За то время что Агапий успел отработать, он встречался уже со всеми структурами надзора этих ребят, и знал пожалуй не меньше их об устройстве их ведомства. Но одно он знал точно: если у человека никогда не было курирующих его хранителя и искусителя и более того, в их отделении о нем ничего не знают, значит и связаться с другими ведомствами он не может. А если может, то не факт что он человек.
– А как тогда он нас вызвать сумел? – не понял Агапий, найдя все же сигареты с зажигалкой и вкладывая в рот длинный белый цилиндрик.
– Через проводника, – пожал плечами Гаврила, раздраженно поглядывая по сторонам в поисках работников.
Они явно задерживались с его отправкой, а время тем менее медленно, но очень верно шло своим чередом. Каждая минута в их работе была на вес золота. Быстро среагировал на вызов – быстро прибыл на место – быстро выполнил поручение – вернулся назад – надбавки, сверхурочные, премии и прочее, прочее тебе гарантированы.
Но вот работники самого вокзала отчего-то помогать им в этом не любили. Постоянные проволочки и задержки были гарантированы любому, кто решит выполнить свою миссию досрочно. Самому Агапию на ум приходила история, как он просидел на платформе вокзала, уже после прибытия обратно, около шести часов так как надо было выправить какую-то бумагу написанную еще до его отправки. И то бумагу не могли найти, то контролер пропал, то оператор задержался где-то. То и вовсе в конце пути, темному заявили что вина исключительно его, нечего якобы было возвращаться почти на двадцать чесов раньше предполагаемого минимального срока. А время тогда было хорошее и задания сыпались на Агапия словно снег зимой на голову, так что он буквально бился за каждую минуту. А тут шесть часов задержки, и как выяснилось после из-за того, что контролер перепил и не явился вовремя по вызову. Вот его и оправдывали как могли.
С другой стороны, каждый делал свою работу, и если кому-то не нравилась работа произведенная другим ведомством то он мог либо забить на это, и идти по своим делам, либо поссориться с тем самым ведомством чья работа ему не нравиться, и рассчитывать на то, что в следующий раз работа того ведомства относительно него будет сделана многократно хуже. Все же на вокзале держались все отправки и принятия грузов и отдельных субъектов. Так что с его работниками ссориться было просто невыгодно и безрезультатно. Да и они порой свое получали от начальства в таком изрядном количестве, что их можно было даже и пожалеть.
– Носом чую, что-то там не так, – продолжил тем временем Гаврила, который проводил на вокзале достаточно времени в своей жизни, чтобы устать от его серого вида и научиться не обращать внимания на редкие неурядицы творящиеся на нем. – И место проживания отдает гнильцой, – говорил он щурясь на лампу под потолком, словно на ней был написан текст его монолога. – Как бы не для экзекуции он темные силы вызывал, этот Евгений.... Как бы не некромантом каким он не оказался…
– Некромантом, в двадцать первом веке? – не поверил собственным ушам Агапий но быстро прикусил язык.
Все же какой бы век не был, а встретить можно кого угодно. Тем более если учесть что век как рас таки двадцать первый шагнул. Тут тебе и кикиморы в подвалах вино распивают, и оборотни в ночных клубах свои сводки устраивают, и светлые по правое плечо…
Мысли о светлых заставили его встрепенуться. Все же он снова был в деле, и снова в этом поспособствовал светлый по имени Гаврила. По его мнению светлый всем светлым.
Светлые в их конторе отличались особым упорством и удивительно гибким характером. Они умели и угождать и отстраняться, главное только знать что необходимо на данный момент. Гаврила был, пожалуй, самым ярким представителем своего вида. У него в подчинении по мимо самого Агапия было еще четверо ребят, и для каждого из них он умудрялся находить задания, порой буквально вырывая их из рук своих собственных коллег по работе.
Правда легче от посторонних мыслей не становилось и в голову возвращались страшные образы того, что его может ждать на квартире. А именно какой-нибудь некромант в десятом колени невесть каким чудом сохранивший у себя способности своих предков. И именно сохранив, так как новые некроманты рождались в мире все реже и реже, и по иронии судьбы становились как правило юристами или художниками.
