Многое поменялось после нескольких встреч с высоким красивым мужчиной с мягкими светлыми волосами и прозрачно-серыми глазами.

Теперь она могла рассуждать. Самостоятельно. И не слышать скрипящий рвущий шепот, парализующий и рвущий на части.

– Если бы могли, они бы уже убили, – прошептала женщина.

Анагиана иногда не могла справиться с быстро проносящимися в голове картинами. Неизвестные и до боли знакомые. Пугающие и радостные одновременно. Не могла она определить, что происходит. Все чаще она видела смеющуюся девочку с черными длинными хвостами, в окружении подруг.

– Как ты сделал это Клеон? – прошептала женщина, смотря широко раскрытыми глазами на безграничные пески. – Кто я? Почему я это вижу?

Нет, конечно, чужие образы и представления она видела и раньше. Много образов. Первородные и существовали только за счет поглощения человеческого сознания, по-научному, за счет получения закодированной в ДНК информации.

Все, что человек называл душой или сознанием, на самом деле помещалось в макромолекуле, которая обеспечивала хранение и передачу генетической программы, развития и функционирования человеческого организма.

Материя, ориентированная на выживание, развила тотальную адаптацию и способность к мимикрии. Первородные мгновенно считывали и поглощали генетическую информацию, закодированную в макромолекуле, и данные, которые на протяжении человеческой жизни собирал и хранил мозг.

После встречи с Первородным от человека оставалась пустая оболочка. В древности, само-рожденных назвали бы демонами, которые умеют поглощать душу. Может в выражении «продать душу дьяволу и был определенный смысл.

Только видения, которые видела Анагиана, она не поглощала. После встречи с Клеоном она не смогла больше считать человеческое сознание.

– Что происходит? Почему я вижу все это? – Анагиана не могла со стороны оценить то, что происходит внутри нее. Разве можно отследить, как крупицами собирается и выстраивается обратно человеческое сознание.

Деревня Аммос

Деревня Аммос, согласно местным картам, должна была находиться совсем рядом с местом расположения древнего Вавилона. В пустынях он еще не был, хотя много путешествовал и участвовал во многих экспедициях.

Утро началось с того, что проводник заставил Клеона всего облачиться в плотное длинное одеяние и замотать голову плотным хлопковым платком.

– У меня есть все необходимое! – Клеон попытался сопротивляться, доставая из рюкзака традиционную бейсболку и солнцезащитные очки.

Проводник вежливо улыбнулся, оглядывая аксессуары Клеона для похода по пустыне. Местные рабочие, не настолько воспитанные, громко рассмеялись. Клеон осмотрел всех, не совсем понимая, что происходит.

– Господин! Ничего из этого Вам не поможет! – Проводник пренебрежительно показал пальцем на бейсболку и очки. – И одежда плохая. Одевайтесь, мы лучше знаем, как выжить под палящим солнцем.

Клеон не мог не признать правоту проводника. Он неохотно натянул на себя длинное плотное одеяние до самых пят, и попытался замотать традиционный головной убор живущих в пустыне народов. Проводник еще раз вежливо улыбнулся, замотал на голове Клеона в несколько слоев плотный хлопковый платок в черно-белую клеточку, и надел сверху тяжелый обруч.

– Спасибо! – Клеон не привык чувствовать себя настолько беспомощным. Да в подобном одеянии ощущал себя странно.

– Идем быстро, еще утро. Нужно дойти за пару часов, потом идти по горячему песку будет невозможно. – Проводник явно знал, что говорил.

Клеон и не спорил. Он понимал, что согласно маршруту, до деревни Аммос осталось километров пять, спокойно можно дойти за два часа.

Он шел с проводником немного впереди, восемь местных рабочих шли сзади. Решили идти налегке, палатки и тяжелое оборудование оставили в лагере.

– Деревня Аммос давно здесь находится? Вы знаете жителей деревни? Они приходят в город? – Клеон так ничего и не смог найти не только про деревню в пустыне, но и про все остальные места, в которые организовал поездки.

