Тетивы луков натянулись, и лучники направили на нее свои стрелы.

Пусть.

Она сможет попасть в него быстрее, чем они в нее. Если, конечно, она сможет прицелиться. Почему метание копья оказалось намного сложнее, чем она думала?

Король нага взмахнул рукой в сторону лучников.

— Стоять! — прорычал он, устремив на нее взгляд. — Всем выйти!

Последовали испуганные отклики, пронесшиеся по воздуху с нарастающей тревогой.

Она сама отступила на полшага назад. Что? Почему он это сказал?

— Ваше Величество. — Мужчина из живого пламени шагнул вперед. Даже его одежда казалась сделанной из огня.

— Просто уходите! — прогремел голос нага, когда он жестом указал на дверь.

Рея потянулась, тяжело дыша. Вся ее рука дрожала. Она со всей силы метнула в него копье.

Оно шмякнулось о каменный пол и покатилось в семи футах от него.

Полф! Она хотела закричать, но вместо этого бросилась за копьем, наполовину ожидая, что он бросится на нее.

Он остался на краю обрыва, приказав всем уходить.

Глупый наг. Что он задумал? Какой идиот не обратил внимания на взрослого человека, схватившегося за смертоносное оружие?

Она ударила ногой по копью, и оно покатилось.

О, Боже правый!

Пригнувшись, она подхватила его. Да! Она крутанулась и приготовилась к следующей атаке. На этот раз обошлось без бросков.

Собравшиеся монстры продолжали выходить из комнаты: одни оглядывались на нее, другие обсуждали, что это было за дело и как неуместно его прерывать.

— Как она вообще сюда попала? — требовал один глубокий голос.

— Портал снова работает? — спросил какой-то царапающийся.

— Поторопитесь! — прорычал король-наг. Он повернулся к ней лицом, его глаза побелели.

Она сразу же опустила взгляд к его груди, отказываясь смотреть в глаза. Так просто он ее не получит. Кроме того, это будут имитации глаз Цикори. Бедный Цикори.

Гнев вспыхнул в ней, когда его образ возник в ее сознании. Как смеет это чудовище носить его лицо! Она крепче сжала копье и отошла в сторону, поставив между собой и огромной нагой скальный столб. С этого ракурса было гораздо легче оценить его, а здесь, внизу, он был просто огромен! По меньшей мере шестнадцать футов в длину, причем часть его скрыта за другой скалой, так что трудно было сказать. Возможно, даже больше.

Она спряталась за очередным столбом и пригнулась. Больше никаких бросков. Только колющие удары.

Тяжелые двери захлопнулись, эхом прокатившись по огромному залу. Теперь в тишине слышалось его дыхание, биение ее сердца и неровный гул в ушах. Вдалеке слышался шум капающей воды.

Толстые чешуйки скользили по каменному полу.

О! Она вздрогнула. Этот звук был ужасен. Он шел за ней. Ее ладони вспотели.

— Нам нужно поговорить. — Его глубокий голос зазвучал в пещере еще сильнее, чем прежде. — Солт-Свит. Солт-Свит, если ты настоящая, пожалуйста, выйди. Ты выглядишь расстроенной.

Она стиснула зубы. Кажется, расстроена? И как он смеет называть ее этим именем!

Она выскочила из-за колонны.

— Не называй меня «Солт-Свит», жалкий хищник!

До него оставалось всего несколько футов, и он мгновенно поднял руки, обратив ладони к ней.

— Как мне тебя называть? Это единственное имя, которое ты мне назвала.

— Мое имя тебя не касается. Если хочешь, чтобы я тебя пощадила, скажи мне, где Цикори.

Не то чтобы она его пощадила, но он, похоже, решил заманить ее в ловушку, заставив думать, что он более безобиден, чем на самом деле. И если он даст ей ответы, которые она сможет использовать, то так тому и быть.

— Солт-Свит, я Цикори. — Он жестом указал на себя.

— Лжец! — Она бросилась на него, целясь в грудь.

Он схватил копье еще до того, как оно коснулось его груди. Его мышцы напряглись. — Солт-Свит, послушай меня. Может быть, ты не видела меня такой, таким, какой я есть…

— Умри! — Она крутанулась на месте, изо всех сил ухватившись за копье. Ее ноги заскользили по камню.

Он крепко сжал копье, а затем оттолкнул ее, выбив его из рук.

