– Может, сходить туда? – подумал я и наткнулся на прайс. – Кажется, я не на того учусь.

На такие деньги можно было ни в чем себе не отказывать недели две, и таких денег у меня в данный момент не было. Так что пришлось медленно и обреченно выдохнуть и продолжить самостоятельно изучать бесплатную информацию на просторах интернета.

– Что? Все совсем плохо? – спросил Серафим, который успел раздеться и снова стоял у одного из мольбертов.

– Да, дорого, – ответил я, вставая со стула.

– Понятно.

Серафим снова пребывал в своем привычном состоянии, он стоял у холста в одних трусах и что-то рисовал. Я же отправился в ванную, где обнаружил, что Флора сделала с мольбертом, который там стоял. Точнее теперь это была сушилка для ее нижнего белья и полотенец.

– Он точно сюда еще не заходил, – подумал я, уставившись на желтый лифчик.

А когда я вернулся в комнату, Серафим уже закончил с наброском карандашом и приступил к краскам. Он рисовал закат, который увидел во сне, он был таким же нереально ярким.

– Интересно, как часто ему подобное снится? – подумал я, присаживаясь за стол.

Я провел за экраном еще какое-то время и понял, что был голоден.

– Может, сходим куда-нибудь? – предложил я Серафиму, но в ответ ничего не проследовало. – Серафим?

Он стоял в паре метров от меня и был так увлечен, что ничего не слышал. Я тяжело вздохнул и продолжил искать информацию в интернете. И в итоге я так увлекся, что не заметил, что Серафим покинул комнату.

– Что за черт? – прозвучало внезапно в соседнем помещении.

– Вот и зашел, – подумал я и немного отвлекся.

Я все равно почти ничего не смог понять из того, что читал. Политология далась мне легче, чем несколько почти одинаковых статей.

– Видел бы ты, что она сделала с моим мольбертом, – недовольно произнес Серафим, когда вернулся в комнату.

– Я уже видел. И кстати, ты уже закончил?

– Совсем чуть-чуть осталось, – сказал Серафим, подойдя к холсту.

– Сходим куда-нибудь? – спросил я, пока он был в состоянии слушать.

– Да, – ответил Серафим и снова погрузился в мир кистей и красок.

Он рисовал еще минут двадцать, а потом оделся, и мы отправились в ближайшее кафе. Мы спустились по лестнице и наткнулись на Флору, которая явно не ожидала нас увидеть.

– Привет, – сказал Серафим, уставившись на нее.

На каблуках Флора казалась немного выше его, а так они были примерно одного роста. Если честно, когда я впервые встретил их, я не сразу понял, что они были родственниками. И мои глаза каждый раз отказывались в это верить, когда я ее видел. Они были совсем не похожи, одинаковым у них был только цвет волос. Лицо Флоры казалось немного плоским, а верхняя губа была заметно больше нижней, что сразу бросалось в глаза.

– Привет, – произнесла она, нахмурив брови.

– Привет, – сказал я, немного растерявшись.

Еще утром я прокручивал пару вариантов того, что буду говорить, чтобы помирить их, но в тот момент у меня все вылетело из головы.

– Зачем пришел? – спросила Флора у брата.

– Это как бы и моя квартира тоже, – сказал он.

– Может, вместе поедим? – все-таки вмешался я.

– Так вы в кафе собрались? – произнесла Флора, переведя взгляд на меня.

– Да, – подтвердил Серафим.

– А в квартире что делали? Хотя один из вас точно рисовал.

– А второй просто сидел в интернете, – добавил я.

– Ладно, присоединюсь к вам, – согласилась Флора.

Мне было сложно поверить в то, что происходило дальше, но это происходило. Мы втроем отправились в кафе, где заняли стол у окна. Флора заказала себе салат и кофе, а мы – спагетти и сок.

– Все еще худеешь? – спросил Серафим у сестры.

– Как видишь, – сказала она в ответ. – А я, как понимаю, ты ночевал у своего друга.

– Да, – коротко подтвердил Серафим.

– Вот только он не может постоянно оставаться у меня, – сказал я, понимая, что другого момента, чтобы это сказать, могло не быть.

