— У вас же куча старых штурмовиков. Давайте их в мины превратим. — говорит Яра оторвавшись от планшета.

— Как ты себе это представляешь? — поворачиваюсь я к ней.

— Смотри, я уже прикинула, начиняем его взрывчаткой и устанавливаем в систему датчик фиксации антиматерии, сбрасываем их в систему. — показывает свою идею Яра.

— Ну большие корабли не уничтожат, но повредят. Датчиков на антиматерию на складе куча можно попробовать. — говорит командующий.

— Готовьте. Думаю наш корабль сможет сработать как минный заградитель. Только необходимо, чтобы наши “мины” ещё наводчиками для других выступали. — говорю я.

Решаем проверить идею Яры. Один старый штурмовик сделали “миной” на другой установили имитатор реактора на антивеществе. Мина засекла цель на расстоянии 500 километров. Штурмовик на форсаже проходит это расстояние за 15 минут, если отключить гравитационный компенсатор и убрать в настройках ограничение на ускорение и манёвры то пройдёт за 5. Что он и сделал протаранив цель и взорвавшись.

— Хорошо, но дистанцию засечки желательно увеличить. — говорю я инженеру.

— Надо подумать чем их корабли ещё “фонят”. Тогда добавим датчиков. — отвечает он.

Подготовка шла полным ходом, мы готовились к испытаниям в деле. Кто то покрутит пальцем у виска, “какие мины в космосе?”. Ставить мины для перекрытия пространства бессмысленно, у вас не хватит ни средств, ни возможности закрыть миллионы километров, но вот разгонный вектор или вектор выхода из прыжка возможно.

Представьте, что вы стреляете на дальнюю дистанцию, и отклонение на полградуса приведёт к тому, что пуля не попадёт в центр мишени. Здесь происходит нечто похожее, хотя и не так строго.

Прыжковый «туннель» не является идеальной прямой. Это как стрелять в трубу, у которой нет больших изгибов. Однако зоны входа и выхода из вектора прыжка имеют радиус всего в тысячу километров. Если вы не попадёте точно в зону входа, есть риск выйти из прыжка не там, где планировали, возможно, даже в соседней системе. Поэтому, зная направление входа, можно перекрыть доступ к себе.

Прыжок — это нечто удивительное и непостижимое. Прыжковый двигатель создаёт особый «пузырь», который при достижении определённой скорости выходит из нашего пространства и времени. Этот «пузырь» — своеобразный шар-призрак, который летит сквозь обычное пространство, не соприкасаясь с ним.

Когда «пузырь» исчезает, вы возвращаетесь в обычное пространство. Интересно, что, как мне рассказал профессор в университете, невозможно столкнуться с массой более килограмма при выходе из «пузыря». Пространство само отталкивает более лёгкие предметы в сторону. Это явление назвали «эффектом Мапа», в честь учёного, который его обнаружил.

Корабли, способные на прыжок, используют гравитационный генератор для разгона до сверхсветовой скорости. Благодаря этому генератору, корабль в обычном пространстве как бы теряет свою массу.

Эти же гравитационные генераторы позволяют кораблям быстро и плавно перемещаться в обычном пространстве, а также менять направление полёта. Заодно создаёт нормальную гравитацию внутри корабля и компенсирует ускорение и изменения направления полёта.

Кстати не возможно отследить прыгнувший корабль, можно засечь вектор прыжка, но на сколько вы прыгнули понять невозможно. На выходе корабль будет иметь скорость ноль.

На этом принципе мы и решили сработать. Входим в пространство занятое лохохами и наносим удар по ним и начинаем “удирать” по дороге “вываливаем” наши “мины”.

Командующий сидит изучает план операции.

— Толково, не боишься, что подловят? — спрашивает командующий.

— Боюсь, но придётся рисковать. Выйдем на границе системы, точные данные есть, нам их гномы скинули. И надо датчики на корветы установить. — говорю я.

— Уже установили. У тебя четыре готовых торпеды и 50 готовых мин, больше не всунуть. Голову не теряй и удачи. — говорит командующий.

