- Я бы Блюдущим головы поотрывал, начиная с вашего наставника, - герцог вздохнул, потом усмехнулся. - Хорошо. Я расскажу. Вы все знаете, что Церковь говорит о Противостоящем, и она не лжет. Только умалчивает о том, что Противостоящий и впрямь, как учат "заветники", создал наш мир. Все три обитаемых мира. Он покинул его, и пришли Сотворившие - добрые, мудрые боги. Когда Противостоящий вернулся, он возжелал уничтожить забывшее его творение, и хочет этого до сих пор. Но есть то, чего Церковь не знает вовсе: извечный враг всего сущего вернулся не один.
- Ах вот в чем дело! - Саннио прикрыл рот ладонью, но поздно - вопль уже прозвучал. - Я-то думал...
- И что же вы думали? - ядовито спросил дядя.
- Ну, или Противостоящий передумал все уничтожать, или Церковь просто не знала, чего он хочет...
- Не так глупы отцы нашей Церкви, - улыбнулся герцог Гоэллон. - Просто они не догадались, что их двое.
- Спасайтесь, мой король, их там двое! - Элграс напомнил остальным концовку старой байки про осаду форта; Саннио каким-то чудом ухитрился улыбнуться.
- Примерно так. Вот от этого второго герцог Скоринг и узнал все, что касается проклятия. Они верные союзники, понимаете ли...
- Что же, этот второй так добр и милосерден, что готов нам помочь? - прищурился Фиор.
- Невероятно добр и невероятно милосерден! - герцог взял со стола рапиру, которую недавно забрал у племянника, задумчиво провел рукой по сильной части клинка. - Именно он и вложил в уста той тамерской девочки проклятье...
- Зачем?! - хором спросили все трое.
- Он хочет избавиться от Матери и Воина, чтобы занять их место. Пророчество святого Андре нельзя понимать буквально, но оно верно. Пока жив хоть один отпрыск Золотой династии, боги присутствуют в нашем мире. Со смертью последнего прервется связь между ними и нашим миром. Тот, второй, загнал нас в ловушку. Либо смириться с тем, что затеял герцог Скоринг, избавиться от проклятия и от чудес заодно сейчас, либо дождаться, пока это случится благодаря проклятию.
- Тогда зачем вы мешаете Скорингу? - спросил Фиор.
- Я не готов платить такую цену за избавление от проклятия.
- Оно же все равно случится? - Саннио чувствовал себя очень тупым.
Проклятие, не проклятие - а вот хорошо бы дядю связать и отвезти в Шеннору. Пусть там отдыхает в обществе господина Эйка и не мешает герцогу Скорингу завершить задуманное. Тем более, что скориец приготовил все - все! - для того, чтобы действие не обернулось катастрофой.
- Не случится, - отрезал герцог Гоэллон.
- Каким образом? - теперь Элграс успел первым.
- Есть способ... но я не могу рассказать вам о нем.
- Герцог Гоэллон... - угрожающе протянул король.
- Ваше величество, вы вольны казнить меня или отпустить, но объяснений я вам не дам, - спокойно ответил эллонский герцог. - Выбирайте. Либо вы верите мне и отпускаете, либо не верите - тогда арестуйте меня сегодня же и заприте понадежней, ибо я постараюсь бежать при первой возможности.
- Хорошо, отправляйтесь и поступайте, как считаете нужным. Хуже уже некуда, вдруг да будет лучше... - Элграс вздохнул. - Вы ведь вернетесь?
- Не уверен.
- Дядя!
- Герцог!
- Герцог Гоэллон! Я ведь могу и передумать!
- Господа, я не привык раздавать обещания, которые едва ли смогу выполнить. Ваше величество, ложь вам не по вкусу, так удовольствуйтесь правдой!
- Какая вам понадобится помощь? - деловито спросил Элграс.
- Благодарю, ваше величество, никакой.
- Я выпишу вам открытый лист на любое действие. Особо повторяю - на любое, - качнул головой король. - Захотите - воспользуетесь, не захотите - порвете...
- Спасибо, ваше величество. Господин регент, вам с королем пора вернуться во дворец, время уже позднее. Надеюсь, вы получили все ответы.
- Да, вы правы... - Фиор поднялся; Саннио взглянул на него и подумал, что лучше было бы оставить господина регента в доме и до утра отпаивать горячим вином.
Пожалуй, услышанное потрясло его больше всех. Король то ли не был особо впечатлительным, то ли еще не понял толком, что рассказал герцог Гоэллон. А вот королевский первенец понял, да еще как.
Сам потомок проклятого рода еще не сумел уложить историю у себя в голове. Как-то вот не удавалось понять, что он опасен для дяди, Фиора и короля Элграса. Опасен, может стать причиной гибели любого из троих - и они могут стать причиной его смерти; но последнее как раз не пугало. Куда хуже то, что можешь, вольно или невольно, причинить вред этим троим.
Неужели действительно можно избавиться от проклятья, но не ввергнуть мир в хаос катастрофы?
Гости ушли, Саннио остался наедине с дядей. Тот уселся на кушетку, поманил молодого человека рукой, и, когда племянник сел рядом, нажал на плечо, заставляя положить голову себе на колени. Саннио опешил. Такого между ними в заводе еще не было; и мучительно не хотелось думать о том, что уже не будет.
Ладонь лежала на плече, теплая и тяжелая; до слез щемило в груди, и только одна мысль вертелась в голове: "Ну почему я был таким дураком? Почему шарахался, обижался, злился? У меня же никого, кроме него, нет..."
- Вам, драгоценнейший, я могу рассказать и кое-что еще. Вы были озадачены тем, что я не объявил вам о вашем происхождении сразу, но терпеливо скрывали свое недовольство. Так?
- Да...
- Простите за доставленное неудобство, но мне нужно было разобраться, что вы такое.
- А если бы я оказался подобием принца Элора?
- Я бы вас убил, - просто сказал герцог Гоэллон, и племянник поверил; но не обиделся. Скажи ему сейчас дядя, Элграс или Фиор "Умри, чтобы я жил" - он подчинился бы, думая лишь о том, что избавляет кого-то из троих от опасности.
- Не женились вы из-за проклятия?
- Нет, по куда более прозаической причине, - усмехнулся дядя. - Потомством я обзавестись не способен, а в обществе нелюбимой супруги не нуждаюсь.
- После той девушки?..
- Да. Увы, второй возможности полюбить мне судьба не послала.
- А герцогиня Алларэ?
- Ох, Саннио, Саннио... - дядя потрепал его по волосам. - Если ваша жизнь сложится удачнее моей, то вы никогда не окажетесь в подобной ситуации, и вам не придется отвечать на любовь верностью, заботой, защитой... чем угодно, кроме любви. Неприятно понимать это и не иметь ни малейшей возможности объяснить, потому что тебя не слышат. На ком вы там собрались жениться?
- На родственнице герцога Скоринга, Фелиде, - ну вот, опять поймал! Резкая смена темы - и Саннио проболтался. Хотя после поездки в обитель он подозревал, что скорийка не будет так уж возражать...
- Не буду врать, что меня радует подобный выбор, - вздохнул герцог Гоэллон. - Но это ваша жизнь и ваше сердце, делайте с ними все, что хотите. Я даю вам разрешение на брак до совершеннолетия. И должен рассказать кое-что еще. Ваши сыновья тоже будут детьми золотой крови, только внуки уже будут свободны от нее. Будьте особо внимательны к сыновьям, когда им исполнится тринадцать. Этот год определит их судьбу. Вы положили всю данную вам силу в живучесть и умение приспосабливаться, Фиор - в умение терпеть и оставаться собой, Элграс - в умение ладить с людьми. Я... мое детство было слишком безмятежным. Я был младшим сыном, мне было позволено выбирать себе любое занятие, я и не хотел ничего, кроме изучения медицины. Обернулось же иначе... Надеюсь, я был не худшим из герцогов Эллонских, хотя никогда к этому не стремился, как не хотел и жизни при дворе.
- Но... если проклятье...
- Не беспокойтесь об этом, милейший мой Саннио. Живите, как жили. Все, на сегодня довольно, мне нужно отдохнуть. Завтра рано утром я уезжаю, давайте попрощаемся сейчас.
- Я хочу вас проводить!
- Не нужно. Прошу вас, идите спать, - герцог поднялся и протянул наследнику руку, потом крепко обнял. - Будьте счастливы, Саннио. Иногда для этого нужно постараться, но вы уж старайтесь, пожалуйста.