Информации об интересующих местах было мало, что можно объяснить малочисленностью поселений и отдаленностью. Клеон пытался отогнать от себя мысль, что расположение и численность поселений, откуда пропадали девочки, не были основными причинами, почему об этих местах не было данных.

– Я точно не знаю, – пожал плечами проводник. – Мои родители приехали сюда пятьдесят лет назад. Не знаю, когда появилась деревня.

– Нет, никто из деревни никогда не приходит в другие села и города, – Проводник не просто сделал паузу, было заметно, что он явно не хотел говорить на эту тему. – В деревню тоже никто не ходит, они живут сами по себе.

– Вы приводили туда туристов? – Клеон спросил просто, чтобы спросить.

– Никогда, – на этот раз последовал быстрый и четкий ответ. – Туристы выбирают другие достопримечательности, интересуются разрушенными башнями древнего Вавилона. Деревня Аммос находится намного дальше, на пересечении высохших древних рек. Никто не спрашивал, как туда добраться.

– Понятно, – Клеон замолчал и оставшуюся часть пути они шли молча.

Дорога и правда заняла пару часов.

Пустыня поражала однообразием. Вначале везде, насколько хватало человеческого взгляда простирались бесконечные пески. Первую половину пути они шли по достаточно ровной местности. Постепенно все чаще встали попадаться небольшие песчаные холмы, на которые приходилось взбираться и спускаться. Вышли они и правда очень рано, поэтому солнце пока не причиняло особого беспокойства. Песчаных холмов становилось все больше, и они становились все выше. Местность менялась по мере продвижения.

Какое-то время они шли прямо по руслу высохшей реки, по берегам которой стояли невысокие кустарники. Кроме кустарников вокруг реки поднимались скалистые образования, причем высота окружающих образований увеличивалась по мере продвижения. Клеон старался не думать о высоких блоках, любые горные образования теперь могли вызвать страшный стресс.

– Пустыня как будто закончилась, – постарался пошутить Клеон, чтобы не ощущать, как знакомый холод ледяными каплями поднимается снизу по позвоночнику. – Пески закончились, начались горы.

– Да деревня находится за скалами, – проводник смотрел прямо перед собой на дорогу.

Клеон показалось, что проводник старается не смотреть на скалы.

Клеон понял, что они находятся непосредственно у деревни Аммос потому, что проводник неожиданно остановился, за ним встали рабочие.

Он уже знал, что произойдет дальше. Внутренне Клеон приготовился привести нужные аргументы, чтобы хоть кто-то пошел с ним дальше. После двух поездок он понимал, что сейчас все местные откажутся идти в «проклятое» место. Конечно, он все правильно предположил.

– За этими горами находится деревня Аммос, – проводник махнул рукой в сторону скалистых образований, которые находились на расстоянии примерно ста метров от места, где они остановились. – Нужно пройти по узкой тропинке между холмами, и вы увидите поселение. Видите тропинку? Вот по ней и идите, никуда не сворачивая. Идти до деревни примерно десять минут.

«Куда интересно я могу свернуть с узкой тропинки между скалами?». – Мозг автоматически отреагировал сарказмом, который всегда скрывал страх.

– Вы разве не проводите меня в деревню? – сказал вслух Клеон, стараясь изобразить непонимание, надеясь, что наивность сработает.

Не получилось. Клеон с трудом сдержался, чтобы снова не сказать «дежавю», слишком много похожего встречалось в экспедициях.

Рабочие стояли, как вкопанные, на лицах читался настоящий страх. Клеон заметил, что местные и правда стараются не смотреть на скалы. Проводник держался лучше, но вел себя скованно. Он молча помотал головой из стороны в сторону, что практически на всех языках мира означало «нет».

– Нет, туда никто не пойдет. Проклятое место. – Клеон заметил, что проводник старался даже не смотреть на холм, за которым находилась деревня.