Я поспешила войти в калитку и постучать в дверь, и почти не удивилась, что её мне открыли далеко не сразу. За те долгие минуты, что безуспешно тарабанила по массивной деревянной преграде, успела изрядно перенервничать, и уже собралась уходить... попроситься на временное жильё к миссис Коул, когда она бесшумно распахнулась и на пороге появилась пожилая женщина. Судя по её цепкому взгляду и простому коричневому платью, она была здесь кем-то вроде домоправительницы. Хотя... я могу ошибаться.

   -Добрый день, – поздоровалась я, обрадованная тому, что здесь хоть кто-то живёт. – Меня зовут Кира Вебер, Мистер Джон должен был сообщить вам о моём приезде.

   – Да, конечно дорогая моя, прошу вас, проходите, – быстро и, как-то с заботой, проговорила женщина.

   Она пропустила меня вперёд, и, войдя внутрь, я с любопытством осмотрелась. Исходя из всей обстановки этого странного жилища можно было с уверенностью сделать вывод, что здесь давно ни кто не жил. Нет, я не могу сказать, что здесь было грязно, или вокруг сидели летучи мыши и свисала паутина, наоборот, всё было чисто и опрятно. Но... сами стены как будто говорили о том, что у этого жилища нет души... нет того, кто мог бы с уверенностью назвать его своим домом. И даже, несмотря на обилие мебели, он казался каким-то пустым и серым. В нём как будто парил запах вечного одиночества.

   – Меня зовут Аманда Кларк, – представилась женщина, когда мы прошли в гостиную. – Я занимаюсь этим домом. Я тут и дворецкий, и горничная, и кухарка, и лакей. Да, честно говоря, никто из них здесь и не нужен, учитывая тот факт , что хозяин появлялся здесь один раз в несколько месяцев. Забегает лишь, чтобы просто спросить, как дела...

   Я улыбнулась. Эта быстро говорящая женщина странным образом начинала мне нравиться. У неё был характер настоящей “русской бабы”. Именно той, что коня наскоку остановит и в горящую избу войдёт. Я сразу поняла, что мы с ней уж точно найдём общий язык.

   – Вот и в последний раз он так же забежал и выпил чашку кофе, – продолжала она. – Вот только после этого он ринулся осматривать дом. А когда вернулся, то сообщил мне, что теперь здесь будет жить его кузина, и назвал ваше имя.

   – Да, он прав, некоторое время я буду жить здесь, – согласилась я.

   – Правда, он сообщил, что теперь это ваш дом. И добавил, что вы можете делать здесь всё что хотите, – не переставала говорить Аманда. – Я даже спросила его, что мне делать, если новая хозяйка решит перекрасить холл в розовый цвет. На что он усмехнулся и ответил, чтобы я не препятствовала.

   – Не бойтесь, перекрашивать холл в розовый я не стану, но вот ремонт мы с вами всё – таки сделаем. Небольшой, косметический, – ответила я и широко ей улыбнулась. В этой женщине было огромное количество энергии и позитива. И меня несказанно радовало, что именно она встретила меня на пороге моей новой жизни.

   – Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату, – проговорила Аманда, поднимаясь с места.

   Мы направились к лестнице. Она оказалась прямой, достаточно крутой, с дубовыми поручнями и узкими ступенями. И на самом деле была до жути неудобной и не практичной, но... если учитывать, что и особняк, больше напоминал уменьшенную модель нормального дома, то и это корявое недоразумение со ступеньками было ему под стать.

   На втором этаже располагалось всего три комнаты. Первую Аманда назвала “спальней для гостей” и сказала, что именно в ней обычно останавливается хозяин, когда бывает здесь. Видимо тем самым он хочет показать самому себе, что здесь всего лишь в гостях. Вторая оказалась просторной светлой комнатой с огромными окнами, и, судя по всему, выполняла здесь роль гостевого зала. Помимо странных обшарпанных диванов по периметру, и нескольких непонятных картин, в ней располагался большой белый рояль, что честно говоря, поразило в самое моё раненое сердце. Я всегда мечтала сыграть на подобном, но, до этого, у меня ни разу не было такой возможности. Теперь же она у меня появиться!

