— Ладно, Влад, ладно, — он примирительно поднял руки. — Как скажешь. Но если что-то пойдёт не так, помни о своём решении. И думай о тех последствиях, к которым оно скоро приведёт.

С этими словами Кир развернулся и ушёл, оставив своих товарищей. В тот момент Евгений так и не понял успокоился он или нет. Но впоследствии он не раз думал о том мог ли он хоть что-то сделать, исправить, изменить.

Ведь не сразу, лишь спустя время Евгений пришёл к твёрдому и однозначному выводу. Ведь всё, что случилось с ними впоследствии, всё с чем им пришлось столкнуться… Всё началось именно с этого момента. Именно с этой ночи. И Евгений раз за разом пытался понять, был ли у них другой путь? Хотя бы шанс на другой путь?

— Жень! Жень!

Ответа он не знал. И никак не мог найти.

— Жень!

Евгений вынырнул из своих мыслей и увидел лицо Марка, а рядом с ним взволнованного лунатика из числа учёных.

— Тебя тут спрашивают.

Евгений посмотрел на взволнованного лунатика.

— Госпожа Айрини хочет вас видеть, — сказал он.

Глава 30. Когда цель ускользает из рук.

Глава 30. Когда цель ускользает из рук.

Следом за пещерой ночь опускалась и на само поселение пустотников. Один за другим они выключили половину фонарей, а оставшиеся приглушили. Большинство самих пустотников закрылись по своим домам, лишь некоторые ещё доделывали какие-то дела — грузили бочки, ремонтировали различную технику, проверяли теплицы. Евгений наблюдал за ними удивляясь их быту, который совсем не казался ему простым. Скорее напротив, эти лунатики постоянно трудились, постоянно выживали. Здесь, среди этих пещер и туннелей, окружённые множеством опасностей. Могло ли это быть связанно с тем, что им, как и Евгению с его товарищами было некуда бежать?

Лунатик прошёл мимо домов, которые пустотники выделили своим гостям, и привёл Евгения к одному из тех, что достались учёным. Молодой, напуганный с ссадиной на лбу. С удивлением Евгений заметил, что в отличие от землян, учёным домов выдали не два, а три.

— Для уважаемой госпожи Айрини мы смогли выторговать отдельный дом, — пояснил Евгению лунатик, когда он спросил у него. — Для этого мы отдали им пару наших научных костюмов.

Евгений покачал головой и не желая терять времени прошёл внутрь. Дом, который получила Айрини был знакомым взгляду круглым походным домиком, напоминающим шатёр. Только выглядел он старым. Обстановка внутри была такой же, как и снаружи. Старая мебель, включающая три спальных места, круглый стол и грубые табуретки. Вдоль стен стояли бочкообразные шкафы, а сами стены были увешаны какими-то шкурами.

Сама Айрини сидела на одной из кроватей и смотрела неведомо, где найденную ею книгу. Её глаза сузились, стоило ей заметить Евгения.

— Рада, что ты пришёл.

— А разве у меня есть выбор?

— Это хороший вопрос, — она отложила книгу, положив её на стол. — В моей семье говорят, что выбор роскошь слабых. У сильных есть долг.

— В этом суть вашей системы? — спросил Евгений. — В том, что есть вы — сильные и все остальные. Ну то есть слабые.

— У всех у нас свои обязанности. У кого-то обязанность править, у кого-то… Сидеть на своём месте. Работать. Заниматься обеспечивающими функциями.

— Когда-то так считали и на моей Земле.

— Там и сейчас так считают, — Айрини улыбнулась. — Или ты думаешь, что ваш мир устроен не так как наш?

— Мне казалось так думаешь ты.

Айрини усмехнулась. Евгений не понял к добру это или нет.

— Ты мне нравишься, — сказала она, глядя ему в глаза. — Да, наши миры действительно похожи. Вот только ваш полон проблем и движется к саморазрушению. А наш достиг баланса и умиротворения. Или почти достиг.

Евгений покачал головой. Эта женщина продолжала его удивлять своей самоуверенностью и убеждённостью, что положение её семьи является единственно верным. И в то же время она по-прежнему его интересовала.

— Зачем ты меня вызвала? — спросил он.

— Ты будешь удивлён, но я хотела тебя поблагодарить, — ответила Айрини. — После всего того, что ты для меня сделал, как защищал и рисковал своей жизнью. Я считаю ты заслуживаешь за это благодарности.

