- Принеси нам в жертву как можно больше существ!! - вновь прошипел демон, - Нам нужно много энергии!! Мы в долгу не останемся!!

Боль в голове Наварха практически стихла: - Сегодня же сожгу несколько гоблинских деревень, специально для вас!

- Этого мало! - продолжил Высший Демон, - В течении нескольких часов, принеси мне на главный алтарь жертвоприношений несколько сотен тел! Распни их прямо на жертвенном камне, и прикажи своим вурдулакам вырывать сердца у каждого!!

- Все будет исполнено в лучшем виде, господин Верховный Арбитр Грешных Душ!! - проговорил Наварх, и провалился в глубокий полуторочасовой сон, мгновенно, словно кто-то повернул внутри него выключатель. Скакун Наварха, наоборот, проснулся. Вздохнул полной грудью. Полностью ожил. Дико взревев, он шустро запрыгал к темному лесу, не чуя под собою ног, так быстро он несся. Добежав до леса. Он бросился петлять по извилистым тропам, громко сопел, вырывал с корнем деревья и кусты. Куда он несся? Наварх, находясь на голове вурдулака, продолжал спать. Каким-то чудом он не вывалился из седла.

Мы бились не переставая уже вторые сутки кряду. Наше войско заметно поредело, но и количество вражеских шаек уменьшилось более чем на половину. Нам было не до усталости, ни до крови, сочащейся из рваных ран, ни до желания что-нибудь съесть. Все эти желания перебивало одно - расправиться с адским войском раз и навсегда. Интересно, кто еще узрел видение нашего отца, проявившееся в небе совсем недавно?! Неужели только мы с Йориком?! Надеюсь, что да. Мы не посрамили своего отца. Пехота продолжала выполнять возложенную на нее задачу по перемолу уродцев в удобрения и костную муку. Мы собрали все силы воедино и бились, сражались, терзали дьявольские полчища что было сил.

На вторые сутки наступило временное затишье. Равнину было не узнать. Земля вся пропиталась кровью, оттого ее цвет изменился с желто-серого на красно-коричневый. Мертвые тела были разбросаны повсюду, и местами высились кучами. Страшными кучами, состоявшими из мертвяков с разрубленными головами, оторванными руками и ногами, выпущенными кишками. Повсюду были разбросаны доспехи, снаряжение и как поломанное, так и вполне боеспособное оружие. Равнина бесперерывно поливалась мелким, промозглым дождем, влага которого проникала куда угодно. Иногда равнину застилал туман, с которым боролись лучи солнца.

Твари немного отступили и потихоньку зализывали раны. Решив воспользоваться создавшийся ситуацией мы решили пойти в наступление. И мы сделали это. Я сражался как полоумный и так увлекся, что не заметил, как меня окружили со всех сторон. Грязные, измазанные чужой кровью упыри, почти вплотную подступили ко мне. Вот несколько из них совершили прыжок, очутившись нос к носу с моей персоной. