Его чувство собственной значимости и уникальности было чрезмерным, даже гипертрофированным. Он всё всегда знал лучше всех. И маньяка, которого ловил, он бы лучше расколол, но у него отняли дело и передали неопытному следователю, ещё и женщине! Если бы он продолжил этим заниматься, то эпизодов в деле было бы больше. Сейчас я ни в чём уже не уверена. Если внимательно слушать Глеба и следить за нитью повествования, то можно было найти небольшие несостыковки. А у меня очень хорошая память. Вот он рассказывает, как открывал рестораны, какие они были новаторские и стильные. В следующем витке повествования появилась женщина-партнёр. И модный, необоснованно дорогой дизайн был её рук делом. Но всё закончилось крахом и огромными долгами. Сейчас он работает юристом в банке, и если бы не он, там бы уже всё давно развалилось. Ну, допустим.

Я послушно изображала жертву, выдавала нужные ему эмоции. Но тут Глеб был молодец, сам вёл в этом танце. Мне оставалось лишь ухватить конец ниточки, и раскрутить ситуацию до абсурда, за которым следовали феерические скандалы, сцены ревности, показательные выступления проявлений страсти. Самое счастливое время наших отношений – когда он на два дня пропал со словами: "Мне надо побыть одному, извини, объясню потом". Видимо, это был какой-то этап дрессировки, и я должна была провести время в разлуке с мучительными думами: что я сделала не так, в чём провинилась, что же случилось. А я не думала, а просто отдыхала и наслаждалась тишиной. Уж очень много стало этого мужчины в моей жизни.

Чтобы укрепиться в своих позициям, он очень скоро предложил мне руку и сердце. Очень типично для нарцисса. И ожидаемо для меня.

Моя маска упала после того, как мы вышли из дверей ЗАГСа. Он, как обычно протянул свою руку к моей. В этот раз я её одёрнула.

– Девочка моя любимая, что-то не так?

– Не смей ко мне больше прикасаться!

На лице Глеба было недоумение. Он перебирал в мыслях, где прокололся и почему сменился паттерн моего поведения. В его картине мира сейчас я должна была купаться в любви и неге, а к вечеру уже получиться встряску от случайной неверно произнесенной фразы и умолять о прощении.

– Я поехала домой. И ты поехал домой, к себе. Когда ты будешь мне нужен, я позвоню. Всё, счастливо!

Я села в машину, которую мне запрещали водить по причине моей мнимой неопытности. Когда я научусь и буду достойна доверия, Глеб не уточнял. Но когда в редких случаях я была за рулём, в мой адрес всегда неслись оскорбления и крики. Да, я изображала неуверенность вначале, чтобы он с высоты своего ЧСВ давал мне советы и уроки. Но теперь мне это было не нужно. Я захлопнула дверь, заблокировала замки и резко газанула прочь с парковки, изобразив полицейский разворот. Выражение лица Глеба в тот момент было бесценно.

Почему он не мог со мной просто развестись? Ну, он очень многим сообщил об этом радостном изменении своего социального статуса, и не мог признать, что потерпел неудачу. В его картине мира каждый человек должен был ему непременно завидовать, ведь мы такая прекрасная пара, я так его люблю и уважаю. И для него эта неудача и срывание маски перед окружающими была бы полным крахом.

Когда Глеб немного остыл и с горечью осознал, что передо мной не нужно было разыгрывать психологические драмы, я посвятила его в свои дальнейшие планы. Мы смогли подобрать устраивающий нас обоих стиль общения и создавать правила новой захватывающей игры.

Первой жертвой я выбрала своего бывшего мужа. Не ради мести или из чувства ревности, что вы! Жизнь ему уже отомстила: он оказался на коротком поводке у своей шустрой жёнушки, которая плавно из первого декрета отправилась во второй, а ему приходилось вкалывать на нескольких работах, а потом вечером заступать на следующую смену с детьми и домашними делами. Самое удивительное, он умудрялся при таком графике пытаться подкатывать ко мне с предложениями секса. Видимо, интимные услуги в их брачный договор не входили. Несколько раз от скуки я даже уступала – мне было интересно, как он будет выкручиваться перед женой.

