Он заставил себя отвернуться, чтобы не видеть ее, когда ужас охватит его. Он прижался к камню, молясь, пока сознание угасало.

33. Монстр

Подниматься по крутой каменной трубе с горячей водой Рея никогда не собиралась. И уж точно она не была готова к этому. Она пыталась не только перевести дыхание, но и найти опору.

Ее руки и кисти тряслись, страх нарастал.

Она знала, что ее ждет. Но даже если бы она этого не знала, испуганный крик Тенгрия напугал бы ее еще больше. И он боялся не за себя. Он боялся за нее. От этого становилось еще страшнее.

Она крепко ухватилась за один из камней и подтянулась. На этот раз ее локоть уперся в выемку в скале. На мгновение она покачнулась. Мышцы горели, когда она собралась с силами, а затем с трудом поднялась и втянулась в трубу.

Горячая вода бурлила вокруг нее и лилась вниз. Неловко оступившись, она удержалась на месте, а затем подняла веретено. Она должна была подняться выше. Иначе ему достаточно будет заглянуть внутрь, и он сможет схватить ее.

Она с трудом поднялась, пытаясь удержаться на ногах. Вскоре проход стал сужаться. Вода становилась сильнее, чем выше она поднималась.

Затем раздался леденящий кровь рев.

Она замерла.

Это случилось.

Она уткнулась лицом в воду. Ее возлюбленный был не в своем уме. Теперь она практически видела его.

Низкий гортанный рев продолжался. Они раздавались высоко над землей. Громкое рычание отдавалось эхом.

Что-то разбилось.

Камень разлетелся на куски.

Вокруг нее бурлила горячая вода, легкие наполнялись паром. Веретено давало ей возможность за что-то держаться, иначе она бы уже выбилась из сил.

Шипение продолжалось еще три вдоха.

Все стихло, кроме журчания воды.

Сердце колотилось в ушах.

Как долго будет продолжаться это безумие?

Прошло уже несколько часов. Может быть, три. Но это был туман сам по себе. Что было в склянках? Сильное или слабое? Как долго она сможет здесь оставаться?

Она представила, как он выглядит сейчас — чешуя вся острая и безумные глаза. Судя по звуку, он был еще хуже, чем раньше.

Она прикусила губу. Он сказал ей, чтобы она не заходила в кладовку, что он найдет ее. Значит ли это, что он охотился? И если он охотился, то какими органами чувств пользовался? Мог ли он слышать ее дыхание?

Змеи охотятся по запаху. Он сказал, что учует ее, если она зайдет в кладовку.

Она потянулась к веретену. Почему он стал таким тихим? Во время кошмаров он не затихал.

Она посмотрела вниз, на отверстие.

Ее сердце сжалось. О, Полф!

Тенгрий, полностью преображенный, смотрел на нее из основания трубы. Его глаза теперь светились ярким зеленым светом, затененные и суженные толстой роговой чешуей. Длинные острые зубы наполняли его пасть, а голову обрамлял капюшон как у кобры. На его плечах образовались зазубренные чешуйки, каждая из которых напоминала лезвие.

Ее нервы затрепетали.

Все будет хорошо. Это было временно. Она просто не двигалась. Ведь движение провоцирует змей, верно? Он даже не заметил ее в последнюю третью ночь, так что все в порядке, он может смотреть сколько угодно — ох.

О нет.

Он выгнулся дугой в трубу, и вода потекла мимо него. Его длинный вильчатый язык высунулся, принюхиваясь к воздуху.

Полф!

Она снова вгляделась в абсолютную черноту каменной шахты над головой. Горячая вода продолжала литься вниз. Она потянулась вверх в поисках опоры. Неважно, насколько там темно. Она должна была забраться как можно выше.

Последовало еще одно более громкое шипение. На этот раз ближе.

Она стала подниматься быстрее, задыхаясь от ужаса и парящей воды. Ее левая рука соскользнула. Она уперлась ногой в каменную глыбу и посмотрела вниз.

Весь свет был заблокирован в проходе. Но его глаза светились, косясь на нее. Узкие вертикальные зрачки, горящие яростью. Чудовищные. Хуже, чем на рисунках или картинах в книгах по истории.

Она старалась карабкаться быстрее, ударяясь головой о верх прохода. Он уже был зажат. В какой-то момент ему пришлось остановиться.

