— Ты ведь желала показать ему себя, верно?

— Да. — коротко, стойко и уже уверенно отвечает на это.

— К сожалению, на данный момент он не способен на полноценный секс. Ему нужен отдых, но он слишком невыносимый и упрямый. Есть несколько способов которые могут помочь ему наконец-то полноценно отдохнуть. Мне нужно сменить одежду. Пойдем, заодно покажешь, что именно ты хотела ему показать.

* * *

Пока я придавался воспоминаниям ко мне наконец-то вернулась Саске и уже не одна, а с Итачи. Я ожидал, что она принесет с собой какое-то средство для обретения спокойного сна, но на деле же мои ожидания не оправдались и я получил очень красивый и качественный… местные называют это… «косплей»?..

Саске создала образ «кошки» используя черное бикини с черными кошачьими ушками на голове, что как будто были частью её прически и тонкий пушистый черный длинный хвост живущий своей жизнью. По всей видимости это была какая-то смесь одежды для пляжа и «Хенге», так как я ощущал, что влияние техники превращения было очень незначительным. На шее отличительный аксессуар в виде черной ленты, что местные называют как «чокер». На лице минимальная косметика, а губы покрыты красной помадой.

Итачи не использовала Хенге, но меня поразил её откровенный и очень красивый наряд. Если Саске черная «кошка», то Итачи белая «мышка». Белое бикини плотно и эротично облегало, отчего не было места для фантазий. На голове белые круглые ушки, на шее белый меховой «чокер», но из-за его размеров создавалось впечатление что это ошейник, а чуть ниже ладоней белые меховые напульсники. Из-за спины можно было увидеть белый длинный пушистый хвост с черной кисточкой.

Я потерял на несколько секунд дар речи и глупо уставился на этот феномен. Итачи ощущала скованность, смущение и неуверенность. Правая ладонь зафиксирована на левом локте, а взгляд устремлен в сторону. Саске создает вызывающую и важную позу. Положила руки на пояс и широко расставляет ноги в разные стороны.

Мой разум пытался анализировать все это, но тело уже было готово к будущей предсказуемой сцене.

— Ты говорил, что тебе хотелось получить массаж. Думаю, ты не будешь против получить особый массаж с использованием нашего рта…? — выставляет так пошло и с провокацией свою ладонь перед собой в жесте «кольца» и вываливает наружу свой розовый язычок.

Я был несвойственно терпелив, а все из-за того, что все еще ощущал усталость и не хотел начинать «сражение» которое не смогу выиграть. Лучше предоставить все этой парочке. Я не хотел создавать образ человека, который ставит честь и достоинство мужчины выше желания и чувств этих девушек ко мне. Данные особы желают добровольно обслужить меня? Пожалуйста, я не против, но я обязательно найду способ «отомстить» за это поражение. Я не люблю выглядеть жертвой собственной глупости, а то, что мое состояние это прямое следствие моей собственной глупости было неоспоримой истиной. Если бы я был более терпеливый, осторожный и следил за собой, то текущего моего состояния можно было бы легко избежать.

Им не нужен был мой ответ и более не нужно было говорить какие-то очевидные вещи. Вместо этого Саске и Итачи припали на четвереньки на мою кровать и зарылись под одеяло лишь для того, чтобы вынырнуть рядом со мной по правую и левую стороны. Одеяло создало укрытие для этих «питомцев» которые с предвкушением и возбуждением ощущают нетерпение перед своей трапезой. Я специально развожу ноги в стороны для более удобного и комфортного положения. Я сразу понимаю, что это не будет обычная игра, а состязание на то, кто лучше и кто первый доведет меня до блаженного пика.

Саске начинает первая и располагается прямо над кончиком моего поршня, играючи, медленно и наслаждением и томным мычанием проводит язычком чувствительные линии. Не забывает уделять внимание своими ладонями, что медленно создавали поступательные движения у нижнего основания. Все это время она смотрит мне прямо в глаза. Лишь после завершения создания влажного покрытия по всей длине моего основания уже создает более грязный, извращенный и откровенный способ доставления мне удовольствия. Саске закрывает глаза и словно поклоняется мне и моей сути тем, что так приятно, нежно и искренне целует и слегка играючи покусывает мягкую плоть оставляя метку от помады в виде «поцелуя».

