«Анагиана. Имя какое странное, – промелькнула мысль, и сразу же пришла следующая, – да и женщина, прямо скажем, далеко не ординарная».

Он не мог отделаться от странного ощущения. При мысли о том, что скоро снова увидится с этой женщиной, сердце делало дикий скачок, и пульс отдавался ударами молота не только под левой лопаткой, но и по всему позвоночнику.

Но Клеон не мог воспроизвести в сознании образ женщины. В принципе, он ничего не мог вспомнить: ни лица, ни фигуры, ни походки.

Совсем ничего.

Темное пятно.

Пустота вместо образа.

Отложилось только темно-красное платье, которое слишком сильно отличалось от одеяний жителей и неестественно бледная кожа.

Мозг удивительным образом не участвовал в бешеной реакции тела, и для Клеона подобное состояние было впервые. Взрослый мужчина, тридцати шести лет, довольно привлекательный. Он, конечно, знал о различии между страстью и любовью, и знал, что такое похоть и желание.

Только ничего подобного он не испытывал, и реакция тела сильно отличалась от обычного сексуального желания.

Нет. Здесь было что-то другое, и Клеон не мог объяснить, что именно.

«Ладно, надо успокоиться, – Клеон пытался собраться с мыслями и успокоить бешенный тремор, распространяющийся по всему телу. – Я взрослый мужчина, это просто встреча с незнакомой женщиной. Все в порядке».

Он почти успокоился и старался контролировать необъяснимую дрожь, которая отдавалась в каждой клетке тела.

Если бы кто-то вдруг сказал Клеону истинную причину сильнейшей реакции на незнакомую женщину, он не поверил бы. Никто не поверил бы.

Правда о том, кем на самом деле была Анагиана была намного страшнее. Хотелось бы объяснить все сексуальным влечением к идеально красивой женщине, но не получалось. Необычайно сильная реакция человеческого тела на присутствие женщины имело гораздо более ужасные причины.

Клеон выглянул в окно, услышав звук подъехавшего такси.

– Куда едем? – пожилой таксист безразлично посмотрел на садящегося не переднее сидение Клеона.

– Мне в центр. К площади. На углу, рядом с новым кафе. – Клеону закутался в пальто, удивляясь, как воздух в марте может быть ледяным.

– Понятно, – таксист молча поехал, смотря прямо перед собой.

Клеон почти успокоился. Странно, что особого желания проводить время с незнакомой красавицей, у него не было. Но по какой-то причине и отказаться от встречи не мог. Физически не мог.

– Я тут уже немного заждалась тебя, – непонятно откуда прозвучал глубокий голос, когда Клеон вышел из такси.

Он с трудом сдержался, чтобы не закричать. Глубоко внутри он прекрасно понимал, что неожиданностью такую реакцию не объяснить.

Попытки успокоить собственное тело показались смешными. При звуке немного хриплого голоса, казалось, что сердце непонятным образом взметнулось к самому горлу. Тяжелыми ударами участившийся в три раза пульс ощущался по всему позвоночнику. Странным образом все тело охватывал тремор, дрожь проникала до ступней и кончиков пальцев рук.

– Добрый вечер, – Клеон попытался улыбнуться. – Извини, немного задержался.

– Не извиняйся, это я рано приехала, – Анагиана хорошо изобразила движение, когда собеседник смотрит другому в глаза.

Только Клеон заметил, что взгляд женщины шел немного поверх головы, было заметно, что это специально. Он ничего не мог поделать с бурной реакцией всего тела на незнакомку. Удивлялся он только тому, что разум снова не участвует в жизни материального тела. Встречалась, конечно, информация, как люди в медитациях могут отделять разум от ощущений тела. Клеон всегда думал, что это выдумки и сам ничего подобного не испытывал.

Каким-то образом кристально чистый мозг работал сам по себе, воспринимая и перерабатывая информацию, независимо от дрожащего тела.

– Не сказать, чтобы в нашем городе были пробки, – Клеон всеми силами старался вести себя обычно.

– Я заметила, – откликнулась Анагиана. – Городок-то маленький. При желании можно объехать все примерно за десять минут.

