— П-пожалуйста, — умолял доктор Рангараджан. — Отпустите меня. У меня есть семья.

— Как и у детей, которых ты убил. — Ривер расхаживал перед ним, вертя кинжал на конце указательного пальца. Кровь капала из раны, нанесенной этим действием, но он, казалось, не замечал этого. — Я очень близок к тому, чтобы потерять терпение. Ты работаешь на «Аниму», и я услышу, как ты это признаешь. Каждый раз, когда ты будешь отказываться или лгать, я буду вырезать крестик на твоей плоти. Когда у меня не останется места, я вырежу его прямо в твоем сердце.

Доктор Рангараджан облизал губы, нервно оглядывая толпу зрителей. Один из его глаз опух и помутнел, а на челюсти был синяк. Он уже был избит, но явно не выдал никаких секретов.

— Где мой брат? — Жаклин подошла и ударила его кулаком в живот.

Гэвин схватил ее за талию и оттянул назад. Она пыталась вырваться, даже ударила Гэвина, но он не ослабил хватку, и, в конце концов, она устала, положила голову ему на плечо и зарыдала. Он провел пальцами по ее волосам, обращаясь с ней так же нежно, как с потерянным ребенком.

Ривер ухмыльнулся доктору.

— Итак, — сказал он, размахивая лезвием перед лицом доктора Рангараджана. — Признайся, что ты работаешь на «Аниму».

По щеке Кэт скатилась слеза.

Я обнаружила, что мои ноги сами собой движутся вперед. Коул положил руку мне на плечо, пытаясь остановить, но Кэт отбила ее, и я продолжила идти. Я осторожно оттолкнула Ривера и встала лицом к лицу с доктором.

Он молча умолял меня.

Что, черт возьми, я собиралась делать?

— Али? — сказала Камилла.

— Я…

Хелен появилась прямо передо мной. Я ахнула, а позади меня несколько человек потребовали рассказать, что произошло.

Коул сделал свое дело и заслонил меня собой.

— Хватит беспокоится обо мне, — сказала я, обходя его. — Ничего не произошло. Все в порядке.

Он нехотя вернулся к Кэт и Льду, а я осмотрела толпу. Никто, казалось, не замечал, что рядом с доктором стоит Хелен. Она скрывала себя.

Повернувшись лицом к Хелен и как бы направляя свое внимание на доктора Рангараджана, я сказала:

— Ты можешь нам помочь?

— С годами я сбилась со счета, — сказала она, — но с первой ночи нападений я занималась исследованиями, как и Холланд. Вот что я узнала. Доктор Рангараджан работает непосредственно под началом Ребекки Смит. Я знаю ее, работала с ней. Теперь она главная, и та, кто тебе нужен. Ее отец основал «Аниму», а когда он умер два года назад, Ребекка приняла руководство. Если ты когда-нибудь встретишь ее, не верь ничему, что она скажет. Коллегу доктора Рангараджана, доктора Уайатта Эндрюса, называют Ходад.

— Доктор Уайатт Эндрюс, — сказала я громко. — Вот кого нам нужно искать.

Доктор Рангараджан широко раскрыл глаза.

— К-как ты это узнала?

Позади меня раздался шорох одежды, а затем шаги. Очевидно, кто-то решил поискать сейчас.

Хелен продолжила:

— Джастин еще жив, но не другой парень. Он умер прошлой ночью.

С тяжелым сердцем я рассказала об этом.

Проклятия. Плач. Всхлип облегчения Жаклин.

Доктор Рангараджан боролся с веревкой. Неужели он думал, что я могу читать его мысли? Боялся меня больше, чем клинка Ривера?

— Ты нужна «Аниме», Али, — сказала Хелен. — Они взяли твою кровь, когда тебя схватили в прошлом месяце, и провели несколько тестов. Возможно, ты убила виновного, но ты не уничтожила его образцы. «Анима» знает, кто ты. Они знают, что ты моя дочь, девушка с особой душой, уничтожающей зомби. Они хотят вернуть тебя, и они не остановятся ни перед чем.

Я рассказала большую часть остальным, и Хелен исчезла. Исчезла так же быстро, как и появилась.

Я уже собиралась повернуться, как вдруг меня осенила мысль. Как только я уйду, доктора Рангараджана убьют. Мы не могли позволить ему сбежать в «Аниму» и сдать нас, а именно это он и сделает, если мы оставим его в живых.

