Картинка взята из открытых источников.
Официально передача этих земель была закреплена Столбовским мирным договором 1617 года, а позднее и Кардисским мирным договором 1661 года. Как бы мы не возмущались, но вина за утерю этих земель лежит полностью на русской стороне, и шведы здесь абсолютно не причем.
Кстати, это понимал, даже Петр I, которому, по большому счету, было наплевать на все условности, договоренности и обещания. Именно поэтому в манифесте № 1811 от 19 августа 1700 года (ПСЗРИ, том 4) причина войны сформулирована настолько туманно, что трудно догадаться, в чем вообще дело:
«Великий государь указал: Шведского короля, за многие его к нему Великому государю неправды и что во время его государева шествия через Ригу, от рижских жителей чинились ему Великому государю многие противности и неприятности, идти на его, шведского короля города своими, Великого государя людьми войной…».
В хронологическом порядке Северная война это уже вторая попытка вернуть прибалтийские земли. Первая была предпринята Алексеем Михайловичем по подсказке «мудрых товарищей» из Европы (австрийцев) в 1656 году, однако поводом для войны тогда послужила якобы ошибка шведских дипломатов в царском титуле при третьей ратификации Столбовского мира в 1655 году. Бред конечно, но, как видим, ничего более существенного не нашли или не придумали, не напишешь же прямо, что собрались отобрать земли, которые сами добровольно отдали!
Для тех, кому интересно, напомню, как звучал полный титул Алексея Михайловича Романова (просто для наглядности, можно не читать):
«Божиею милостью, Мы, Великий Государь, Царь и Великий Князь Алексей Михайлович, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержец Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Сибирский, Государь Псковский и Великий Князь Литовский, Смоленский, Тверской, Волынский, Подольский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных, Государь и Великий Князь Новагорода Низовския земли, Черниговский, Рязанский, Полоцкий, Ростовский, Ярославский, Белоозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея Северныя страны Повелитель, и государь Иверския земли, Карталинских и Грузинских Царей, и Кабардинския земли, Черкасских и Горских Князей и иных многих государств и земель, восточных и западных и северных, отчич и дедич, и наследник, и Государь, и Обладатель».
А, была ли вообще у России причина для войны со Швецией?
Напомним, что весь XVII век Швеция является стратегическим торговым партнером России — единственным поставщиком железа и меди в обмен на продовольствие. Начиная войну со Швецией, нужно было понимать, что сразу после первого выстрела эти поставки прекратятся. Война, стала «спусковым механизмом» петровских реформ — нужен металл, а взять негде, хочешь, не хочешь, а придется развивать металлургическую промышленность. Мощностей своих железоделательных заводов (Тульских и Каширских) явно недостаточно, а медных вообще нет. Именно неудачное начало Северной войны заставило Петра I начать реформы, о которых он до этого одиннадцать лет даже и не помышлял. Хронологически эти два события совпадают.
Понимая всю нелогичность поступков своего кумира (заключение перемирия с Турцией в 1700 году, и объявление войны Швеции) академик Молчанов не придумал ничего лучшего, чем объявить восемнадцатилетнего мальчишку Карла XII потенциальным агрессором, а Петра I пророком:
«Задачи, стоявшие перед Россией на юге, на первый взгляд, казались более неотложными…. Но именно с севера и с запада могли возникнуть, и обязательно возникла бы рано или поздно, неизмеримо более грозная, чем с юга опасность, хотя тогда (на рубеже XVII и XVIII веков) она непосредственно не ощущалась. Петр сумел это почувствовать и осознать, сумел отдать предпочтение важному перед срочным». (Молчанов Н. Н.)
