– Быстрее на меня садись.
Тебя я в миг туда домчу.
Пока летел, весне сказал:
– здесь давеча гремел скандал.
Ломали все и били,
ужасно громко голосили.
Ругались Русским матом
Друг друга посылали,
на хутор, в лес куда-то.
Потом затихли, усмирились
и восвояси удалились.
Одна Любовь тогда осталась
клубочком серых ниток сжалась.
Тихонько покатилась в темный уголок
и там обидевшись на всех
лежать одна в пыли осталась.
С тех пор ее не кто звал
не кто не вспоминал, не ждал.
Она уснула, беспробудны сном
и до сих пор лежит клубком.
– И где лежит?
– Известно где, в руинах дома,
в укромном уголке.
– Где это дом?
– Да мы уже добрались.
В том самом месте оказались.
Вооон там, в пыли лежит,
не шелохнется.
Чтоб разбудить ее, сестра здесь сильно
попотеть придется.
Мне не досуг, с клубком Любви возится.
Попробуй кошкой черной обратится.
Да погоняй ее везде,
чтоб закружило в голове.
Глядишь, она проснется.
Я, полетел.
Мгновенно вихрем закружился.
И в тот же миг, бесследно испарился.
Весна, умело изловчилась.
Игривой, черной кошкой обратилась.
И ну, давай любовь гонять.
Крутить, вертеть, везде катать.
Так долго с ней резвилась,
что у самой, от резвости такой,
головка закружилась.
На миг остановилась. Дыхание перевела.
И с новой силой закружила.
Что в тот же миг,
уснувшую Любовь мгновенно разбудила.
Проснулась та, зевнула, лениво ручки,
ножки потянула. И вслух произнесла:
– Как долго сладко я спала.
Зачем меня ты разбудила, затейница Весна?
– Затем, что я пришла,
со мной любви пора настала.
Тебя лишь только не хватало.
Ты посмотри вокруг, какая красота!
Кругом пахучие цветы, зеленая трава.
Все здесь цветет и запахнет.
Кто встретится со мной на пути.
От радости и наслажденья ахнет.
Закружит в танце хоровод и песню звонко
запоет!
Но, посмотри за мною по пятам
Беда ползет. Своих друзей, подруг.
Уныние, Тоску и Безразличие ведет.
Любовь, ты оглядись вокруг.
Не кто влюбленной парой не идет!
И за руку, в обнимку вторую
половинку по улице широкой,
с весною не ведет.
Безлюдны и парки и аллеи,
пусты сады, оранжереи.
Не кто надежду не лелеет.
И с верой на скамейке,
любовь не кто не ждет.
Да призадумалась Любовь, пора.
И мне вступить в свои права.
Прогнать скорее прочь Беду.
Пускай сгорит она в аду.
За нею вслед пускай бредут.
Уныние, Горе и прочий скверный люд.
Весна, от радости такой запела.
Любовь в веселом танце завертела.
Заручку бережно взяла и за собою
увлекла.
Без устали ее
вела по паркам и аллеям.
По улицам, садам, оранжереям.
Где только не прошли подруги.
Все весело плясали Буги Вуги.
И я там был мед, чачу,
водку с ними пил.
Плясал и веселился, пока не отключился.
С тех пор прошло не мало лет.
Но, так устроен человек.
Прожить не может он, увы.
Всю жизнь, без ссор и мелочной возни.
То присказка была.
Развязка будет впереди.
Мы дожили. Мы докатились!
Мы получили все, к чему стремились.
Коварство, ревность и любовь!
Предательство, измену, лож и кровь.
Отчаянье и боль.
Скажи, ответь родной?!
Как получилось, вышло так?
Теперь ты мой любимый враг.
Тебя люблю, за то, себя ненавижу!
Предательство и лож в тебе я вижу.
Коварство, подлость, жадность, злость.
Я вижу все, но не любовь!
Вонзаешь в спину острый "нож"!
С ухмылкой гадкой. На сердце боль,
а на душе так сладко, сладко…
Я вижу кровь!
Умри!
Несчастная, любовь!
Тебя я приручил,
за то, себя ненавижу!
