Девочка, не обращая на него внимания, легко открыла дверь. Который раз за ночь раздался крик. Через пол минуты тело окровавленной, но ещё живой женщины вылетело из спальни, шмякнулось рядом с мужчиной и тот жадно набросился на разодранную жену.

Через минуту девочка шла к следующему дому, а в паре метров от неё, сзади, на четырёх конечностях, словно пёс, пугливо плёлся мужчина в семейных трусах.

***

Через час после начала спецоперации по устранению так называемого Иисуса в администрации президента раздался телефонный звонок:

– На связи директор Федеральной Службы Охраны Российской Федерации, генерал армии, Иван Петрович Литейников. От имени Бога нашего, Иисуса Христа, требую созыв собрания для решения дел Государственной важности. Встреча пройдёт в Кремле в тринадцать часов ровно.

Послышались гудки. В кабинете возникла пауза.

– Я так понимаю, что операция провалилась?! – серьёзно спросил Виктор Викторович Пакулин.

Крепкий мужчина высокого роста, со стрижкой «ёжик», по-военному чётко ответил:

– Так точно! Господин Президент!

Виктор Викторович внимательно и грубо посмотрел на него:

– И? Ваши дальнейшие действия? Где начальник ФСБ?

– Господин Президент! Операцией вызвался руководить сам Афанасий Петрович, и судя по всему, он мёртв. Я временно занимаю этот пост, Господин Президент!

Пакулин посмотрел на открытую папку, в которой находились данные по количеству «превратившихся», мёртвых и заменяющих их людей, поднял взгляд:

– Игорь Владимирович, доведите дело до конца и ваша должность станет постоянной.

– Будет Сделано! Господин Президент! – ответил мужчина и покинул помещение.

Подождав, пока за ФСБешником закроется дверь, президент продолжил:

– Будем надеяться, что новый начальник службы безопасности сделает всё как надо, но, на всякий случай подготовьтесь к приёму гостей. И да, Патриарха доставить на приём, обязательно!

***

За десять минут до назначенного времени из храма вышли восемь человек: по двое в чёрных маска спереди и сзади, по одному слева и справа, а ещё двое, один из которых в белоснежно белом хитоне, а второй в строгом костюме, шли в центре. На улице было совершенно пусто. Идти всего несколько минут. Иисус посмотрел по сторонам и не громко сказал:

– Их тридцать.

Раздался выстрел, второй, третий. Рядом с головой бога вспыхнули три вспышки. Сзади и спереди, из-за углов храма вышли бойцы с оружием в руках. Последовали выстрелы и шесть человек, стоявших по периметру, с невообразимой для человека скоростью кинулись в стороны. ФСОшник же побежал к стене, ловко взобрался на шестиметровую высоту и исчез за ней.

Расстояние в сто метров стражи бога преодолели за пять секунд, в два раза быстрее мирового рекорда. И это в тяжёлом обмундировании и в бронежилетах. Первый, добежавший до врага, лёгким движением вырвал у того автомат и прикладом разбил чёрный шлем «ПШ 97», после второго удара брызнула кровь и тело упало с проломанным черепом.

Через десять секунд на брусчатке лежало тридцать тел, а ещё через пару минут, преодолев высокий забор, появился человек в костюме. Улыбаясь он держал в руках снайперскую винтовку «ORSIS T». Подойдя к охране, одобрительно осмотрел бойцов:

– Собрать оружие и в строй!

– Есть! – послышался короткий ответ.

***

У дверей Сенатского дворца стоял целый взвод. Как только гости подошли, солдаты расступились, впуская их в просторный, светлый зал. По мраморной лестнице они не спеша поднялись на второй этаж, где их встретили ещё двое солдат и проводили в кабинет.

За овальным столом сидели шесть человек. Бог сел на кресло напротив президента. Иван Петрович встал справа от него, а бойцы бросили три десятка стволов на стол и полукругом встали за ФСОшником.

Президент поправил галстук и, стараясь сохранить самообладание после того, как увидел, что произошло по пути сюда, поприветствовал:

– Добрый день. Рады Вас видеть у нас в гостях.

