— Ты готова? — спросил Коул.
— Я готова, но могу обещать, что они не готовы.
Глава 11
Это ты, а не я
Как можно беспечнее Коул провел меня в один из магазинов. Зазвенел колокольчик. Привет, стеллажи с одеждой. Привет, ряд манекенов. Мы ускорили шаг, проносясь мимо прилавка.
Когда продавщица крикнула: «Эй!», мы проскользнули в угол, предназначенный только для сотрудников. В небольшом узком коридоре было три двери. Мы выбрали ту, что справа, комнату отдыха, и направились к задней двери в помещении. Над ней светилась надпись «ВЫХОД».
Два сотрудника сидели за столом. Один вскочил на ноги и нахмурился.
— Клиентам нельзя сюда входить.
— Хорошо, что мы не клиенты, — сказала я, проходя мимо них.
Мы вышли на улицу, за нами захлопнулась дверь. Когда мы бежали по темному переулку, дверь хлопнула во второй раз. За нами следили. Хорошо. Я оглянулась через плечо, оценивая наших противников. Мужчина, нашего возраста, рукоять ножа торчала из пояса его кожаных штанов. Женщина, чуть постарше, с оружием в руках. Оба были одеты в черное.
«Анима», должно быть, послала их, чтобы создать впечатление, что члены банды закончили работу.
Во мне вспыхнул гнев. Впереди показался еще один переулок. Мы свернули за угол на максимальной скорости, оставаясь в тени зданий. Мое сердце билось о ребра, как барабан во время боя, который я не собиралась отрицать. «Убить… убить… убить… убить…»
— Может быть, я смогу остановить их, — сказала я. Возможно, у меня были сомнения по поводу моей новой способности, но я хотела, чтобы наши преследователи были в моей власти, чтобы я поступить с ними по своему усмотрению. Как бы это ни было необходимо.
«ы должна быть осторожна с этими способностями», — сказала Хелен.
Почему? Сейчас я не вижу в этом ничего плохого.
— Как ты сделала это с зомби? — сказал Коул. — У тебя может получиться, а может и нет. Ты не поднимала охотников, поэтому я не уверен, что ты сможешь поднять человека сейчас. Кроме того, вокруг люди.
Вот дерьмо. Он просто был голосом разума, не так ли?
Я представляла, как гражданские отреагируют на то, что людей подбрасывает в воздух не что иное, как воздух. Они запаникуют, и начнется хаос. Хуже того, «Анима» узнает, что я умею делать, и мы потеряем главное преимущество.
Я отложила новую способность на задворки сознания под заголовком: «Любимая игрушка». Подзаголовок: «Зомби делают бум, бум. Люди? Непонятно».
Одним движением руки Коул поднял крышку мусорного контейнера, и на секунду мне показалось, что он ожидает, что я залезу внутрь. Но он рывком завел меня за очередной угол и наконец остановился, прижав меня к стене, выполняя роль щита. Как всегда. Я услышала, как крышка мусорного контейнера опустилась на место, и поняла, что он задумал.
Оставалось надеяться, что это сработает.
Когда его теплое дыхание обдало мое лицо, я полезла в сумочку и достала «Судью» — маленький револьвер, у которого были те же патроны, что и у винтовки. Эта штука могла нанести серьезный ущерб.
Я была в настроении причинить вред.
Шаги отдавались эхом… замедляясь, чем ближе они подходили к мусорному контейнеру.
Мы с Коулом обменялись взглядами, полными предвкушения. Он напрягся в ожидании.
Затем шаги совсем прекратились. Парочка не дошла до нас, поэтому они, должно быть, остановились у контейнера, думая, что мы достаточно глупы, чтобы спрятаться внутри. Как только мы услышали скрип петель на крышке, Коул выскочил из-за угла и прицелился из своего 44-го калибра.
— Бросьте оружие, — приказал он.
Раздались проклятия. Затем послышался шорох одежды, глухой удар.
— Я знаю, кто ты. — сказала женщина. — Ты не убьешь меня.
— Вот и проверим, — сказал Коул.
— Ты не сможешь застрелить нас обоих, — усмехнулась она. — Ты можешь убить одного, но к тому времени, когда будешь готов прицелиться в другого, ты будешь мертв, и я смогу выследить твою подругу. Она ведь гражданская, не так ли? О, что я с ней сделаю. Может, я даже займусь твоей подружкой, когда закончу. Я слышала, она… чудовище. Всегда хотела убить одного из них.