Правда почти в любом учебнике можно было найти краткую заметку о призыве духов ради собственного удовлетворения, и это даже в современном мире не казалось такой уж сенсацией. И это его немного нервировало. Все же было много историй о том, как тех же самых бесов вызывали, чтобы о работе договориться, а вместо этого по быстрому скрючивали и кровь пускали. Кровь беса, это вам не шутки, а один из важнейших элементов половины зелий некромантов. А если это какой-нибудь из редких видом, как например ледяной бес.. Один такой в конторе работал в отделе исполнений желаний, правда не в их районе. Он и рассказывал как его пытались скрутить на жертвенном столе. Хорошо хоть о его пород никогда не слышали и он по быстрому слинял причинив ущерб на сколько там… В общем история была трогательная и короткая, но так как бес был по всем меркам даже их мира уже довольно старый, то часто любил ее рассказывать в наставление молодым. Обидно только молодым по двадцатому разу ее слушать надоело.
Но если вспомнить конкретно некромантов, то и прочее из тел тех самых бедных бесов неплохо использовалось…
Конечно, с темными в подобных случаях всегда было куда сложнее. Все же иммунитет ко всем видам заклинаний у них куда лучше, а значит то что беса обездвижит, может вызвать у темного большие проблемы, но даже при наихудшем раскладе хоть как-то двигаться да он сможет. А это, между прочим, не мало, когда на кону стоит твоя собственная жизнь. И за свою жизнь стоило бороться, даже если учесть то, что не факт, что после этого задания появится еще хотя бы одно.
Он докурил сигарету и кинув окурок на платформу затушил его носком ботинка. Голова трещала хуже прежнего и к горлу начал подкатывать тугой комок. Все же завтрака не было, а нервы уже начали тратиться. Что же с ним будет по прибытии на место? Темный мотнул головой, стараясь не думать о плохом раньше времени и искренне понадеялся, что вызывающий его все не некромант, а просто какая-нибудь заурядная личность. Хотя бы даже физик в толстых очках страдающий педафилией. Все лучше, нежели некромант.
Зарывшись словно в лохмотьях в обрывках собственных мыслей, Агапий невольно вздрогнув получив под ребра легкий удар локтем. Гаврила сжал губы с такой силой, что они у него просто побелели, а в глазах смотрящих на темного отчетливо угадывалось недовольство. Все же Агапию предстояло еще отправляться в путь, а он уже переставал замечать что-либо вокруг, и это могло негативно сказаться на выполнении им задания.
Светлый кивнул в право от себя давая ему понять, куда смотреть, и темный покорно наклонился немного вперед чтобы посмотреть через плечо светлого на появившегося контролера, или оператора идущего по платформе к ним. Но удивление оказалось не столько сильным от того, что оператор пришел к ним даже раньше на пять минут чем должен был бы, сколько от того кем оказался этот самый пресловутый оператор. Все же по привычным и неписанным правилам, все операторы были среднего роста, как правило светлые или же бесы, но порой и ангелы сидели. И крайне редко демоны. У этих было свое видение жизни, и они предпочитали занимать более выгодные по своему мнению должности. Но всегда это были парни. По крайней мере на сколько помнил Агапий, его отправляли всегда парни, мужчины, а порой он попадал на смену какого-нибудь старика и порой даже выслушивал лекцию о том какая молодежь нынче плохая пошла, и пол минутки подождать не могут. Старика с этой пожизненной темой знали все и все знали, что его постоянные полминутки занимали по минимуму по тридцать минут. Но в данный момент ситуация была и вовсе из ряда вон выходящая. Ведь видеть в белой рубашке, с нашитым на правое плечо золотисто-зеленым шевроном оператора, молодую стройную девушку со светлыми, словно шелковыми волосами спадающими на узкие плечи и довольно правильным юным лицом, было для него в новинку.