Вода бурлила все сильнее и быстрее, становясь все горячее и горячее. Ей приходилось крутить головой, чтобы не опустить лицо в воду. Камень скреб по ее плечам и спине, задевал бока.

Его шипящее рычание становилось все громче, потом злее.

Камни затрещали.

Она скорчилась, не в силах подняться выше. Мышцы горели и болели, руки и ноги тряслись.

Последовал еще один полный ярости рев. Что-то плюхнулось в воду прямо под ней. Последовал быстрый звук скольжения.

Она прищурилась и посмотрела сквозь воду на лицо.

О, слава богу.

Он опускался обратно, и линия света снова появилась на дне трубы. Его глаза отвернулись от нее.

Она задохнулась, откинув голову назад. В ее горле поднялся всхлип, пульс участился.

Слава богу. Он сдался. Последовал еще один всхлип. Она не могла даже опустить голову, чтобы заплакать, иначе утонула бы, но все было в порядке. С ней все будет хорошо. И он справится с этим. Они оба справятся с этим, а потом спасут детей, остановят ритуал и…

Что-то ударилось о воду рядом с ней.

Она посмотрела вниз.

К ней приближалось что-то меньшее. Его хвост? Она едва успела его различить, как он крепко обхватил ее за лодыжку и рванул вниз.

Она забилась, закрывая лицо руками. Камни царапали ее спину и бока, а живот скрутило. Жгучая боль пронеслась по всему телу.

Затем она плюхнулась в бассейн.

Она отшатнулась от него, барахтаясь в воде. Вынырнув, она сделала отчаянный вдох и ухватилась за каменный край бассейна.

Его хвост обхватил ее за лодыжку и снова рванул вниз. Бурлящие воды поглотили ее, когда хватка ослабла. Она брыкалась и вырывалась, упираясь в него пяткой.

Его захват ослабился, и она вырвалась на свободу.

Бросившись вперед, она достигла края. Она перекинула руку через борт бассейна и вынырнула.

Он ударился о борт бассейна, едва не промахнувшись мимо нее и ударившись ртом о каменную стену. Зарычав, он отпрянул назад и выплюнул на пол полный рот крови. Затем он поднялся из воды.

Она отшатнулась назад. Из его пасти торчали длинные изогнутые клыки, с которых капал яд.

— Тенгрий, — умоляюще произнесла она. — Тенгрий, ты там. Я знаю, что ты там. Тенгрий, ты слышишь меня? — Она с трудом поднялась на ноги, ее покрытое синяками тело протестовало, а движения были неуклюжими. — Цикори! Это я! Ты знаешь меня. Ты можешь бороться с этим!

Он вылез из бассейна, выплеснув из него огромное количество парной воды. Его губы скривились, когда он зарычал.

Никакого узнавания. Никакого сострадания. Никакой жалости.

Он оскалил на нее зубы. Его глаза метались по ее телу, как молнии, в них не было ни желания, ни какого-либо знания о ней.

Только ярость.

Ее сердце заколотилось. Она подняла одну руку, пытаясь найти хоть что-нибудь, чтобы отбиться от него.

Он с ревом бросился на нее.

Вскрикнув, она упала и покатилась. Петля его хвоста столкнулась с ней, затем еще одна пронеслась над ней и попыталась прижать ее.

Отшатнувшись, она попятилась. Он бросился на нее. Часть его хвоста зацепилась за ее ногу.

— Тенгрий, нет!

Мир закружился, когда он вцепился в нее. Дезориентированная, она пыталась оттолкнуться и освободиться. Но чем больше она боролась, тем сильнее он обхватывал ее. Он появился перед ней, разинув пасть и обнажив клыки, словно готовясь укусить ее.

Она замерла.

Эти клыки. Если он укусит ее, она вспомнит, что он ей сказал.

Оставался один шанс добраться до него. У нее никак не получилось быть достаточно быстрой. Но она могла помешать ему укусить ее и получить еще несколько секунд.

Она глубоко вздохнула и обмякла, упав на его спину. Он сразу же крепко обхватил ее, но, обнюхав, откинул клыки.

Давление усилилось.

Она потеряла сознание.

— Тенгрий, — закричала она, обнаружив себя в каком-то странном темном месте. Она полулежала в воздухе, ее ноги подкашивались.