— Да понял я! Понял!
Мы быстро пообедали, после чего я вежливо попросил Саске вернуться к своим тренировкам, кратко пояснив, что разговор будет по профессиональной сфере и что ей он вряд ли будет интересен. Учиха коротко кивнула и пошла дальше тренироваться.
— Раз уж мы поговорили о философии, поели, то я был бы не против получить парочку советов касательно моей задумки. Это касается проклятой печати твоего старого друга — Орочимару. Я планирую ее улучшить. Все же, что-то мне подсказывает, что вы имеете опыт работы с природной чакрой.
— Природная Чакра?!. Орочимару смог ее обуздать⁈
— Без понятия. Знаю лишь то, что его метка высвобождает эту чакру и делает Саске сильнее, но в процессе забирает ее собственную.
Джирайя положил ладонь на подбородок и задумался.
— Хмпф, так эта печать просто производит фильтрацию, а не забирает природную чакру из окружения. Это не похоже на режим саннина из Горы Мьёбоку.
— Значит, вы что-то знаете о природной энергии…
— Я не только о ней знаю, но также способен впитывать ее в свое тело! — гордо проговорил он, указав большим пальцем себе на грудь. — Правда, этот процесс очень опасный, может вызвать мутации и привести к смерти. Даже я не способен полностью контролировать эту чакру без помощи старейшин моего призыва.
— У меня к вам непростая просьба. Мне нужно реконструировать ее печать. У меня уже есть пара заметок на этот счет, но мне нужен тот, кто понимает все особенности, риски и функции не только печати, но и этой природной энергии.
— Что ж, я могу взглянуть на печать, но обещать ничего не могу.
— Мне не нужны ваши обещания. Просто взгляните на нее и на мои заметки.
Через некоторое время мы вышли из дома, Джирайя пристально осмотрел на печать, а потом столь же внимательно изучил мои записи, после чего дал мне несколько рекомендаций. Это был приятный опыт знакомства и общения с человеком своего профиля. Не нужно было что-либо объяснять, Джирайя с легкостью понимал мой язык печатей и заранее предоставлял ответ. Для Саске наш разговор больше напоминал речь инопланетян, что говорят на каком-то другом языке, но она упорно делала вид, что хоть что-то, да понимает. Под вечер Джирайя решил покинуть нас. Я не настаивал и искренне поблагодарил его за помощь в моей разработке.
— Нет, это я благодарен тебе за то, что, несмотря на все невзгоды, ты вырос хорошим, честным и достойным мужчиной. Я уверен, что, где бы Минато и Кушина не были, они бы гордились тобой и твоими достижениями.
— Первое впечатление не всегда дает правильное представление о человеке. Я могу быть жестоким…
— Также, как и Минато. Это вполне нормально быть жестоким по отношению к своим врагам. Я не твой враг, Наруто.
— Вы может и нет, но вы не можете говорить за других. Я спросил как-то у Хатаке Какаши, но у вас я даже не буду спрашивать и заранее отвечу. Мои родители сделали свой выбор. У меня он свой. Вот и все. Не смейте себя винить в чем-то, на что вы не могли как-то повлиять.
— Иногда, моя жизнь — это сплошная череда ошибок.
— Тогда, это повод получить из них какой-то полезный опыт или урок, который вы можете передать другим. Наследие.
— Ты… ты помог мне, Наруто. Ты помог мне найти ответ на вопрос, что я долгое время искал. Я никогда не смогу тебе отплатить за это.
— Хах, вы второй человек, что мне это говорит. Я просто натолкнул вас на то, что давно было перед вашими глазами. Еще увидимся. Все же, не думаю, что мы прощаемся, Эро-саннин.
— Э-эй! А это еще что за прозвище⁈
— Ну, так это вы страдаете от недостатка женского внимания, а не я.
— Ты не понимаешь в этом процессе главное азарт, опасность, интерес и…
— Проваливай уже, старик.
— Эй! Я не старик! Я — сильный мужчина в самом расцвете сил…!
Я устало вздохнул, прикрыл ненадолго глаза и достал из пространственного кармана свой молот. Медленно открываю глаза и начинаю отсчитывать вслух.
— Три…
— Наруто…?
— Два…
— Наруто! Подожди-подожди-подожди!!! Да, я же шучу!
— Один… — я уже замахиваюсь молотом для броска, когда тот, комично маша руками, быстро побежал в сторону резиденции Хокаге, по пути выкрикивая какой-то бред о том, что он самый добрый, лучший и еще в самом расцвете сил, и у него еще полно времени на свое будущее и наследие.