Сидим с Ярой и просчитываем прыжок. Тут главное правильно выйти, выйдем далеко пилить долго и засечь могут. Придётся ж с включенным радаром лететь. Просто у многих систем на границе зоны притяжения звезды куча различного мусора. Тут даже по космическим масштабам очень тесно, хоть объекты не крупные но скорости могут достигать 10 км/сек. Называют это “мусорной сферой”. Поэтому все стараются выйти уже за зоной этого мусора.

Вроде рассчитали. Вылетаем.

Вышли удачно. Ярка засекла засаду. Четыре средних крейсера. Они нас не видят, там против них сыграл большой астероид, он прикрывает нас. Пока летим, прикидываю как они стартанут на наш перехват. Вектор укладываются в зону захвата “минами”. Скидываю туда четыре “мины”. И начинаем полёт к центру системы.

На орбите третьей планеты скопилось полтора десятка кораблей. Охраняют огромный транспортник. Вношу транспорт в список первоочередных целей. Решаем проверить новый способ пуска. Просто выводим корветы на маневровых, с помощью удалённого подключения и импульсом отправляем в сторону эскадры.

Вот они вышли на дистанцию атаки. Командую пуск. “Рыбки” начали свой последний разгон. Противник открыл в их направлении огонь из всех орудий. “Рыбки” совершив манёвр и увернулись. Вот они уже набрали максимальную скорость и первая врезается в транспорт. Происходит аннигиляция части корпуса и затем следующая на нём, похоже ударная волна возникла в отсеках и добралась до второго реактора. Ещё одна торпеда достигает цели и снова аннигиляция огромного куска корпуса.

Остаток от транспортника получив или выдав импульс буквально отпрыгивает о исчезающего места аннигиляции и врезается в другой корабль. Оба исчезают во вспышке. Два оставшихся корвета атакуют каждый по кораблю. Тут для противника без вариантов. Просто две вспышке осветили пустоту.

Остаток эскадры устремился в нашу сторону, правильно рассчитав примерное направление откуда прилетели корабли- торпеды. Мы выполняем разворот и начинаем разгон.

Мы разгоняемся не очень быстро приманиваем погоню.

— Фиксирую со стороны засады три аннигиляции и взрыв. Похоже оду сбили. — говорит Яра напряжённо.

Я стараясь не поддаваться волнению разгоняюсь. Нам этого одного перескочившего хватит.

— Готовь мины. Сброс всех кроме двух. Попробуем на удалённом управление использовать. — говорю я.

— Приняла, сброс всех кроме двух. Начинаю. Сбрасываю парами. — рапортует Яра.

Мины выкидывает пневмо катапульта. Вот все кроме двух в космосе. Первый противник как раз достиг первой пары. Фиксируем запуск двигателей и почти сразу два взрыва на корпусе противника и его аннигиляцию.

— Лад, засадник рядом. — говорит Яра.

— Бери управление и продолжай разгон. Я сейчас применю приём “получи фашист гранату”.- юморю я понимая опасность ситуации.

Вывожу мину и взяв на удалённое управление выхожу на встречный курс. Корабль противника пытается отстреливаться, применяю манёвр уклонения и бью его в район двигателей. Скорость хоть и была не такой большой но противнику хватило. Сначала взорвались топливные баки потом произошла аннигиляция.

Смотрю как дела у погони. За нами гонится только один. Остальных или нет или дрейфуют без двигателей. Вывожу последнюю мину и выведя её в лобовую даю полный ход, врубив кормовой радар на максимум. То ли они не увидели, то ли я реально ослепила их радаром. В общем наша последняя мина ударила точно в лоб вражеского корабля. Происходит сильнейший взрыв и аннигиляция.

— Яр, давай полный уходим. — говорю я откидывая потные волосы с лица.

На базе мы получаем выговор от командующего. “Вас отправляли мины проверить, а не эскадру уничтожать. Вы хоть понимаете, что могли влипнуть?”- примерно это он нам говорил, если убрать мат и другие командные обороты речи.

— Лад, он мне Ивлева напомнил, на первом портале. — улыбается Яра.

Тёти отозвали нас. Передаём корабль флотским и на нашем “спасательном” корвете летим домой.