Я показала всем большой палец вверх.

— …здесь? — спросил Итан.

— Да, я здесь. — «спокойно». — Я готова на сделку, — сказала я. — Но мне понадобятся новые доказательства того, что он жив.

— Ты получишь их. Но сначала с тобой хочет поговорить один человек.

Шорох. Затем:

— Здравствуйте, мисс Белл. — женский голос. Незнакомый.

— Вы поставили меня в невыгодное положение. Вы, кажется, знаете меня, но я понятия не имею, кто вы.

— Меня зовут Ребекка Смит. Можешь называть меня Ребеккой.

Глава «Анимы». Почему бы не называть ее Бекки?

Или Сатана.

— Ты доставила столько хлопот, — сказала она, — что я решила разобраться с тобой сама.

— Думаю, вы поймете меня, если я не пожелаю вам удачи, мисс Смит. — мой взгляд нашел Коула… выражение его лица еще больше помрачнело. Это была женщина, о которой предупреждали его отец и Хелен. Та, которая известна своей «техникой» допроса.

Она усмехнулась, как будто не ожидала другого ответа.

— Прирожденная бунтарка. Как и твоя мать.

«Словно она знала меня».

— Мы вместе были на задании, — продолжала она. — Не на том, конечно, с матерью твоего парня. Это все Хелен. Но были и другие, не менее успешные. Я бы продолжала сражаться, если бы антидот не перестал мне помогать.

Желчь… жжение в горле… Черты моего лица оставались расслабленными. Я не хотела показывать, что она меня зацепила.

— Почему бы нам не сосредоточиться на настоящем и текущем, а?

— Как пожелаешь. — я услышала, как пальцы стучали по клавиатуре. — Как ты, я уверена, уже догадались, ты — ключ к нашему успеху. С тобой мы сможем использовать все хорошее, что дают зомби, отбросив при этом плохое.

— Как?

Она проигнорировала меня и сказала:

— Я отправляю Анкху письмо. К нему прилагается видео. Ты захочешь его посмотреть. Это твое доказательство жизни.

Хорошо, неплохо, мы продвигались вперед.

— Итак, как бы ты хотела это сделать?

Она не колебалась.

— Я бы хотела послать Итана к тебе и совершить обмен таким образом, потому что это самое простое решение, но мы оба знаем, что ты убьешь его и заберешь мальчика. Вместо этого я буду ожидать встречи с тобой…

— Знаете что? — вмешалась я, как и было отрепетировано. — Так не пойдет. Через два часа ты будешь в «Сердцах», ночном клубе в центре города, с Джастином, потому что он — твой пропуск. Не выполнишь, и моя миссия будет заключаться в уничтожении всего, что тебе дорого. — вообще-то, это уже было так.

Щелк.

Мне хотелось согнуться и блевануть. Неужели я только что совершила огромную ошибку, настояв на том, чтобы мисс Смит встретилась с нами в «Сердцах», вместо того чтобы играть в игру по ее правилам? Я надеялась, что нет. Мистер Анкх владел ночным клубом, а наши охотники знали здание. У нас было бы преимущество.

Нам нужно было любое преимущество, которое мы могли получить.

— Тебе удалось напасть на след? — потребовал Коул у мистера Анкха.

— Нет, — огрызнулся он. — Они перенаправили сигнал тысячей разных способов. Полагаю, что отследить электронную почту тоже не удастся, скольким бы людям я не поручил это.

Прекрасно.

Мы с затаенным дыханием ждали звонка, сигнализирующего о том, что письмо пришло. И когда оно пришло, мы столпились за столом мистера Анкха, когда он включил видео.

На экране появился Джастин… и Жаклин упала бы, если бы Гэвин ее не удержал.

Джастин забился в дальний угол клетки. На нем было лишь нижнее белье. Вокруг него были туалет, раковина и двуспальная кровать. Он так сильно похудел, что были видны ребра. Под глазами у него были синяки, на руках — следы от уколов.

«Анима» накачивала его наркотиками, усыпляла? Или брала кровь?

Черт. Возможно, и то, и другое.

Рядом с его клеткой стояли две другие клетки, и в них находилось бесчисленное количество зомби в ошейниках.

Камера отодвинулась от него, экран погас, и Жаклин закричала:

— Нет!

Я моргнула, сдерживая слезы.

