– И все? – удивилась Наоми.

– Ты украла вещественные доказательства на Натана Кэмпбелла? – с ужасом в голосе произнес Джонни. Он сразу обо всем догадался лишь завидев на свертке начальные буквы.

– Не ты ли, только что предлагал свое сотрудничество? – она с иронией посмотрела на парня. – Надо узнать, с кем разговаривал писатель перед приездом.

Наоми достала телефон и все не решалась включить. Ей казалось это чем то запретным, то после чего дороги назад уже не будет. Джонни не вытерпел и выхватил телефона из рук так быстро, что Наоми не успела сообразить. Этим движением, он подтвердил свое согласие. Он зажал кнопку включения и на экране появился белый значок. Как завороженные, они глядели в экран.

Никто из них не проронил ни слова. Джонни аккуратно передал телефон в руки Наоми, словно что-то хрупкое.

Ничего не происходило. Телефон показывал нью-йоркское время и отличный сигнал сети. Но все еще чего-то опасаясь, Наоми не решалась к нему притронуться.

Она подумала о том, что на телефоне мог стоять пароль. И тогда безумная выходка окажется бесполезной затеей.

– Мы так и будем пялиться на него? – спросила Наоми. В ответ, Джонни лишь тяжело вздохнул. На сегодня, с него достаточно необдуманных поступков. Сегодня, он увеличил их число ровно настолько, что в сумме получилась единица, потому как привык с самого детского возраста все тщательно анализировать. Возможно поэтому у него все еще не было девушки.

Телефон зазвонил. От неожиданности, Наоми вздрогнула, так, что выронила его из рук. Джонни с испугу зажмурил глаза.

– Черт!

Она принялась искать его под ногами. Поднимая то одну, то вторую ногу в коричневом ботинке на высокой подошве.

– Есть!

На экране высветился номер и имя звонящего:

САША

– И что будем делать? – спросила Наоми непонятно кого. Телефон все не унимался.

«Спокойно», – говорила себе Наоми. Просто ответь на звонок. Возможно, это что-то очень важное.

Наоми заметила, как трясутся ее руки. В висках пульсировало с такой силой, что казалось, Джонни мог услышать непрерывный, подобно ударам молота звук. Тот, кто звонил был очень настойчив.

Наоми медленно прислонила телефон к уху.

– Я вас слушаю, – произнесла она, но собственный голос слышался отдаленно, словно через стену.

– С кем я говорю? – спросил женский приятный голос.

Джонни замер и напряг слух, пытаясь хоть что-то услышать.

Немного помолчав, Наоми ответила:

– Это Наоми Кейн, помощник шерифа Уэллстона. Как я могу к вам обращаться?

– Где Натан?

В голосе послышались нотки тревоги.

– Послушайте, если мы все выясним, то возможно сможем друг другу помочь. Скажите, как вас зовут?

Наоми старалась говорить как можно мягче и тише.

Девушка немного помолчала, затем коротко ответила:

– Саша Ли.

Наоми не могла в это поверить. Пытаясь сохранить самообладание, она сделала глубокий вдох.

– Я тоже ищу Натана Кэмпбелла. Есть подозрения, что его подставили, а затем похитили неизвестные люди.

– Я слышала, что он у ФБР.

Наоми вспомнила парочку и ответила:

– Возможно, но не точно. У вас есть какая-нибудь информация, что поможет нам в расследовании?

– Не знаю… могу ли я говорить такое по телефону. Есть одна женщина… знаете, она показалась мне странной. Но, возможно, она единственная, кто сможет помочь.

– Вы не хотите называть ее имени?

– Да, не хочу.

– Спроси про Микки, – подсказывал ей Джонни.

– Вы виделись с Микки О ‘Брайаном?

– Да, это была вчера. Но сегодня, он почему-то не выходит на связь… вы уверены, что я могу вам доверять?

– Я хотела спросить вас о том же. Скажите, Саша вы сейчас в Нью-Йорке?

– Да.

– И как долго планируют там находиться?

– Пока не знаю… но мне нужно уехать как можно быстрее. Одно важное дело.

– Я должна с вами встретиться.

В трубке замолчали.

– Саша?

– Хорошо.

Она продиктовала свой номер. Наоми написала его ручкой прямо на руке.

– Как приедете звоните.