Я не могу скрыть тяжелое дыхание не только от своего усталого состояние, но и от того насколько умело, приятно и искусно исполняет свою роль. Мои ладони сами собой нашли свое место на макушке этой парочки. Взъерошивал и поглаживал темные гладкие волосы Учиха. Итачи млеет от моего прикосновения, опускает на бок свою голову мне на грудь и с закрытыми глазами. Она не говорит и слова, но мне и не нужно было говорить того, что ей нравилось это ощущение близости. Итачи создает жест когтей, создает на лице такую приятную мягкую улыбку и игриво проводит по моей груди острые линия.

В это же время Саске уже прекращает играть и дразнить этой игрой и переходит к главному. Возвращает зрительный контакт и погружает кончик в свой влажный и приятный ротик. Поигрывает языком, проводит видимую круговую линию по кончику и не скрывает извращенных и пошлых слюнявых звуков. Специально занимает широкую позицию, используя мои колени как опору для своих ладоней, и использует лишь свою голову для будущей части. В прямом смысле этого слова. Создает такой подавляющий, резвый и агрессивный темп. Полностью игнорирует случайный кашель, глухие удары горла и чавкающие всплески ротовой полости, а вместо этого ощущает прилив решимости. Данные движения тела отдаются энтузиазмом, а вызывающие урывочные дыхания и полустоны создают впечатление игривого вызова. Ей нравилось ощущать вызов. Секс уже стал неотъемлемой частью нашего времяпровождения и не сложно догадаться, что это занятие вызывает безобидную зависимость. Ну, а данная зависимость перерастает в желание доставлять удовольствие друг другу куда более эффективнее. Создавать множественные способы, варианты и «постельные» техники.

Мастерство, которое она продемонстрировала, поглощая и проводя своим скользящим языком по пахнущему мускусом члену создавало слабость в ногах, отчего мои кончики пальцев ног судорожно сжимались и разжимались от этой приятной пытке.

— Ах…! С-Саске, подожди! Черт…!

В пьяной и одурманенной форме выпускает член от влажного и мягкого плена лишь для того, чтобы вызывающе и отвратительно извращенно «постукивать» окончанием по своим щека, подбородку и иногда задевая его своим языком.

— Не ругайся. Не люблю, когда ты ругаешься. Ты же не хочешь, чтобы я расстроилась и прекратила все это?

Такая очевидная и глупая угроза. Я чувствовал, как она играет со мной, и создает себе важную и доминантную роль при этом полностью игнорируя то, что она делает прямо сейчас. Саске неистово мотала головой вперед и назад, как будто от этого зависела ее жизнь. Тонна густой слюны скользили по массивному стволу, намеренно производя громкие, хлюпающие звуки, прежде чем протолкнуть своеобразное мужское достоинство как можно глубже. Учиха не хотела успокаиваться, прежде чем попытаться проглотить его в своем сжимающемся глотке, вытягивая челюсть как можно шире, поджав губы и крепко всасывая, как будто она пыталась вдохнуть его, намыливая его своим мягким языком, как будто она слизывала сладость с леденца. Саске даже не выглядела так, как будто она выполняла этот голодный минет ради меня, а выглядело как самоудовлетворение, слюнявя повсюду, как бешеное животное. Создает мокрые пузыри, а полосы слюны бежали по всему гигантскому придатку. Для нее как будто не было ничего вкуснее, чем этот мускулистый прямой член. В такие моменты в моей голове проносились какие-то глупые, бессмысленные и нелепые мысли о экзистенциального предназначения всего этого. Словно данная Учиха была рождена быть со мной и доставлять мне удовольствие. Саске задыхалась и дрожала от волнения, насильно вталкивая грабительские дюймы в свой пищевод, бросая вызов всем шансам и каким-то чудом умудряясь засунуть его глубоко в свое сжимающееся горло. Я не мог более сдерживать свое высвобождение и предупредил, озвучивая громко её имя.