Заботу и любовь в твоих глазах вижу!
Испытываю, жалость, нежность, стыд
и злость.
Испытываю море чувств, но не любовь!
Коварство, Жадность, Подлость, Злость.
Сгубить задумали Любовь.
Любовники сплелись в неравной схватке…
Любовь, сильна! Когда Любима.
Когда Надежда, Вера есть, она
непобедима. Прощает все!
Измену, ревность, кровь и лож.
Вонзенный в спину острый "нож".
Но так беспомощна, слаба!
Когда на сердце пустота…
"Убить", ее, тогда легко!
Разбить как зеркало, стекло!
на тысячу осколков.
Боль, холод, отчаянье и тьма…
Пронзают сердце и тогда,
Коварство, Жадность, Подлость, Злость.
Безжалостно добьют Любовь!
Её, испив, осушат без остатка.
Она опустошенная уснет, но не умрет!
А, с новой силой расцветет.
Когда ее весна прейдет.
Как нимфа юная сказала.
Нет, у Любви, бесследно сгинуть права!
18 Вот как-то летом, мы с друзьями.
Вот как-то летом, мы с друзьями,
культурно отдыхали в деревенской
бане.
Набрали в баню, самогону, пива,
водки и вина.
Напились крепко мы тогда.
Кто в стельку, кто в сапог,
надрался каждый в кого смог.
Кто в хрюшку, кто индюшку,
а кто в неведому зверушку.
Сидели, пили, голосили.
Все о политике твердили,
так важно, умно как будто,
что-то понимали.
Обильно грязью поливали правительство,
и депутатов.
Кого-то вспоминали русским матом.
Затронули Майдан и Тимошенко тоже,
что кто-то, не до ласкал,
ее похоже.
И вот она теперь все крутит.
Косой своею длинной в море воду мутит.
Смеясь, мы вспоминали Лукашенко.
Какой он важный гусь, как круто
держит Беларусь.
Еще немножко понудили
и тему о политике закрыли.
О женщинах заговорили,
о том, как многих полюбили.
Брюнеток и шатенок, рыжих,
блондинок крашенных, бесстыжих.
Мулаток, Азиаток, Китаянок и даже
Негритянок.
Красивых крепких девок, Русских,
высоких стройных Белорусских.
О жёнах вспомнили, им косточки
любя промыли.
На этом темы все закрыли.
Немного молча покурили, а время ночь.
В парилку, так и не сходили,
за болтовнёй и выпивкой
совсем о ней забыли.
Что делать!?
За полночь давно.
Ходить уже нельзя, грешно!
С чертями парится, и мыться,
как бы беде, какой не приключится,
а впрочем, нам уж, все равно.
Чего нечистого стыдится.
Кто в пьяно виде, творения нечистого
Боится!?
Зашли в парилку разом все.
Остолбенели!
Там черти на лежанках деревянных,
тихонько сидели, и парится, уже хотели.
Тут мы, гурьбой ввалились
и черти удивились.
Мы тоже.
К нам в гости "белочка" зашла, похоже.
Глаза на миг закрыли разом.
Открыв чертей уж больше
не увидали.
Признаться честно обалдели.
Немного даже протрезвели.
Расселись по углам, поддали жару.
Той ночью мы попарились на славу.
Весь хмель прогнали прочь.
Под утро с хохотом и шумом
вернулись в дом, и разлеглись в постели.
Проснулись поздно днем.
Попили и поели, немного погалдели.
Про баню вспомнили и чертыхнулись.
Собрались в город по домам.
Уже расселись по местам.
Хотели ехать и хватились,
ключей нема!
Куда вчера в попойке шумной завалились?
Сидели долг, головы чесали, вспоминали.
Потом часа четыре их искали,
чертей лукавых проклинали.
Везде смотрели. В машине, в бане,
в доме, в сарае старом, огороде.
В саду камней, под каждый камень
заглянули.
Но так и не нашли.
Походу бесы, гадкие, их в ночь
с собой украдкой, в свои пещеры
темные, забрали, унесли.
Что ж делать нечего, уж близко