На самом деле никаких проблем, на юге (с Турцией) и на северо-западе (со Швецией) у России в то время не было. Были проблемы с набегами крымских татар, однако, это легко решить одним росчерком пера — подписать мир на условиях Бахчисарайского мирного договора от 1681 года, но там Петра якобы не устраивает один пункт — выплата дани Крымскому хану. Многие читатели сейчас наверняка присоединятся к его мнению — ведь платить дань, значит признавать свою зависимость от Крымского хана. На самом деле это не более чем очередной миф. Для государства двадцать тысяч рублей не такая уж большая сумма за спокойствие на южных рубежах — это прекрасно понимал Федор Алексеевич, заключая в 1681 году этот мирный договор. Напомню, что завоевав в 1783 году Крым (или присоединив, кому, как нравится), Екатерина II выплачивала Крымскому хану «содержание» — 200 000 (двести тысяч) рублей ежегодно — фактически та же дань, только в десять раз больше и называется по-другому! Однако никто не возмущался и не считал, что Россия находится в чьей-то зависимости!
Вернемся к Швеции.
Историки утверждают, что Петр I не мог избежать этого конфликта, что столкновение России и Швеции было предопределено. Основная причина — отсутствие у России выхода к берегам Балтийского моря, и как следствие, невозможность вести активную внешнюю торговлю с европейскими странами, а это в свою очередь якобы тормозит развитие всей русской промышленности, которой на самом деле еще и в помине нет.
Для того чтобы что-то продать, нужно это что-то иметь! А, что может предложить Россия странам Запада в XVII веке? Дары лесов, полей и рек! Продукты, сырье, в лучшем случае полуфабрикаты. Для того чтобы убедиться в этом, достаточно ознакомиться с перечнем экспортных товаров архангельской таможни XVII века:
Кожи- 370 900 рублейМеха- 98 000 рублейСвиная щетина −25 600 рублейПоташ −120 000 рублейВоск −15 700 рублейМоскательный товар −14 800 рублейТкани −23 000 рублейШпик и мясо −33 000 рублейСало −126 000 рублейИкра −30 000 рублей
Как видим, здесь нет промышленных товаров, все это либо продукция крестьянских хозяйств, либо промысловые товары. Отдельные позиции можно рассматривать как полуфабрикаты (поташ), но не более того. Даже ткань — это просто грубые крестьянские холсты.
Отсутствие активной внешней торговли это результат господства натурального хозяйства на всей территории России и выход к берегам Балтийского моря никак не исправит эту ситуацию!
Самое интересное, что Швеция никогда не стесняла внешнюю торговлю России. А вот, об этом апологеты Петра I дружно умалчивают.
Дело в том, что договор, заключенный русской и шведской сторонами в Столбове в 1617 году, включал и ряд статей, непосредственно касающихся вопросов торговли. Россия получила право держать торговые дворы в Стокгольме, Выборге и Ревеле (Таллинн), Швеция — в Москве, Новгороде и Пскове. Купцы свободно могли отправлять свои религиозные обряды и богослужения, нельзя было только строить новые церкви. Да, было оговорено, что русские торговые люди имеют право торговать в шведских владениях только с купцами, находящимися в шведском подданстве. Но, что это меняет? В Архангельске англичане и голландцы полностью захватили в свои руки посредническую торговлю между Россией и Западом. Чем в таком случае отличается торговля в Архангельске от торговли на Балтике? Да, ничем, разница только в том, что посредники другие.
Кстати, запрет на выезд русских купцов в Европу через шведские владения — это ответная мера на запрет шведским купцам ездить в Персию через русские земли. При взаимном согласии сторон запрет мог быть отменен, но московские власти на это не пошли.
«Петр вступил в договор против Швеции с Августом II и с Данией, и тогда же Петр собирался воспретить русским купцам, возить товары в Нарву, Ревель и Ригу. Ведь вовсе не одно только желание сосредоточить торговлю в Архангельске было главной причиной указа. Русско-шведская торговля продолжалась, так как этот указ был в 1699 году отсрочен, и в момент начала войны в 1700 году в Стокгольме, как писал русский резидент князь Хилков Ф. А. Головину, было русских товаров на 100 тыс. рублей». (Тарле Е. В.)