– Ясно, произнесла Флора, накалывая вилкой листья салата.

– Он меня вчера в общежитие тайком провел, – добавил Серафим.

– И как тебе в общежитии? – спросила у него Флора.

– Не так плохо, как я себе представлял.

– А он точно не может еще пару ночей у тебя провести? – спросила у меня Флора.

– Точно, – ответил я.

– А я думала, ты уже не в общежитии живешь, – продолжила Флора.

– Я как раз решил заняться этим вопросом.

– Да, два часа искал информацию в интернете, – добавил Серафим.

– Так в чем дело? Какие-то проблемы с документами? – спросила Флора.

– Если честно, я и сам не понимаю, в чем там дело, – признался я. – Я совсем не разбираюсь в этих юридических тонкостях.

– Ты же единственный наследник? – спросила Флора.

– Да, он единственный наследник, – ответил за меня Серафим, в то время как я жевал спагетти.

Флора задумалась, приступив к своему салату, Серафим тоже взял вилку в руку. Не знаю почему, но я был рад тому, что мой вечер проходил именно так. Впервые за долгое время я ел вместе с кем-то за одним столом, и едой в моей тарелке были не просто нарезанные овощи и сыр.

– Ладно, можешь возвращаться домой, – сказала Флора брату. – Если честно, я думала, что твой друг уже съехал из общежития.

– Кстати, не могла ли бы ты больше ничего не сушить на моих мольбертах, – обратился к ней Серафим.

– Я в первый раз на него что-то повесила.

– Что-то, – возникло в моих мыслях, и я вспомнил тот желтый лифчик.

В каком-то смысле я понимал Серафима, если бы его сестра развесила на мольберте носки, он был бы не так зол.

– Зато я нашла полезное применение этим конструкциям, – продолжила Флора.

– Этим конструкциям нежелательно мокнуть, – сказал Серафим.

– Тогда почему одна из них стоит в ванной?

– Хорошо, я его уберу, – не стал спорить Серафим.

Сложно было сказать, хотел ли он угодить сестре или просто не хотел, чтобы она на нем продолжила сушить свое нижнее белье. Не думал я и о том, что все так просто разрешится, хотя надеяться на то, что они продолжат мирно жить под одной крышей, не было смысла.

– Кстати, я тут немного полазила в твоем компьютере и была весьма удивлена, – продолжила Флора. – Не думала, что тебя заинтересует политология.

– Так ты лазила в историю браузера? – озадаченно произнес Серафим.

– Да, немного полазила.

– Это я политологию учил, – признался я, наматывая последние спагетти на вилку.

– А на кого ты учишься? – спросила она у меня.

– На психолога, я на первом курсе, точнее у меня сейчас каникулы.

– Может, ты лучше поживешь у нас, а его отправим в твое общежитие? – предложила Флора.

– Не думаю, что он на это согласится.

– Я тоже так не думаю, я бы побыл у тебя только из-за вида из окна, – сказал Серафим.

– И в каком это общежитии хороший вид из окна? – удивилась Флора.

– В том, что рядом с депо, – ответил Серафим.

– Так ты там живешь? – еще более удивленно произнесла Флора.

– Да, – подтвердил я и отправил оставшиеся спагетти в свой рот.

– Какой ужас, оно же так далеко, почти на краю города.

– Мне сначала вообще показалось, что я попал в другой город, – сказал Серафим.

– Тебе просто надо чаще выходить из дома, – сказала Флора.

– Ну, я же не пейзажи рисую, – возразил Серафим.

– Пейзажи хотя бы не выносят мозг как твои картины.

– Просто над смыслом того, что я рисую, надо думать, – немного раздраженно произнес Серафим.

– И какой же смысл у планеты на тарелке? – спросила у него Флора.

– В том, что люди воспринимают мир неправильно.

– Что? – Флора явно не ожидала такого ответа.

– А я думал, что посыл больше в том, что скоро человечество сможет спокойно посещать и другие планеты, – признался я, подвинув ближе к себе стакан с морковным соком.

– Не думаю, что у человечества появится право на такие экскурсии, – сказал Серафим.

– Вообще-то, если большая часть человечество одобрит введение подобного закона, такое будет возможно, – сказала Флора.