Смогу ли я смириться с его смертью? Особенно когда могу спасти его и остановить с помощью своей новой способности.

Способность, за которую я накричала на Хелен.

Неужели у меня был другой выбор? Я была загнана в угол и знала это. Как и она, должно быть.

Облизнув губы, я приложила руки к вискам доктора. Он дернулся, пытаясь вырваться, но я держала крепко.

— Что ты делаешь? — потребовал он.

Хелен сказала, что все, что мне нужно сделать, это провести рукой души по его разуму. И я сделала это. И это было… странно. Не холодно, не жарко. Но тепло. Маленькие разряды покалывали мои пальцы… электрические?

Он замолчал, нахмурившись. Умные глаза остекленели.

Я отпрянула. Сработало?

— Как тебя зовут? — спросила я.

Он нахмурился еще больше.

— Я… я не знаю. Почему я не знаю?

Да. Я сделала это.

Позади меня охотники замолчали.

Я повернулась к ребятам, засунув руки в карманы.

— Как ты этому научилась? — спросил Ривер. — Что ты сделала с его разумом?

Мой взгляд остановился на Коуле. Он смотрел на меня с любопытством… возможно, с оттенком гнева. Догадывался ли он?

Виновато опустив голову, я сказала:

— Свидетель рассказала мне. И я использовала одну из способностей.

На их лицах отразились различные эмоции. Шок. Смятение. Только реакция Коула имела значение. Его гнев усилился.

О, да. Он догадался.

Сквозь толпу пробился паренек и остановился рядом с Ривером.

— Здесь два детектива, и они хотят поговорить с тобой и Коулом.

— Опять? — простонал Ривер. — Это становится утомительным.

Коул почесал затылок.

— Как они узнали, что я здесь?

Все пришли к одному и тому же выводу. Они следили за нами прошлой ночью.

Я напряглась. Прошлой ночью мы не видели никаких следов их присутствия. Так… что же они видели?

— Избавься от Рангараджана, — распорядился Ривер, — и скажи несовершеннолетним спрятаться. Остальные пойдут побеседуют с детективами.

Глава 24

Зомби тоже были людьми

Может ли этот день стать еще хуже?

Подождите. Нужно подумать об этом. Всякий раз, когда я задумывалась над этим вопросом, случалось что-то плохое.

Детективы следили за нами… и охотно признали это… но? если они и видели, что мы делаем что-то незаконное, то не намекали на это и даже не задавали вопросов. На самом деле, они относились к нам с опаской. Как будто их глаза наконец-то открылись, и они поняли, что мы — охотники, единственное, что стоит между ними и зомби-апокалипсисом.

Они приехали, потому что был найден труп. Подростка.

Они показали Риверу и Коулу фотографии, надеясь узнать его личность, и Ривер наконец сказал холодным тоном:

— Это Кэри. Он мой. Других родственников у него нет.

Детективы рассказали немного информации об убийстве парня и вскоре ушли, оставив загадочное:

— Будьте осторожны.

Что они знали? И повлияет ли это на нас?

— Давай вернемся к Анкху. — Коул обнял меня, и впервые это был не жест привязанности или утешения, а крепкая хватка, чтобы не дать мне вырваться.

Риверу он сказал:

— Я позвоню тебе утром и расскажу о наших дальнейших действиях.

Ривер скрыл свою злость за раздражением.

— Ты позвонишь мне?

— Мы решим вместе, — предложила я. Нам нужно было, чтобы разум каждого был запрограммирован только на одну установку: атаковать. Мы должны действовать разумно, без эмоций, с трезвой головой. От этого зависела жизнь Джастина.

Коул отвел меня в сторону.

— Хелен, — тихо сказал он.

Я хотела солгать.

— Да. — но не смогла.

— А воспоминания?

— Тоже Хелен, — прошептала я.

Его пальцы впились в мое плечо.

— Я думал, ты понимаешь. Она лгунья, Али. Она предательница.

— Она моя мать, Коул.

Он резко втянул воздух.

— Неужели в твоем голосе я слышу привязанность?

Нет. Да.

— Может быть.

— Я не могу поверить, что ты это делаешь. Она бросила тебя. Предала нас. Убила мою мать! Превратила ее. Из-за Хелен мне пришлось наблюдать, как мой отец испепелил мою мать… после того, как она напала на меня, своего собственного сына.