но всё могло закончиться гораздо хуже. Чудо, что нить привела тебя ко мне в тот момент, ведь пока ты не пробудила вторую ипостась, ты не могла почувствовать меня. Ты почувствовала, подтвердив, что пробуждение слишком близко. Нам нужен дракон с голубой кровью, чтобы оказать достойное сопротивление.

— Пусть пробуждается Розмарин и помогает тебе. Господи! Да женитесь с ней уже, раз ты с такой теплотой высказываешься об этой ведьме… а меня оставьте в покое. У меня раскалывается голова, и я не хочу говорить с предателем.

Ревность всколыхнулась внутри. Сначала не замечал свою «невесту», а теперь говорил о ней с теплотой. Не она ли вонзит отравленную стрелу в моё сердце? Она ведь мечтала об этом. Наверняка мечтала. Я сомневалась, что Розмарин отступила от своих планов. Наверняка она по сей день продумывала коварный план по устранению соперницы. Пробудить голубую кровь дракона, а потом исчезнуть из его жизни — идеальное решение. Почему бы не воспользоваться им? Я не просто ревновала… нет… я разочаровалась в человеке, который доверял кому угодно, но только не мне.

— Охотники… — начал Ричард, но я тут же перебила его.

— Охотники уничтожают одарённых существ. Тебе ли не знать? Они работают на пятую ведьму!..

— Нет. Так действительно было до того момента, пока она не разорвала связь с ними. Даже у ведьмы нашлась уязвимость. Её слабостью оказался ребёнок, родившийся от любимого мужчины. Ребёнок должен был стать охотником и исполнить своё предназначение — пожертвовать жизнью и избавиться от тебя. Чтобы оградить его от этого, ведьма разорвала связь с остальными. Их сознание постепенно нормализировалось. Теперь они хотят помочь империи избавиться от тьмы, которую обрушат ведьмы, если мы ничего не успеем сделать.

Он сам верил в то, что говорил? А может, его одурманили? Глядя на кронпринца, я чувствовала, как в сердце проворачивается стальное лезвие. Причинит боль тот, кого я полюблю… Я успела полюбить Ричарда? За что? За его предательства? Он только и делал, что причинял мне боль… хоть вёл себя совсем не так, как в книге, но было больнее. Каждый раз я видела в его поступках благородство, желание спасти невинных, но какой ценой?

— Поцелуй меня, Ричард…

Мне хотелось понять, осталась ли хоть кроха здравого разума в его голове, есть ли хоть что-то от того человека, к которому в моём сердце проснулись чувства. Поцелуй способен был показать куда больше слов. Вот только во взгляде Ричарда появилось сомнение. Он больше не походил на легкомысленного парня, шутившего и порой вгонявшего в краску своими словами — теперь в глазах были лишь решимость и серьёзность. Мне важно было, чтобы этот Ричард, хладнокровный и готовый пожертвовать мною, запечатлел поцелуй на моих губах, окончательно уничтожив то тёплое чувство, что зародилось в груди.

— Нет. Ты этого не хочешь сейчас. Я сделаю это, только если увижу прощение и понимание в твоём взгляде. Я не хочу, чтобы ты сильнее возненавидела меня.

Ричард встал со стула, на котором сидел у моей кровати. Он приблизился к двери и обернулся.

— Скоро тебя спустят в подвальную комнату, чтобы продолжить взывать к твоей второй ипостаси. Если тебе потребуется что-то… Ты всегда можешь потребовать или обратиться ко мне. В конце концов, всем известно, что ты истинная будущего императора, они не посмеют ослушаться.

— Катись к дьяволу! — процедила я с ненавистью и отвела взгляд в сторону.

Отчего-то я не верила в благие намерения охотников. Даже если всё было так, то они не имели права выкрадывать меня из академии и делать то, что взбредёт в голову. Даже император не прибег к этому методу, а они… Ричард снова причинял мне боль. Я вспомнила, как он впервые пытался выяснить, каким даром я обладала… Это было мучительно и больно, но не настолько сильно как сейчас. Возможно, у них и получится пробудить мою вторую ипостась, но им уже удалось воскресить злодейку, которая оттаяла, когда узнала, что вернулась домой. А теперь моё сердце превращалось в камень. Я вспомнила Ниэллу… подумала об отце и Огненной. Как и Ричард, я хотела бы вернуть мир в империю, но не могла сотрудничать с теми, кто не доверяет мне. Если кронпринц действительно прав, и я его истинная — я помогу ему пробудить голубую кровь, а потом исчезну из его жизни. Я больше не могла доверять Ричарду. Пыталась забыть о первых испытаниях, но теперь он воткнул нож в спину, и я не знала, смогу ли так просто забыть об этом. Всё смешалось в голове. Я понимала, что Ричард пытался защитить империю — следовал своему долгу, но мне хотелось хоть что-то значить для него. Он не доверял мне, не поговорил, а просто бросил в полымя.