И положила трубку.

Наоми, словно во сне, убрала телефон.

Ей казалось, что она разговаривала с призраком. Настолько странным показался разговор.

Джонни сидел в ожидании. Судя по лицу помощника шерифа, ей было что обсудить.

– У тебя же есть водительское удостоверение? – спросила вдруг Наоми. Она ни разу не видел его за рулем

– Конечно.

– Тогда, подбрось меня до дома, а потом отгони машину.

Она вышла, уступая водительское место.

– Посмотрим, что ты из себя представляешь, Джонни.

Если он будет ей помогать, то хотя бы пусть покажет, как справляется с внедорожником.

– Чем займешься в отпуске? – спросил Джонни, слегка коснувшись ногой до педали газа.

– Может напьюсь в хлам. А может, улечу в Нью-Йорк… а может и то и другое. Эй!

Она надавила рукой ему на колено.

– Если бы я хотела ползти, то родилась огромной улиткой.

Джонни не внял ее просьбам и угрозам, всю дорогу волочась с минимальный скоростью. Наконец, они остановились у ее дома. Наоми положила в бардачок пакет с телефоном и когда Джонни попытался возразить, то чмокнула его в щеку и проговорила:

– Я верю в тебя, Джонни. – А ему ничего не оставалось, как только смотреть на ее удаляющуюся фигуру.

II

Наоми лежала на кровати, закинув ноги на стену. Она разглядывала свои мощные икры, которые достались ей от матери. Семейство Андерсон гордилось крепким телосложением, передавшимся из поколения в поколение, и считали это залогом здоровья. Благодаря сильным ногам, в спринте ей не было равных. Учителя пророчили спортивную карьеру, но родители считали своим долгом запрещать любые увлечения. Как называл их отец, проделки сатаны.

За всю свою жизнь, она лишь пару раз выезжала из Уэллстона. Первый раз, это была школьная экскурсия в Сан-Франциско, второй – курсы в полицейской академии. Хотя родители были категорически против последнего. Оба раза, ее ужасно тянуло обратно в этот тихий и спокойный город, где по ночам не воют сирены, а днем не надо стоять в бесконечных пробках.

Отец часто повторял, что в мире полно людей, желающих развратить тебя. Потому не стоит давать им такую возможность. И Уэллстон-единственное место, где можно укрыться от греховных страстей.

Наоми была единственным ребенком в семье. Кейт и Лукас Кейн мечтали, что дочь пойдет по их стопам и станет врачом. Оба работали хирургами в местной больнице, и сотрудники называли их просто – «смена Кейн».

Однажды, когда Наоми было всего одиннадцать, она сидела за столом и ела горячий суп. Чтобы не обжечься, ей приходилось аккуратно прикасаться к краю ложки губами и втягивать жидкость с звучным присвистом. Лукас Кейн, по своему обыкновению проводил свой выходной за тем, что сидел в кресле и читал газету. В такие моменты он требовал, чтобы в доме была полная тишина.

Он отдернул край газеты и строго посмотрел на дочь. Наоми не заметила взгляда и набрала полную ложку супа.

– Почему бы тебе не сделать это громче, чтобы услышали в Колорадо? – не выдержал отец.

Ей понравилось то, что по обыкновению всегда занятой, он наконец-то обратил на нее внимание. Ей казалось, что папа так с ней играет и улыбаясь, что есть силы прихлебнула прямо с края тарелки.

Мистер Кейн такого не ожидал. Он вскочил со своего места и в две секунды оказался около дочери. Он выдернул старый, потрескавшийся от времени ремень из брюк и стянув дочь со стула, схватил за руку.

После каждого удара по тощим ягодицам Наоми, он повторял:

– Вредные привычки, прямая дорога в ад!

Она извивалась, пытаясь выскользнуть, но тогда отец промахивался, ремень больно обжигал спину. Она визжала так, что слезы попадали в рот, придавая ее слюням солоноватый вкус.

Наоми Кейн на всю жизнь запомнила взгляд проходящей мимо матери. В нем не было сочувствия и сострадания. Скорее, что-то среднее между безразличием и одобрением. Кейт Кейн боялась своего мужа и считала его методы воспитания частью формирования будущего дочери. И уже тогда, девочка дала себе слово, что никогда в жизни не станет как ее родители.