— Во имя Девяти, ну и клоун. — несмотря на тяжелый вздох, я все же под конец усмехнулся. Саске тоже тихо прыснула в кулак.
— Да, он умеет оказать на людей «особое» впечатление. Что-то смог узнать о моей проклятой метке?
— Да, с этими знаниями, думаю, я смогу выполнить задуманное в ближайшее время.
Третья Неделя…
Под конец третьей недели я наконец смог завершить модернизацию проклятой печати. Теперь при активации она не забирает чакру своего носителя, а впитывает окружающую природную чакру. Активация печати все также будет зависеть от эмоционального состояния. Пробуждать ее будут негативные эмоции. Конечно же, были некоторые риски использования печати. Как можно предположить, нагрузка на тело оказывалась колоссальная, а кроме этого было еще и духовное давление от самой печати. Негативная природная энергия давит своими эмоциями, уничтожает разум и доводит до состояния животного или монстра, ведомого лишь инстинктами убийцы или голодом. Животные не всегда убивают лишь ради добычи пропитания, иногда они делают это ради забавы или просто из кровожадности. Даже травоядные существа иногда поддаются этому чувству, пробуждая в себе несвойственные им жажду насилия и жестокость. Они делают это ради забавы или потому что получают от этого удовольствие? Это неважно. Важно лишь, что в этом и заключается суть негативной природной энергии.
Перед изменением печати я предупредил Саске о том, что время пришло. Несмотря на спокойное выражение лица, в ее глазах возникло возбуждение и в предвкушение. Все же, какой подросток не будет радоваться факту получения силы, верно?
За домом уже было приготовлено четыре свитка с начертанными на них пентаграммами и печатями. Саске опустилась в центр и также, как и в прошлый раз, была избавлена от верхней одежды и прикрывала свою грудь руками.
— Это будет больно. Значительно больнее, чем то, что я установил в лесу. Реконструкция займет минуту времени, но для тебя эта минута будет казаться вечностью. Твое тело будет гореть в огне, и ты не будешь способна его потушить.
— Ты умеешь обнадежить.
— Стараюсь. Просто не хочу, чтобы ты злилась на меня. Это твой выбор. Ты переступишь через свой текущий лимит или твой путь окончится прямо здесь и сейчас.
— Я не сдамся. Я почти готова на все ради силы, но я не буду ради нее жертвовать тобой…
Она про Мангекё Шаринган…? Она все еще думает, что меня это волнует? Хах, до чего забавное дитя.
Сложив печать концентрации, я приложил свою ладонь к ее затылку. Пентаграммы с печатями и формулами проплыли по воздуху красными «чернилами», впитывались в печать. Три томоэ в процессе впитывания плавились и изменяли свою форму на черный ровный треугольник, в центре которого была одна единственная «запятая» или томоэ. Все это время Саске дрожала и стонала, даже упала вперед и едва могла упираться руками, чтобы окончательно не упасть. Она в буквальном смысле сгорала изнутри, ведь печать повторно встраивалась в ее систему циркуляции чакры и меняла свою суть. Под конец «целой» минуты Саске наконец смогла облегченно вздохнуть и перевести дыхание. Все ее тело вспотело от нагрузки, а из уголков глаз вышли небольшие слезы от физической боли. Я протянул ей бутылку с прохладной водой, за которую она схватилась, как за спасательный круг посреди бескрайнего океана.
Через десять минут Саске пришла в себя и беспечно сказала, что абсолютно не чувствует разницы. Это было хорошо. Плохо было бы, почувствуй она «что-то». Например, влияние окружающей негативной природной чакры еще до высвобождения печати или попытку дистанционной активации печати Орочимару. Я также объяснил ей новый способ активации и запечатывания печати. Сложить одной рукой жест концентрации и мысленно дать команду к высвобождению. До этого, когда она высвобождала печать, все ее тело покрывала татуировка в виде пламени. Теперь же, треугольная печать с одним томоэ сливалась с кожей. Сам цвет кожи становился чуточку бледным или даже можно сказать «серым», также чуточку «седели» ее темные волосы. В районе носа и лба появлялся черный треугольник, являющийся знаком моей работы. «Белок» в глазах также серел. Все это было последствием использования темной природной чакры, и я очень сильно постарался, чтобы эта чакра не вызвала мутаций или искажений. Все же, в ходе реконструкции задача печати была не только предоставлять ей эту природную чакру, но и сохранять над ней контроль. При потере контроля можно ненамеренно создать из своего тела оружие в буквальном смысле, а мутации и уродование себя ради силы — это меньшее, что я желаю Саске. Ее текущий внешний вид — это незначительная цена за подобную силу.