— Никто не использует это копье для боя. Ты совершила набег на оружейную комнату для тренировок по рукопашному бою? Оно предназначено для очень специфических упражнений, — он подбросил его на уступ и снова посмотрел на нее. Копье звякнуло, легко опустившись в расщелину скалы. — Солт-Свит, посмотри на меня. Пожалуйста. Разве ты меня не узнаешь?

Она вытащила кинжал из ножен.

— Я знаю, что ты умрешь, потому что я убью тебя и освобожу свою семью и Цикори. Ладно, ты, большое чешуйчатое чудовище? — Она остановилась, глядя на лезвие.

Кинжал был тупым!

Что за оружейная мастерская, в которой она была? У кого есть тупые кинжалы и утяжеленные копья?

Но она все равно ткнула его в хвост.

— Эй! — Он вздрогнул, его хвост обвился вокруг ее лодыжек и закрутился вокруг ее ног.

Полф! Она не могла от него освободиться.

Она стала наносить ему удары быстрее, волосы хлестали ее по лицу. Он вздрогнул, хотя лезвие не пронзило его.

— Прекрати немедленно! — приказал он, нахмурившись.

Его руки закрутились вокруг нее быстрее, сжимая ее крепче, чем кандалы. Тупой кинжал вывернулся, зацепившись за скользящую массу. Она едва успела убрать руку.

— Отпусти! — закричала она.

— Тебе нужно успокоиться, пока ты не навредила нам обоим, — сказал он. — Все, что мне нужно, — это чтобы ты меня выслушала.

Слушать — это для мертвых. Она подняла сумку, заглянула внутрь и достала пузырек с лимонным соком.

— Если хочешь, чтобы я тебя выслушала, отпусти меня!

— Нет, потому что ты будешь продолжать нападать. Похоже, тебя это шокирует, Солт-Свит, но…

— Я сказала, не называй меня так! — Она открутила крышку с пузырька лимонного сока и плеснула ему в глаза.

Он вскрикнул, затем выругался, и его руки тут же метнулись к глазам.

Он получил по заслугам. Чудовищный извивающийся зверь! Она попыталась высвободиться, но он по-прежнему крепко обхватывал ее. Слишком туго. Он сжимал, когда тряс головой и тер глаза.

Она достала из сумки пилочку для ногтей и принялась ковыряться в его чешуе.

— Ты отпустишь меня, или я сдеру с тебя кожу живьем!

— Отдай! — Он выхватил у нее из рук сумку, а затем выбил из ее кулака и пилочку — но не раньше, чем она вонзила ее ему в ладонь. — Солт-Свит, я Цикори.

Полф, так и было!

Она принялась колотить по его виткам, пока он приближал ее к себе.

— Не смей позорить его имя. Выбрось это имя изо рта. Клянусь, я убью тебя, склизкое, кривозубое отродье! Отпусти меня!

Тенгрий никак не ожидал такого поворота к тому, что и без того начиналось как тревожный и сложный день. Сначала покушение, а теперь?

Великолепная женщина из его снов тоже пришла, чтобы убить его? Как такое вообще могло случиться?

Если бы не искры сильного влечения, захлестнувшие его, и не реальная тяжесть и боль ее тела, прижатого к нему, он бы решил, что это сон. Это было настолько нелепо, что не могло не быть таковым.

Она выглядела так же, как и накануне вечером. Сияющей. Практически сияла. Но не было той нежной спутницы, которая шептала ласковые слова, нежно подбадривала и подходила так близко, как только могла. Вместо этого она смотрела на него с лютой ненавистью и яростью, которые испещряли ее черты.

Но, без сомнения, это была она. Он знал ее голос, как и ее облик.

Но он не знал, как она сюда попала.

Она извивалась и корчилась, пока он еще сильнее сжимал ее в объятиях. Не то чтобы он мог полностью обездвижить ее, когда у нее были свободны руки.

— Ты должна остановиться, — сурово сказал он.

Его чешуя становилась острой, если кто-то двигался против ее направления, его силой было трудно управлять, а она выглядела тревожно хрупкой, несмотря на то что боролась изо всех сил.

— Я остановлюсь, когда ты умрешь.

Если бы она действительно считала его опасным, зачем бы она это говорила? Чтобы задушить ее, не потребуется так много времени. Все, что ему нужно было сделать, — это затянуться, когда она выдохнет, и на этом все закончится. Ей пришлось поднять руки вверх, чтобы они не попали в его путы, в то время как все остальные части тела были связаны. Она даже не могла опустить голову, чтобы укусить его. Но все равно она говорила так, будто была главной в этой ситуации.