— Я сомневаюсь, что они действительно попытаются произвести обмен, — сказал Коул, проверяя магазин в своем пистолете. — У нас шансы пятьдесят на пятьдесят. Они либо попытаются захватить нас всех, либо убьют. Подбросьте монетку.

Он был прав. Я знала это все время, и все же, здесь, сейчас, когда вокруг меня стоят охотники, которых я хотела только защищать, это казалось неправильным.

— Тогда я сделаю это. Я обменяюсь. — без какого-либо обмана.

— Нет! — он повернулся и уставился на меня. Только это был не гнев. Это было страдание. — Нет.

— Да! Черт возьми, да! — я топнула ногой. — Сколько раз я должна тебе напоминать? Один человек отдаст свою жизнь, чтобы спасти многих. Именно это я должна сделать.

Он вцепился мне в лицо, крича:

— И сколько раз я должен напоминать тебе, что ты не можешь знать этого наверняка? Что я отказываюсь терять тебя?

— У тебя забавный способ показывать это!

Он отступил на шаг, сделав вдох.

Я расправила плечи.

— Я соглашусь на обмен, Коул.

— Нет. — он покачал головой. — Даже если ты та самая, я не позволю этому случиться. Никто из нас не допустит. Так что. Больше ни слова об этом. Иди, возьми оружие. Мы сделаем то же самое. Всем собраться в коридоре через 10 минут.

— Коул…

— Ни слова больше! Мы будем действовать так, как будто они планируют совершить обмен. Мы будем сражаться, убьем как можно больше из них, и, наконец, нанесем удар по их силам. — потеряв над собой контроль и бросив на меня последний свирепый взгляд, он ушел.

Глава 26

На перекрестке

Убийств и беспредела

Начался обратный отсчет.

Пять минут, и я была вооружена и готова.

Шесть минут, и я собралась в коридоре с другими охотниками и обняла Рив и Кэт на прощание.

— Вернись ко мне, Али-кошечка, — прошептала Кэт. — Без меня ты ничто.

— Эм, думаю, должно звучать так: «Я ничто без тебя».

— Это я и сказала.

Я улыбнулась, несмотря на напряженную ситуацию.

— Люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю. И тебе лучше быть осторожным, Лед, — позвала она. — Иначе тебе несдобровать.

— Всегда, детка.

Они помирились. Хорошо. Сердце сжалось, когда я посмотрела на Коула. К моему полному шоку, его взгляд уже был прикован ко мне. Прищуренный. Напряженный. Как всегда, вызывающий дрожь. Я хотела сказать ему тысячу вещей, и еще тысячу вещей я хотела сделать.

«Отвернись».

Каким-то образом мне это удалось.

Восемь минут, и охотники направились к двум внедорожникам снаружи.

Я направилась к машине впереди, потянулась к ручке задней двери. Меня схватили за запястье и развернули, прижав спиной к холодному металлу. Я ахнула.

Коул!

Мое сердце сжалось еще сильнее.

Он обхватил мои щеки, его руки были теплыми. Его взгляд был чистым фиолетовым огнем.

— Прости меня. Я не могу без тебя. Не могу ни есть, ни спать. Я жаждал тебя. И я никак не могу позволить тебе отправиться в такую опасную ситуацию, как эта, не сказав кое-что.

Я дрожала, пораженная. Наконец, один из нас пробил стену между нами. Я поняла, что один из нас сильнее.

— Мы…

— Я не закончил. Я люблю тебя, — продолжал он. — Я скучал по тебе. Мне не нравится, что ты разговариваешь с Хелен. Мне это никогда не понравится. Я не доверяю ей, и я так боюсь, что это плохо закончится. Но я доверяю тебе и твоим инстинктам, поэтому я принимаю это… тебя. Я отступаю.

Я вцепилась в воротник его куртки.

— Мне тоже жаль. Я плохо справилась с ситуацией и…

Он покачал головой.

— Это еще не все, любимая. Есть еще одна последняя вещь, и это немного меняет тему, так что постарайся оставаться со мной. Готова? Камилла подкатывала ко мне. Тебе придется просто поверить мне, когда я скажу, что отказал ей, и ничего не произошло.

— Что! — взорвалась я.

Он поцеловал меня. Я прижалась к нему. Поцелуй был бальзамом. Боль, которую я чувствовала последние несколько дней, ушла. Чувство отверженности. Злость, горечь тоже. Я была поглощена нашей связью, его жаром, который превращал меня в нечто большее.