Глебу я преподнесла свою историю предыдущего замужества, как серию невероятных предательств и последующей за этим болью разочарования в жизни. Немного изменённая последовательность фактов, и вот я, беременная, узнаю об измене, и попадаю в больницу с выкидышем на поздних сроках. И теперь я не могу иметь детей (на самом деле у меня поставлена спираль) и не способна полностью отдаться нашей любви. Глеб это с радостью принял за чистую монету: он не мог признать, что где-то просчитался сам, поэтому перенёс злость от разочарования на моего первого мужа.

Со времён нашего супружества привычки Кости ничуть не поменялись, а у меня к тому же была очень подробная информация по всем малейшим аспектам его жизни. Этот наивный товарищ очень любил трепаться обо всём на свете. Я знала, где он живёт, где во дворе и парадной его модного дома-человейника расположены камеры видеонаблюдения, сколько и на каких этажах находятся собаки и каких пород, на какой стоянке он бросает машину перед тем, как пересесть в метро. Я до минут помнила его расписание и что именно он ест на завтрак дома. У меня была хорошая память, а он не менял привычки. И очень этим гордился.

Подготовка заняла две недели. Каждый шаг Глеб тщательно проверял и указывал возможные зацепки, которые могут остаться для расследования. Это было идеально разработанное преступление, существовали даже альтернативные мероприятия в случае изменения обстоятельств. Учитывались все возможные и невозможные нюансы и переменные.

Для обеспечения алиби мы полетели в Сочи и сняли на четыре дня отель, стараясь ярко обставить свой приезд и нахождение там. Чтобы потом незаметно исчезнуть на некоторое время. Улетали в Питер мы утром, и самым первым рейсом следующего дня возвращались обратно, чтобы создать видимость нахождения в номере всю ночь. Мы там были, только проспали завтрак: что возьмёшь с молодожёнов, которые наконец-то выбрались на медовый месяц! Я знала, что современные карты-ключи считывают все открытия двери, поэтому замок был заблокирован в открытом положении, висело предупреждение с просьбой нас не беспокоить. И фоном шла запись разговоров и так же звуков, характерных для нахождения в одном помещении особей противоположного пола. Наши сим-карты, вставленные в детские браслеты, остались в номере. На случай отслеживания нахождения по вышкам сотовых операторов. С вероятностью, приближенной к 100% это бы не потребовалось, вся бы проверка ограничилась наличием посадочных талонов и оплаты брони отеля. А уж запрашивать у всех авиакомпаний списки пассажиров в бархатный сезон и проверять перелеты внутри дат моего отсутствия в Питере – определённо лишняя работа для правоохранительных органов. Но я подстраховалась.

И вот мы в Санкт-Петербурге. Глеб прилетел раньше, чтобы убедиться в том, что жертва отчалила на работу и в давке утреннего метро подложил ему в рюкзак жучок. Просто для уверенности в передвижениях и соблюдения намеченных планов. Жена моего бывшего мужа с детьми в данный момент находилась у своих родителей в Башкирии – спасибо соц.сетям и людям, которые делятся там всей полезной информацией о событиях своей жизни. А эта девушка очень активно вела свою страницу – нужно же было хвастаться счастливой семейной жизнью. Пусть она и была таковой только на картинках.

И так, приближалось "время Ч". Глеб должен был страховать приход Кости в квартиру. Жилой комплекс, где разворачивались дальнейшие события, был свежепостроенным. Многие соседи не знали друг друга, более того, даже могли ни разу не встречать до этого. Что было огромным преимуществом. То есть на новые лица никто не обратит внимание, да и тело можно было спокойно вынести в мешках с мусором – у всех же идёт ремонт, хоть заворачивай в линолеум и выноси рулон. Ещё и помогут дотащить до машины.

Само собой, у меня были дубликаты ключей от квартиры. И у Глеба теперь были. На случай, если дверная дверь оборудована умными замком и камерой – от специалиста тех.поддержки наличие в доме таких девайсов можно было ожидать, я отрезала интернет-кабель. Спасибо ещё раз Константину, который обо всём мне рассказывал в своё время.