Это если разогнать их до скорости в половину световой и…
Что будет конечно прямым нарушением первого пункта конвенций принятых Центральными Мирами, однако сир Джордан уже полагал необходимым держать в уме эту возможность.
Система Лусон, Протекторат, точка 3 маршрута Великого Флота, 81 день войны.
Переход к точке три снова не обошелся без сюрпризов, сначала двенадцать часов было потеряно еще в системе Дельфине из-за аварии на одном из союзных «Архангелов». Срочное исправление неполадок которое капитан дредноута системного флота Мореи обещал сделать за три часа растянулось на срок вчетверо больший. И все это время Великий Флот ждал всего один корабль. Войдя во врата выяснилось что два других старых линкора почему-то притормаживают, что привело к лишним тридцати часам в гиперпространстве. Затем на выходе уже в системе Лусон чуть не столкнулись два «Копьеносца», оба из флота Протектората. И снова задержка в два часа. Сир Монмарт никогда не командовавший такой огромной армадой сполна осознал насколько это тяжелое и нервное занятие. Каждый день на нескольких кораблях что-то случалось и слишком многие капитаны, особенно из союзников почему-то считали, что именно главнокомандующий обязан решать их проблемы. И на все это постоянно терялось время, драгоценное время буквально ускользающее у него сквозь пальцы. Сир Монмарт практически чувствовал, как каждый час задержки добавляет врагу новенький смертельно опасный квазар.
Добравшись наконец до военной базы около Лусон сир Монмарт обнаружил там приятный сюрприз эскадру эмирата Эрзурум с южной границы. Формально командовал там принц Мехмед, старший сын и наследник эмира. На деле все решения принимал старый опытный флотоводец, что сира Монмарта вполне устраивало. И эти двое привели с собой все новейшие корабли своей державы, представлявшей из себя типичное буферное государство-вассал Протектората. Новейший дредноут «Ататюрк», новенький линкор «Эмир Мустафа VI» названый в честь деда принца, еще один линкор по старше из первой серии «Воителей», три построенных в Протекторате «Серафима» и два линейных крейсера типа «Освободитель». Первые два корабля сделаны в одном из корпоративных миров по индивидуальным проектам, остальные на верфях Протектората. Сир Монмарт посетил в сопровождении принца его флагман и второй нетипичный линкор. Дредноут представлял собой более современную версию «Архангела», тот же яйцевидный корпус, но катапульты в ангарах под современные марк-48 и улучшенный контур гравиокомпенсатора позволявший новенькому дредноуту разгоняться до 105g. А линкор вообще был шедевром, ускорение 125g, просторный ангар при массе корабля 1,6 Мт вместимость под беспилотники 450 кт и аж 60 катапульт под запуск марк-48, которых на борту было 360 штук. В общем эта та же идея «Дортмунда», но в новой современной интерпретации. Этот корабль однозначно лучше «Воителей» и сир Монмарт поинтересовался делает ли верфь еще такие корабли. Сопровождавший принца адмирал Бархыз ответил, что пока это первый, но флот Эрзерума заказал производителю еще два. И насколько ему известно еще три заказа уже поступило от других союзников Ордена. Сир Монмарт пометил себе сообщить о новом перспективном проекте сиру Эркхарду. Хотя тот вероятно в курсе, верфь-производитель всего в семидесяти парсеках от Авалона. Кроме эскадры Эрзурума имелись три старых линкора, два из которых «Молоты бога», четыре крейсера типа «Крестоносец» и один «Копьеносец» от трех менее продвинутых союзников.
