***

– Что дословно означает название «Шдид Рмал»? – Клеон старался скопировать звучание языка, которым не владел.

Человек в мужском головном платке, защищающим от жгучего солнца, песка и холода, быстро посмотрел на Клеона и отвел взгляд.

Клеон прекрасно знал правила подбора местных рабочих. Всегда должен быть проводник, который владеет родным языком ученых, и может показать дорогу к нужному месту. Местные рабочие получали деньги за то, что несли вещи, ставили палатки, выполняли работы на раскопках.

Он просто силой заставил себя не думать о предыдущих двух экспедициях, когда тщательно выбирал местных рабочих для поездки к небольшой деревне Аммос, откуда пропало две девочки. Клеон прекрасно понимал, что все, кого он нанимал, были жестоко убиты. Однако отправиться в пустыню один он физически не мог, поэтому всеми силами подавлял чувство вины.

– Нехорошее место, ­– заговорил проводник после паузы. – Очень плохое.

– Я понимаю, – Клеон вздохнул, он уже понял, что все места, которые его интересовали, до смерти пугали местных. – Но что означает название?

Клеон записал в своем блокноте перевод названия «Шдид Рмал», которое нашел в обычном словаре, «Затягивающие пески». Но хотел выяснить, было ли что-то в названии места, известное только местным жителям.

– Мы не ходим к «Шдид Рмал», – проводник так и не смотрел на Клеона. – Проклятое место. Втягивающие пески. Там обитают гули.

Клеон понял, что почти точно перевел местное название. Однако он понятия не имел, что означало последнее слово.

– Гули? Народ, проживающий рядом? – Клеон не мог не спросить.

– Гули – это не люди. Мерзкие существа. – Проводник явно отвечал неохотно. – Могут менять форму. Превращаться в животных.

– В каких животных? – Клеону и правда стало интересно, хотя и не собирался вникать в очередные суеверные страхи местных.

– В гиен. Превращаются в гиен, грабят могилы и поедают трупы. – Проводник явно говорил серьезно. – Иногда приходят в виде молодых красивых женщин, с длинными черными волосами. И завлекают молодых мужчин в пески.

Как бы Клеон не готовился скептически воспринимать очередную порцию местных слухов и легенд, на последних словах проводника сердце сделало огромный скачок, и все тело затряслось мелкой дрожью.

Почему снова молодые женщины? И почему снова превращение?

Все места, интересующие Клеона, отличались легендами, в которых обязательным элементом было изменение внешней формы.

– Значит «Шдид Рмал» означает «Втягивающие пески»? – Клеон спросил автоматически, чтобы не слышать бешеный стук собственного сердца.

– Пески, всасывающие в глубины преисподней, – спокойный ответ проводника не помог успокоить нарастающий тремор.

В первой поездке Клеон скептически относился к рассказываемым местными легендам, и едва сдерживался, чтобы не рассмеяться.

В третьей же поездке после убийств довольно большого количества людей и исчезновения целых поселений, Клеон не мог позволить себе сарказм. В древних легендах и смешных на первый взгляд суевериях, явно было закодировано послание. Как могли древние народы, скорее всего, пытались передать дикую опасность определенных мест, к которым нельзя подходить.

– Деревня Аммос далеко находится? – Клеон решил сменить тему, чтобы перестать думать о мерзких существах, превращающихся в красивых молодых женщин, и о песках, затягивающих в глубины преисподней.

– Примерно десять километров, – проводник ответил уверенно. – Мы можем проехать еще четыре-пять километров, дальше придется идти пешком. Машина не пройдет. Могут встретиться зыбучие пески.

Клеон вздохнул. Примерно он вычислил маршрут, когда проводник несколько раз все подробно объяснил. Ну не понимал Клеон расстояний, география никогда ему не давалась, поэтому приходилось верить на слово. Нанял он проводника и местных рабочих в городе, который находился примерно в девяноста километрах от нужного места. Проводник детально показывал Клеону, какой дорогой они могут проехать на машине максимально близко к деревне Аммос. И последнюю часть пути придется идти пешком.