Иван Петрович улыбнулся и театрально склонил голову:

– Спасибо за тёплый, – выделил он интонацией слово, сделал двухсекундную паузу и продолжил. – Приём.

ФСОшник обвёл сидевших довольным взглядом, остановился на патриархе, который блестел золотом так же, как церковные купола:

– Почему церковь перестала вести пропаганду о Пришествии нашего Бога? – спросил мужчина, сразу же став серьёзным.

Патриарх забегал глазами по сидящим за столом людям, явно ища в них какую-нибудь поддержку. Увидев, что все старательно его проигнорировали, неуклюже встал. Стул отодвинулся с противным скрипом, раздавшимся в полной тишине, от чего ему стало ещё менее комфортно.

Не привыкший к такому обращению семнадцатый патриарх глубоко вздохнул и, набравшись смелости, скороговоркой проговорил:

– У нас есть сомнения в том, что это Наш Бог, а не самозванец или Антихрист. – покрывшись потом, с нескрываемым страхом он смотрел на голубоглазого мужчину, который совершенно никак эмоционально на это не отреагировал.

Руки Ивана Петровича сжались в кулаки. Человека, который воспитывался при атеистическом коммунизме, а теперь увидел и поверил, слова никчёмного священника вывели из себя. Его Бог поднял руку, остановив готовившегося ответить послушника. Посмотрел спокойно на патриарха:

– Чему учил я вас и за что умер? На вас я оставил детей своих и что я вижу?

Выждав паузу, мужчина в белоснежных одеждах встал и голос его зазвучал сильнее:

– Одежды царские, но царь кто и служите кому? Как человек человека в сан, как на трон божий, возводить решился и судьбы вершить?

Вокруг говорившего сильнее и сильнее разрасталось свечение, а глаза из светло голубых окрашивались в тёмно-синий:

– Как посмели вы слово моё трактовать по воле своей?! НЕ УБИЙ! А сколько крови на вас? Двадцать один раз вы собирались и речи свои в один ряд с догматами моими ставили?

Прикрыв глаза, Бог сделал глубокий вдох и присел в кресло:

– Я Господь, Бог человеколюбивый и милосердный, долготерпивый, многомилостевый и истинный. И не написано ли вам – Не делай себе кумира и никакого изображения того что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им, ибо я Господь твой, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвёртого рода, ненавидящих меня?! «Исход 20, 4» И какое доказательство вы хотите от меня, слушаю я!

Люди за столом прятали лица от накатившегося волной страха, иногда косо посматривая на Патриарха. Тот же покрылся липким потом и на время забыл как дышать, но опомнившись, стал жадно хватать ртом воздух, и говорить начал скорее от страха:

– Но как же… Мы же видели, как Вы…убили…и чёрный луч…и эти мертвецы…

Бог с грустным взглядом положил руки на стол, ладонями вверх и над ними засияло белое марево, постепенно обретая форму книги. Как только фолиант полностью проявился, его страницы перевернулись, словно чья-то невидимая рука листала их:

– И увидел я мертвых, малых и великих, стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими.

Напуганный до такого, что всё тело тряслось и дрожало, патриарх рухнул на колени и начал молиться, задыхаясь и пачкаясь текущей без остановки слюной. Через несколько секунд и остальные попадали на пол, пытаясь что-то повторить из неразборчивой речи патриарха. И только бывший атеист, он же начальник Федеральной Службы Охраны, брезгливо улыбался смотря на ничтожных людишек, которые всего несколько минут назад считали себя если не хозяевами мира, то точно хозяевами страны.

Глава 5.

«Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него – как у медведя, а пасть у него – как пасть у льва» Откр. 13:2

На следующий день в новостях, без остановки, показывали один и тот же выпуск.

«В сенатском дворце, перед Богом, на коленях стояли все, кто относился к самой верхушке власти, вместе с президентом. Потом патриарх Николай вместе с Виктором Викторовичем объясняют, что вся власть от Бога и Богу принадлежит. Закончилось выступление тем, что всё живое для Бога едино и военные больше не будут патрулировать город.»