Время для плохого копа/худшего копа. Я вышла из-за угла, держа пистолет наготове.
— Еще никто не говорил про меня такое, но я одобряю. О, и если ты сделаешь хоть шаг в его сторону, то умрешь.
Коулу удалось поставить парня на колени, прижав приклад пистолета к его голове. Девушка стояла сбоку от Коула, ее пистолет был нацелен ему в грудь.
Нахмурившись, она смотрела на меня. Прошел один удар сердца. Два. Три. Напряжение между нами нарастало.
— Это ты, то самое чудовище? — спросила она.
— Единственная и неповторимая.
Она подбирала ответ, в итоге остановившись на:
— Что ж, ты не нажмешь на курок.
Моя улыбка была ледяной и угрожающей.
— Вот и проверим, — сказала я, подражая Коулу. — Пожалуйста. Все, что мне нужно, это повод.
Прошел еще один удар сердца. В конце концов, она бросила оружие и пнула его в мою сторону. Умно.
— На колени, — потребовала я. — Руки за голову.
— Насмотрелась полицейских драм? — передразнила она.
— Быстро!
Хоть она и заколебалась, но повиновалась.
Будет неправильно, если я похлопаю ее по спине?
Я внимательнее осмотрела наших преследователей. У девушки была короткая стрижка обесцвеченных волос. В ее бровях были два колечка, а в верхней губе — болтик. Воротник ее черной кожаной куртки был распахнут, обнажая рубашку с глубоким вырезом до пупка. Каждый участок кожи был отмечен черно-белыми татуировками.
Парень был невысоким и широкоплечий, с бородой, которая придавала ему волчий вид. У него было столько мышц, что он мог бы, наверное, поднять над головой грузовик Mack, не вспотев.
— Поверьте мне, малыши, — сказал Широкоплечик, его ухмылка была такой же холодной, как и моя. — Вы не захотите этого делать.
— Неправильно, — ответила я. — Мне нравится это делать. Это весело.
— Ты даже не представляешь, что играешь с огнем. — татуировка окинула меня золотым взглядом. — Но откуда такой хрупкой крошке, как ты, знать? — сказала она, усмехнувшись. — Ты думаешь, что можешь перейти на темную сторону, но один шаг — и ты рухнешь.
Ладно, я признаю это. Мои щеки вспыхнули. В нашем мире «деликатная мелочь» была равносильна пощечины.
— Но ты, — продолжила она, оглядывая Коула. — Ты большой кусок сексуальности, не так ли?
Я сжала зубы. Не имело значения, где мы были и чем занимались, Коул всегда вызывал интерес у женщин. Он был медом, а женщины — мухами.
Думаю, это сделало меня мухобойкой.
— На твоем месте я бы остановилась. — я улыбнулась слишком сладко, не ослабляя хватки на пистолете. — Мой палец начинает дергаться.
Коул взвел курок и сильнее прижал ствол к голове Широкоплечика.
— Хватит. Расскажи нам, кто ты такой.
Мне нравилось наблюдать за ним в действии. Он был бесстрашен. Непоколебимым. Скала, которую не сдвинуть с места.
— Признайся, что ты заодно с «Анимой».
Широкоплечик сплюнул на землю.
— Черт, нет, мы не с «Анимой». Мы слышали о том, что они сделали с твоей командой и как они пытаются обвинить нас в своей работе.
Как правдоподобно.
— Кто ты? — спросила я.
Его грудь выпятилась.
— Лучшие у Ривера.
Может быть. Но это не делало его союзником. Коул не опускал оружие.
Повернувшись, Широкоплечик сказал:
— «Анима» натравливает нас друг на друга, вероятно, надеясь, что мы уничтожим друг друга и избавим их от лишних хлопот.
— Если мне не понравятся твои следующие ответы, — сказала я, — я исполню свое желание. Почему вы следили за нами? А что насчет двух других? Если наши друзья пострадали…
— Нам приказали не причинять вам вреда, — ответила Татуировка. — Просто задержать. Слушай, мы видели новости. Мы знаем, что нас обвиняют в смерти некоторых из твоих людей. Думали, что ты здесь, чтобы отомстить, но, полагаю, это не так, потому что не разбила нам лица. Ты знаешь, что во всем виновата «Анима», верно?