Клеон хорошо помнил, что сказал Отри. Небольшая деревушка, откуда пропали две девочки, находилась рядом с древним Вавилона.

«Символично, ничего не скажешь», – Клеон усмехнулся.

Подсознательно Клеон радовался хотя бы тому, что не встретит до смерти пугающие стометровые базальтовые стены, стоящие ровным кругом.

Вокруг пустыня, сплошной песок. Откуда здесь взяться скалам?

– Когда приедем до последнего места, будем делать привал, – проводник говорил уверенно, смотря прямо перед собой. – В пустыне быстро стемнеет, пешком идти нельзя в темноте. Надо разбивать лагерь.

Клеон кивнул, он и сам прекрасно все понимал. Почему все места, которые его интересовали находились на таком отдалении? Добираться приходилось в два приема. От кого прятались жители заброшенных деревень?

Он помотал головой, чтобы не думать о странных явлениях, которые мозг ученого объяснить не мог. После того, как машина остановилась, местные рабочие довольно быстро установили несколько палаток.

Палатки ставились утепленные, все участники экспедиции оснащались спальными мешками и теплыми куртками. Особенности климата в пустыне заключалась в том, что с плюс пятидесяти градусов днем, температура могла опуститься до минус десяти градусов ночью.

Согласно маршруту до деревни Аммос оставалось примерно пять километров. Клеон предварительно все изучил. Пустыня, по которой они шли, относилась к смешанным. Песок был рыхлым и в основном состоял из разных минералов, включая кварц. Гладкая структура песка смешанных пустынь отличалась повышенной текучестью, осыпаемостью. До деревни уже нельзя было добраться на машине, часть маршрута придется проделать пешком.

– Встаем рано утром! – Клеон предупредил проводника. – Идти пешком пять километров до деревни, до песков «Шдид Рмал» еще полтора-два километра. Надо успеть добраться днем.

– Да, конечно, – закивал проводник. – Выдвигаемся в шесть утра.

Клеон направился к своей палатке, понимая, что так просто уже не сможет заснуть и придется принимать снотворное. Где-то в самой глубине он ожидал, что снова ночью услышит знакомый голос. В каждой поездке он видел Анагиану, которая никакими человеческими способами не могла там оказаться.

Почему он хотел снова увидеть женщину, которую на самом деле плохо знал? Клеон не относился к романтикам, но с теплотой вспоминал, как тонкая рука погладила волосы. Вспоминал посветлевший взгляд женщины.

После двух встреч в разных концах планеты к воспоминаниям добавилось стойкое ощущение, что Анагиана явно не хочет, чтобы Клеон подходил к круглым отверстиям. Проходы. Она называет их проходами.

«Интересно почему? Почему нельзя подходить к проходам? – подумал Клеон, стоя у входа в палатку, и осматриваясь по сторонам, – Что такого она знает о высоких скалах и о том, что находится в центре, чего не знаю я?».

Кроме разумной части мозга, пытавшегося определить уровень опасности, в самой глубине сердца росло странное чувство. Мысль о том, что женщина искренне переживает за него и желает оградить от опасности, согревала теплом.

В этот раз Клеон сразу заснул и не видел разрывающих душу снов.

***

Спал он хорошо и не видел снов, потому что та, которую послали уничтожить Клеона, перестала выполнять собственную миссию.

Анагиана и с самого начала не понимала, почему Клеона не могут просто убить. В отличие от спецслужб, женщина прекрасно знала, кто находится в заброшенных и отдаленных поселениях, и на что скрещенные способны.

Она хорошо помнила, когда на крыше здания в родном городе Клеона, соединившиеся стальные точки вокруг зрачков мужчины вызвали столб титанового слепящего света. Анагиана не могла не запомнить разрывающую боль, от которой до полного ее уничтожения оставались секунды.

– Он может уничтожить все царство Первородных, но они не могут его убить, – прошептала женщина, не понимая, почему уголки губ поднялись вверх. Не привыкла она еще к человеческой улыбке. Раньше она не улыбалась.