Толик с Таней стояли и разговаривали. Мимо проходили люди, а минутная стрелка больших часов, висевших на столбе у автобусной остановки, уже почти завершила свой круг. Медленно вечерело. Таня была одета в длинный пиджак, вельветовые брюки и босоножки. Толик подумал, что в босоножках, хотя они и были на высокой платформе, все же прохладно. Таня немного поеживалась от ветра, и с каждым ее телодвижением Толик с сожалением думал, что она вот-вот окончательно замерзнет и их разговор закончится. Они могли бы проговорить так еще не один час, но все еще прохладная апрельская погода поспособствовала-таки прощанию. Под конец беседы Таня произнесла:

– Ты знаешь, я рада, что мы с тобой нашли общий язык… рада, что у меня это получилось, потому что я думала, что с тобой… сложно общаться что-ли, – последнюю фразу она произнесла отчаянно жестикулируя руками, будто бы помогая себе выразить мысль правильно и не обидев собеседника.

– Это еще почему? – Толик сделал вид, будто удивился, хотя отлично понимал о чем идет речь. «Вот оно – то, что мне давно пора менять в себе и стать более открытым…», – промелькнуло у него в голове.

– Ну не знаю, ты обычно не такой как сегодня… не такой общительный, – подтвердила его мысли Таня.

Толик улыбнулся в ответ и они попрощались. В тот день он понял, что Таня вытеснила из его головы как Машу, о которой он к тому времени много думал, и с которой подумывал наладить отношения, так и бывшую школьную мечту Наташу, а заодно с ней и вообще всех остальных «возможных» девушек, к которым он присматривался.

***

На последних учебных неделях Толик случайно заметил, что Таня обычно приходит в университет раньше остальных одногруппников и стоит в коридоре одна перед закрытой аудиторией. Со следующего же дня Толик, будто бы случайно, тоже стал приезжать в университет раньше обычного и разговаривал с Таней, пока не подходили их одногруппники и преподаватель. Так продолжалось до последнего учебного дня первого курса. Таня, судя по всему, хорошо приняла Толика, но не рассматривала его иначе как просто хорошего знакомого одногруппника.

В начале июня Таня неожиданно позвонила Толику на домашний номер. Разговор был, что называется, по существу и касался предстоящей сессии, но приятный голос Тани, ее улыбки, которые Толик чувствовал на другом конце провода, и тот факт, что она сама нашла его номер и позвонила ему, дал волю воображению Толика. Он хотел чаще встречаться с ней вне университета, стать ближе к ней, и повод не заставил себя долго ждать.

В начале летней сессии Толик попросил своего лучшего друга Диму, учившегося на вычислительном факультете, помочь ему с подготовкой к зачету по информатике, и в то же время пригласил к себе Таню. Толик часто рассказывал Диме про Таню, но в тот день Дима впервые увидел ее лично, и одобрив выбор друга, отметил что Таня «классно смеется». Под конец вечера Толик предложил Тане сфотографироваться вдвоем, на что та, немного недоумевая, согласилась. Толику хотелось сделать еще несколько фотографий Тани, но она стеснялась, а он бегал за ней с фотоаппаратом по всей квартире. Она смеялась, уворачивалась, пряталась за дверью, но он все же сделал несколько снимков. А неделю спустя, солнечным июньским утром Толик уже сидел в самолете, и глядя на взлетную полосу аэропорта поклялся себе, что по возвращении из Америки, Таня будет его девушкой, чего бы ему это ни стоило.

Сентябрь 2001

С первого дня в Америке, Толик вел в своем органайзере подсчет дней до вылета обратно в Россию. Это помогало психологически быть ближе к дому, к друзьям, и конечно же, к Тане. Америка случилась очень невовремя. Толик давно хотел увидеть ее, но сейчас когда так неожиданно в его жизни, а главное в его сердце, появилась Таня, в Америке он не увидел и не нашел того, к чему стремился. Даже наоборот, многое ему не понравилось, а причина была всего лишь в том, что ему хотелось не теряя времени, скорее быть с Таней. Постоянные мысли о ней, подогреваемые напечатанными уже в США фотографиями, которые Толик сделал в день их совместной подготовки к зачету у него дома, а также телефонные звонки Тане, повлияли на его восприятие всего нового, что показала ему Америка.