— Я делал это не один. И многие погибли ради спасения тебя и остальных.

— Да, но ты не многие, особенно в моих глазах. И я хочу, чтобы ты об этом знал. И понимал свою ценность для меня. Присядь.

Евгений, который, на самом деле, валился с ног от усталости, не стал отказываться. Табуретка, которую он выбрал была не слишком удобной, но что вообще было удобным для него здесь на Луне?

— Знаешь, если я так важен и всё такое, — произнёс он. — Могу ли я понять для чего? Для чего я так важен?

— Как на счёт варианта — я к тебя неравнодушна?

Она закинула ногу за ногу и посмотрела взглядом, который Евгений видел не раз в своей жизни. Когда-то он легко поддавался этому взгляду. Но теперь, после всего, что он пережил…

— Я думаю, что это не главная причина, если вообще причина, — сказал Евгений. — Но раз уж мы все оказались здесь, и ты так благодарна за помощь. То всё же объясни, что происходит. И для чего я тебе на самом деле.

Айрини долго молчала, а затем приняла решение.

— Я понимаю, что для тебя это может быть откровением, — начала она. — Но, к сожалению, наш мир совсем не так идеален, как хотелось бы. И есть проблемы, которые нуждаются в решении до того, как они всё разрушат.

— Признаюсь, ничего нового ты мне не сказала. Думать о том, что эта ваша система кланов есть идеальное построение общества…

— Оно и есть идеальное построение общества, — строго сказала Айрини. — Единственно верное и способное им управлять. Но беда Луны вовсе не в том, что кто-то сомневается в нашей системе. Беда в той войне, которая разобщает кланы.

— Война? Ты имеешь в виду войну за Астотные Земли?

— Именно так. Тебе ведь уже говорили, что кланы стоят на грани энергетического кризиса? И что большинство считают будто Астотные Земли — это спасение, которое даст нам новый неограниченный запас ресурсов?

— Но только не ты, — припомнил Евгений. — Ты считаешь, что они ничего не изменят и быстро израсходуют все свои запасы.

— Не только. Они стравят кланы и приведут их к катастрофе.

— Стравят? Да вы пьёте и обмениваетесь шутками пока мы умираем на вашей войне!

Он повысил голос, а потом сам себя остановил. Руки дрожали. Он чувствовал, как внутри закипает злоба.

— Ты удивишься, но мы тоже гибнем в этой войне, — заметила ему Айрини. — А шуток и выпивки становится всё меньше. Соглашение уже начали нарушать — в ход идёт всё новое оружие, которое ранее договаривались не использовать. Кто знает, как скоро в бой начнут посылать аттавов?

— Вот здорово будет, — зло усмехнулся Евгений. — Я бы на это посмотрел.

— Не думаю, что такое зрелище будет тебя долго радовать. Кровь, смерть, страдания. Но есть способ всего этого избежать. Найти мирный путь.

— Сердце Луны? Это твой мирный путь?

— Не просто Сердце Луны, а технологии Нормарона Первоколониста. Того, кто не только смог добраться до Сердца, но и сумел обуздать его. Подчинить себе его мощь. Неограниченную мощь, которая начнёт на Луне настоящий золотой век! Век мира, как для лунного народа, так и для землян, — она заметила реакцию Евгения. — Да-да и для землян тоже. Как я и говорила! Эти технологии, мои поиски — вот, что действительно спасёт Луну. И для этого мне нужен ты и твоя кровь. Потому что именно с её помощью я проложу путь к этим технологиям.

— Я думал моя кровь помогает тебе с технологиями Детей Звёзд. При чём здесь этот твой Нормарон?

— Потому что когда-то он прошёл к Сердцу Луны тем же путём, что и Дети Звёзд. Вот только забрался куда глубже, чем смогли они.

Евгений вздохнул и помотал головой. Дети Звёзд, Нормарон Первоколонист, Сердце Луны. Как же он далёк от всего этого. Простой и обычный парень, трудившийся ради простых и обычных вещей. Иногда напивавшийся в баре по выходным. Иногда не только по выходным. Как все эти вещи были от него далеко. С другой стороны, с учётом всего, что он здесь пережил, было ли это так странно? Эти размышления натолкнули его на мысли куда более приземлённые, чем технологии связанные с Сердцем Луны.