Она подчинилась и без задержки выполнила мое требование. За бинтами я смог мельком заметить неплохую для подростка грудь второго размера. Что-то пробудилось в моем сердце и тут же угасло. Это было чуждое желание, которое отвращало и оскверняло мое сознание. Никогда не находил в себе любителя «помоложе» и никогда не одобрял этих предпочтений у других. Вне зависимости от их статуса и достижений. Есть крайне редкие и почти несуществующие исключения. Одна из главных причин, почему взрослые люди не должны прикасаться к детям, заключается в том, что это аморально, а все потому, что дети и подростки недостаточно физически развиты для этого, а еще в большинстве случаев они не способны дать отпор своему насильнику, а также не могут на достаточном уровне понимать происходящее и, самое главное, давать свое прямое согласие на половой акт. Без принуждения и страха. Я такого на своей памяти даже в своей прошлой жизни не видел. Только изнасилование. Как-то раз после очередного приключения я случайно услышал из соседней комнаты таверны крики незнакомой девчонки, что брыкалась, кричала и плакала под каким-то мужчиной. Я без лишних предупреждений или колебаний обрушил на него свой Мьёльнир и размозжил его голову, подобно упавшему на землю арбузу. Позднее оказалось, что это была дочка владельца таверны, который и продал ее на ночь за несколько золотых монет. Вне зависимости от того, угрожал ему этот викинг или нет, но это был крайне отвратительный и низкий поступок, который меня взбесил и разозлил. Тогда я плюнул ему в лицо, следом последовала пощечина, которая выбила из его рта несколько зубов и струйку крови. Лицо владельца таверны опухло и надулось, а тело сгруппировалось в жалком положении защиты от своего обидчика. Тогда он плакал, завывал и просил Великого и Могущественного Тора простить его за этот поступок. Я вполне мог спокойно разбить ему голову своим молотом, но сама дочка этого «чудо-отца» закрыла его своим телом в объятьях и попросила также, со слезами на глазах, не убивать его. Пусть он и был совсем не идеальным или даже просто хорошим отцом, но он был все еще ее отцом… да?
Достаточно воспоминаний и ностальгии по былым временам. Пора вернутся к реальности. Положив ладонь к ее затылку, я сложил одной рукой печать концентрации. Печати, нарисованные кровью, ожили и по воздуху, подобно змеям, следовали прямо к печати, образуя вокруг нее ровные линии в форме квадрата с четырьмя черными точками у их углов. Каждая точка определяла одну из функций моей печати. Весь процесс проходил для Саске болезненно, так как моя защитная печать вторгалась в ее тело и, самое главное, систему циркуляции чакры, чтобы эта самая проклятая метка не могла выйти наружу. Система защиты просто этого не позволит. Я спокойно похлопал ее по плечу и дал команду одеться.
Весь путь до башни прошел тихо и спокойно, также как завершение задания. Свиток неба и земли, наложенные друг на друга, позволяли призвать того или иного шиноби нашей деревни для проверки соблюдения правил прохождения экзамена. Проверить потери и ранения, если таковые имеются в команде. Если кто-то случайно погиб во время экзамена, то команда автоматически проваливала экзамен. Если же были ранения, то проверяющий направлял их к меднинам. Нашим же проверяющим оказался Умино Ирука, что поздравил всю команду с прохождением второго этапа. Огласил какую-то глупую очевидную истину. Если не вдаваться в умные слова, ее смысл в том, что, если ты слаб телом, тренируй тело, а если слаб духом, тренируй разум, а если нет и того и другого, то ты просто очередная строчка в статистике, и никому не будет дело до твоей жизни или смерти. Нас распределили в личные комнаты, в которых мы могли делать все что угодно в пределах разумного. Имелось в виду, тренироваться можно было, но эти тренировки не должны портить ничье имущество. Также была столовая, в которой в определенное время подавали сухпаек. Употреблять его можно было как в столовой, так и в своей комнате. Я