Мелькнула мысль, что он никогда не привыкнет к ее голосу. Глубокий хриплый голос, конечно, не был чем-то из ряда во выходящим.

Странно, у Клеона не пропадало ощущение, что он называл глубоким и хриплым «голосом» за неимением других ассоциаций. Человеческих.

Утробный звук шел словно не из тела красивой женщины, но из далеких неизведанных глубин. Клеон мог поклясться, что, как и в первый раз, слышал в голосе незнакомки едва различимые звуки шипения и какого-то скрипа.

– Не всем же городам быть большими, – Клеон внутренне попытался встряхнуться и не придумывать всякой ерунды. – Я здесь родился и вырос. В детстве городок заменял мне весь мир.

– Конечно. Я понимаю. Место, где прошло детство, всегда будет самым дорогим. – Анагиана ответила ровным голосом, не выражающим эмоций.

Клеон разумом понимал, что во всем облике и поведении женщины что-то не сходится. В свете огней они медленно шли вдоль площади, и все это время Анагиана смотрела прямо перед собой. Она ни разу не посмотрела на Клеона, ни разу не повернулась посмотреть здания, мимо которых они проходили.

Клеон снова отругал себя, что вместо приятного времяпровождения с женщиной строит какие-то немыслимые теории заговора.

– Хочешь, я покажу место, которое в детстве любил больше всего? – Клеон непроизвольно улыбнулся, чувствуя тепло воспоминаний.

– Покажи. Интересно посмотреть, где известные ученые проводили детство. – Анагиана словно пыталась воспроизвести человеческие эмоции, например, интерес. Только у нее плохо получалось.

– А ты уже знаешь про мои научные успехи? – Клеон усмехнулся.

– Городок и правда маленький. Мне про тебя несколько человек уже рассказало. – Попытка улыбнуться оказалась не совсем удачной. – Все, наверное, гордятся тобой. После того, как нас видели в кафе, ко мне подходили люди на улице и рассказывали, какой ты известный во всем мире ученый.

– Прости, – Клеон улыбнулся, – я не планировал рекламную акцию по продвижению самого себя. Городок и правда маленький, здесь всегда будут гордиться жителями, которые чего-то добились.

– Не извиняйся, – Анагиана пожала незаметно плечами. – Ты же и правда много достиг, вот люди и гордятся. Когда собственных успехов немного, гордятся обычно кем-то другим.

Клеон украдкой посмотрел на женщину, рядом с которой шел. Он не мог избавиться от ощущения, что говорит Анагиана то, что должно быть сказано. Невозможно было объяснить собственные ощущения.

Перед каждым ответом была небольшая пауза, словно женщина искала в базе данных правильный ответ. Ответы в целом совпадали с разговором, но отличались от человеческой речи какой-то бездуховностью.

Клеон даже не мог объяснить своих ощущений.

– Мы пришли, – Клеон с облегчением вздохнул радуясь, что появилась причина остановиться в бесполезных размышлениях.

Анагиана остановилась и посмотрела прямо перед собой. Они стояли у серой стены обычного здания в дальнем углу центральной площади.

– Что это? – Анагиана попыталась изобразить удивление. – В детстве вы проводили время в этом здании?

­– Нет. Это заброшенный кинотеатр, – Клеон рассмеялся, вспоминая лучшие картины из своего детства. – Пойдем. Сейчас покажу.

Клеон открыл входную ржавую дверь, которая не была заперта, и уверенно пошел по лестнице наверх. Анагиана медленно поднималась вслед за ним. Дойдя до последнего этажа, Клеон толкнул небольшую железную дверь и вышел наружу. Женщина медленно вышла вслед за ним. Они оказались на крыше четырехэтажного здания, с которого было видно почти весь город.

– Красота, да? – Клеон теплым взглядом оглядывал небольшую площадь и светящийся городок. – Мы часто в детстве поднимались сюда и смотрели на город. Здание уже тогда было заброшенным.

Клеон незаметно пытался посмотреть на Анагиану, стараясь понять, что она чувствует и какие эмоции испытывает. Он еще раз удивился невероятной красоте стоящей рядом женщины. Длинные черные волосы были слишком густыми и создавали ощущение плотного покрывала. Четкие, словно прорисованные черты, складывались в невероятно красивое лицо.