Присутствовало и разочарование от поездки – Толик так и не заработал денег на машину, а исполнение этой давней мечты он возлагал как раз на поездку в США. Где было в России простому студенту заработать себе на автомобиль? Однако, в Нью-Йорке сначало было сложно найти работу, а потом случились теракты 11 сентября, и работодатель отправил всех в вынужденный отпуск на целую неделю. А между тем, дни в сентябре и без того шли на счет – у Толика уже была определена дата вылета в Россию… Но несмотря ни на что, он не сильно расстраивался, потому что с приближением вылета домой, наконец-то наступало долгожданное время действий. Однажды, незадолго до вылета, проезжая со своей тетушкой по Брайтон Бич, она спросила его:

– Почему ты так рвешься в Россию? У тебя там девушка?

– Нет, – ответил Толик. – Но у меня есть планы на самую лучшую девушку! – добавил он просебя.

Собственно, разговоры о Тане заходили в Штатах не раз. Просматривая недавно напечатанные фотографии Толика, его новые друзья не могли не спросить о нескольких снимках, на которых была запечатлена прячущаяся от объектива Таня:

– А это кто – твоя девушка?

– Без пяти минут! – с хорошей уверенностью отвечал Толик.

Вечерами он помногу раз просматривал фотографии, и особенно долго задерживался на той, где они с Таней были сфотографированы вдвоем в его комнате. Он стоит справа от Тани, в какой-то неуклюжей позе и смотрит вниз. На лице читается едва заметная смущенная улыбка, а рядом стоит Таня – на целую голову ниже Толика, у нее ясный взгляд, направленный прямо в объектив, голова немного наклонена в сторону Толика, она как всегда со вкусом одета и отлично выглядит. Любуясь этой фотографией, хотелось как можно скорее начать действовать, чтобы наконец на снимке были не двое едва познакомившихся поближе одногруппников, а влюбленная пара.

***

Двадцать второго сентября московским утром самолет Толика уже заходил на посадку. Россия встретила его яркими лучами солнца и красивыми осенними пейзажами.

– Все впереди, – сказал себе Толик. – Начинается лишь второй курс и впереди уйма времени. Я все сделаю как надо!

Когда самолет под апплодисменты пассажиров коснулся земли, Толик улыбнулся и почувствовал себя счастливым и полным решимости как можно скорее начать свою новую жизнь, в которой обязательно будет место Тане. Он не будет больше сидеть один в своей комнате.

– Ой какие у вас тут забавные денежки, – вырвалось у Толика, когда родители расплачивались за парковку в аэропорту. За сто дней в Америке он успел немного отвыкнуть от России, но у него было огромное желание узнать все глубже и лучше, расширить рамки своего привычного мира. Еще в Америке он решил, что когда вернется – все будет лучше, чем было до отъезда.

– Пап, нам надо наконец решить вопрос о машине, – сказал Толик, когда они уже выехали на трассу.

Момент был выбран правильно: вот он – Толик, вернувшийся издалека, и даже кажется взрослее, все рады его видеть, и значит привычно отказать не смогут. Отец утвердительно кивнул: «Разберемся!».

***

В университете уже начался новый учебный год. Из-за своего трехнедельного опоздания, Толик даже немного волновался по пути на занятия. «Почти как год назад», – подумал он. Сейчас он снова всех увидит, сейчас будет множество вопросов, и какое-то время он будет в центре внимания, а он этого не любил. В этом смысле он был полной противоположностью Тане, не упускавшей возможности привлечь внимание к собственной персоне. Но несмотря на то, что они такие разные, Толику предстоит добиться Таниного расположения, сделать ее своей, а значит в какой-то степени измениться самому, чтобы быть с ней… «Впрочем, эти изменения, если они все-таки произойдут, будут весьма кстати!» – решил он.

Популярности от поездки в Америку Толику хватило ровно на пять минут: к его искреннему удивлению, мало кто из сокурсников был заинтересован жизнью по другую сторону океана. Во время импровизированного блиц-опроса, устроенного немногочисленными интересующимися, Толик встретился взглядом с Таней и плавно переключился на разговор с ней, ведь она как никто другой была в курсе всех его приключений. Толик несколько раз звонил ей из Америки. Его последний звонок Тане состоялся всего за несколько дней до вылета, нью-йоркской ночью, когда в России только-только наступило воскресное утро. Таня как всегда была приветлива, улыбалась, а он не мог нарадоваться очередному разговору с ней, и единственное что могло заставить его положить трубку – это исчерпание кредита телефонной карточки, что и произошло спустя полчаса…