потребовал от Ируки вызвать Хатаке Какаши для личного разговора, а также разрешения находится в комнате Саске Учиха. Конечно же, я дал обещание не создавать неудобные ситуации или конфликты, связанные со вторжением в личное пространство последнего официального члена клана Учиха. Умино Ирука подтвердил, что Хокаге и остальные джоунины уже были в курсе того, что Орочимару присутствовал на втором этапе экзамена. Доказательством тому служил один полноценный свидетель ввиде Митараши Анко и мое личное сражение с ним. Было бы довольно сложно не заметить это, пусть и недолгое, но достаточно громкое сражение. Хотя, это больше напоминало игру кошки в мышки…
* * *
Мой разум затмила холодная ярость. Быстрый бег разрушал землю под моими ногами, а от прыжков из-за потери контроля моей чакры ломалась кора и ветви деревьев. Когда я нашел свою цель, то полностью проигнорировал лежащую у его ног Митараши Анко, что испытывала боль и медленно, но верно теряла жизненную силу. Взмах слева направо Обезглавливателем разрубает на части дерево, с которым он на половину слился. Орочимару выбирается наружу и пытается завести какой-то бессмысленной диалог. Бросил в него копье, что копье способно постоянно преследовать свою цель. Пусть он и уворачивался и успешно уходил от нескончаемых атак копья, но из-за этого он не мог сконцентрировать на мне свое внимание или убежать обычным способом. Удары молота разрушали гигантские деревья, а в голове крутилась лишь одна-единственная мысль о его смерти. Полностью проигнорировав его попытку отправить в мою сторону специальных змей, что прыскались ядом и раздражали своими жалкими попытками вонзить свои клыки в мою руку или шею. Где-то на краю разума вспомнил причину, почему яд этих змей на меня не действует. Не нужно думать или чувствовать что-то лишнее, помимо этого. Он мой «Враг». Как в старые и добрые времена, где я согласился взять на себя роль монстра. Не нужно тратить время на пустые разговоры или сдерживать себя. Следом последовал призыв теневых клонов вместе с кунаями Бога Грома.
— Десять…? Нет, слишком просто. Двадцать. — вслух озвучиваю свои мысли, и он не может скрыть на своем лице удивление, граничащее с шоком и переходящее во страх.
Двадцать теневых клонов используют технику, которая успешно убивала опытных шиноби на последней великой войне за одно лишь мгновение.
— «Сколько он сможет продержаться?» — посетила меня еще одна мысль прежде, чем я начал свой акт наказания за его дерзость. За его попытку посягнуть на чужую собственность. Быстрая смерть для него — это слишком просто. Именно поэтому я старался наносить увечья, не целясь в жизненно-важные органы. Мозг или сердце должны быть на месте, а остальное он будет терять один за другим.
Чтобы показать ему страх… отчаянье… мою ненависть…
И наконец, чтобы показать ему, что это личное…
Теневые клоны действовали крайне синхронно. Не давали ему и секунды, чтобы перевести дыхание. Каждая его попытка уйти оканчивалась тем, что возле его позиции втыкался кунай Бога Грома, а следом появлялся теневой клон, который наносил удар копьем, молотом, двуручным мечом или просто выполнял выпад кулаком или ногой. От кого-то он уходил, а кто-то удачно причинял ему урон. Удар кулака в челюсть ломает ее, а несколько зубов сверкают в воздухе, скачок телепорта, и сзади появляется очередной мой клон, протыкая его спину копьем и поднимая над собой. Кунай брошен ввысь на сотню метров, скачок в небо, и теневой двойник использует инерцию падения для того, чтобы размазать Орочимару по земле. Он использует какую-то технику замены тела. Бледные ладони выходят изо рта его прошлого тела, и он успевает вовремя обхватиться руками о ветвь дерева. Мой теневой клон раздраженно хмыкнул и небрежно отбросил пустое тело.
Наказание продолжается…
Черные тучи постепенно заполняют небо. Молнии сверкают в облаках, а яростный гром оповещает о наступающем шторме. Молния в опасной близости ударяет рядом с ним. Разрушает дерево и поджигает ее верхушку.