   – Вот это будет ваша комната, – сказала женщина, открывая передо мной дверь, и пропуская внутрь.

   Здесь тоже были огромные окна, а вся комната была выкрашена в бежевый цвет. Посредине стояла большая дубовая кровать с балдахином. И этот самый выцветший балдахин никак не вписывался в интерьер комнаты. Да и весь дом был обставлен безвкусно. Сразу было видно, что хозяин им никогда не занимается.

   Что ж, значит, у меня будет, чем заняться в ближайшие несколько недель. Особенно если учесть то, что Джон оставил мне именно на эти цели довольно крупную сумму денег.

   Вот этим я и отвлекусь! Именно этим и займу мысли, пока думать ни о чём другом просто не получается.

   Неудивительно, что взявшись за дело почти с фанатичным упорством, мне удалось переделать дом за одну неделю. Вот какую работоспособность может проявить человек желающий забыться в работе. А что? Хороший стимул. Минус у него только один, когда работа заканчивается, душевные переживания возвращаются с новой силой.

   Не тронутой я оставила только кухню, за тем лишь исключением, что мы купили туда новый обеденный стол и стулья. А ещё, решила не переделывать комнату Джона, ведь это всё же был его дом. За то в остальном разгулялась на славу.

   Моя спальня теперь была вся в приглушённо-зелёных тонах, балдахин с кровати убрали, а саму кровать придвинули поближе к окну. Мне всегда гораздо лучше спалось рядом с потоками свежего воздуха, а теперь появилась ещё и новая привычка – наблюдать в окно комнаты за прохожими. Особенно по ночам...

   Холл решила сделать в бежево-коричневых тонах и полностью поменять его обстановку, потому что старая мебель буквально рассыпалась от старости.

   Но вот теперь, когда вся работа по дому оказалась завершена, пора было возвращаться к работе над эскизами для миссис Коул. Джон, конечно, оставил деньги на жизнь, но мне совсем не хотелось существовать исключительно за его счёт. К тому же, рано или поздно, эти ресурсы кончатся, и мне всё ровно придётся думать о том, на что жить. Так что, лучше до этого и вовсе не доводить... а продолжать зарабатывать тем, что у меня пока лучше всего получалось – свой фантазией и корявыми рисунками.

   Как оказалось, миссис Коул жила всего в нескольких кварталах от моего дома, что занимало примерно полчаса ходьбы пешком. Я даже сама не подозревала, как может быть приятно прогуляться по городу после недели домашних работ. И вообще, после подобного добровольного заточения, меня буквально распирало от желания пообщаться с кем-то, кто знал меня... Ведь, несмотря на всю свою чрезмерную болтливость, Аманда оказалась плохим собеседником. Нет, говорить она могла не переставая, а вот слушать не умела и не любила...

   Едва переступив порог мастерской, я наткнулась на удивлённый взгляд миссис Коул. Она смотрела на меня, как на привидение, но уже спустя несколько долгих секунд, оттаяла, улыбнулась и стиснула меня в таких крепких объятиях, от которых у меня чуть не затрещали рёбра.

   – Деточка, это ты! С тобой всё в порядке? Ты так похудела, бедная моя.... -щебетала она, рассматривая и ощупывая меня.

   – Совсем нет, по-моему, я наоборот, поправилась, – ответила, удивлённая таким странным приёмом..

   – Но как ты живёшь? Расскажи? – говорила она взволнованным голосом.

   В этот момент я поняла, что миссис Коул в курсе, что меня выгнали.

   – К вам приезжала Мардж? – спросила я.

   – И она тоже, – ответила женщина. – И кстати, оставила тебе несколько писем.

   Миссис Коул быстро встала и подошла к письменному столу, и достав оттуда связку конвертов, вручила её мне.

   – Они все для меня?! – удивлённо спросила я. – Да здесь не меньше дюжины писем!

   – Да, они все для тебя. Наверно теперь ты хочешь быстро уйти от меня, чтобы всё это перечитать, но знай, я тебя так быстро не отпущу.

   – Да я пока никуда не собираюсь, – ответила, убирая письма в сумку. Ими я займусь дома... вечером. А пока у меня есть о чём поговорить с Миссис Коул. Честно говоря, я даже сама не подозревала, насколько успела по ней соскучиться.