Эскадру принца сир Монмарт поставил в Центр отдельной колонной, остальные корабли распределил в соответствии со своими требованиями. После чего ознакомился с первыми рекомендациями сира Дональда по обороне от дагонских новинок. Пока они больше касались тактики. Новый военный эксперт Великого Флота подробно разобрал два самых удачных эпизода с обороной от новых головных частей. Это действия сира Барки при отражении атаки на «Дюрандаль» и действия вице-адмирала Шу при второй атаке дагонцев при Обри. Когда основной удар был на «Серафимы». В обоих случаях тактики независимо друг от друга пришли к выводу марк-44 надо ставить как можно ближе к обороняемым кораблям. Примерно в тысяче километров вместо обычных трех-пяти тысяч. Также очень помогал кувырок перед заходом головных частей на корабль. Новые дагонские изделия обычно выходили сзади в первую очередь стараясь поразить движки. Кувырок с резким торможением позволял подставить под атаку нос вместо кормы и резко снизить скорость, благодаря чему лазер беспилотника имел больше шансов не попасть в цель. Сир Монмарт с этими выводами согласился внезапный маневр прямо перед заходом вражеских беспилотников всегда позволял снизить ущерб. Тут нового мало, однако указать это всем капитанам флота еще раз просто необходимо. Хотя бы потому что огромное число из его подчиненных никогда в реальном бою не участвовали. И это касалось не только союзников из центра и севера. Флот Протектората тоже давно не имел равного себе противника.Многие корабли провели последнее время в глубоком тылу, в составе флота метрополии или вообще в резерве. И конечно их экипажи были готовы куда хуже ветеранов четвертой и пятой эскадр. Далее сир Дональд отметил случаи поражения головных частей, чаще всего их сбивали скорострельные лазеры, намного реже кинетические пушки. Доля импульсных боеголовок тоже была большой, но часто импульс накрывал головку когда та уже заняла позицию и отстрелялась. То есть постфактум. Чему было простое объяснение, боеголовка это по сути ракета и она медленнее. По одноразовой головной части квазара такое опоздание равнозначно промаху.
Сир Монмарт вызвал к себе леди Белинду, и пока женщина летела со своего крейсера, стал размышлять об основной триаде вооружения беспилотников. Лазеры считались самым эффективным оружием, атака со скоростью света с большой точностью. К сожалению слабое место любого энергетического оружия это дальность действия. Энергия с расстоянием рассеивается, это неизбежно.У кинетических пушек были свои плюсы, удар материей разогнанной до 0,4 от скорости света наносит огромные разрушения. Более того болванка летит теоретически на любую дистанцию и не теряет в силе воздействия. Проблемы в точности, ну и в том, что у современных боевых кораблей имеется надежная броня, многослойная, с силовым контуром, с распределением кинетической энергии. Из-за чего маленькие пушки беспилотника и любые осколки максимум повреждают только периферию.А попытки поставить кинетическое орудие большего калибра на беспилотник успехов не имели. Хотя бы потому что даже на «Копьеносце» его рельсотрон главного калибра весит около трехсот тонн и он броню дредноута ни при каких условиях не пробьет. Ну а рельстрон главного калибра с «Меча Правосудия» это вообще чудовище весом почти в четыре тысячи тонн. Даже если как-то поставить его на беспилотник больших размеров, то где взять энергию на выстрел? А этой энергии там нужна прорва. И вспоминаем марк-48 это всего чуть более тысячи тонн. Последняя известная версия беспилотника с крейсерским рельсотроном весила около двадцати тысяч тонн и показала крайне низкую эффективность. Да даже неподвижный форт с башней главного калибра линкора никак не удается сделать меньше ста тысяч тонн. Последним из триады были ракеты. В данный момент они свелись к двум типам – контактная ядерная боеголовка весом в две тонны и мощностью в 25кт тротилового эквивалента. И импульсная боеголовка, таких же размеров, но для которой был характерен удар ЭМИ-излучением по площадям. От чего в радиусе примерно пятисот километров сгорала вся незащищенная электроника. В отличии от луча или разогнанной болванки, у ракеты имелся небольшой кварковый ускоритель. Небольшой но очень мощный, он тоже мог выдать 25000g, правда на очень короткий срок. Около ста секунд, а дальше ракета летела по инерции. Понятно что при атаке на беспилотник импульсная боеголовка очень часто запаздывала. И это было большой проблемой при пассивной обороне. Что толку если боеголовка настигнет уже отстрелявшийся беспилотник?Ранее применялись еще дешевые осколочные боеголовки, но в современном бою они уже почти вышли из употребления. Сир Монмарт хотел узнать у леди Белинды насколько эта проблема влияет на перехват. И можно ли как-то внедрить это для марк-44.
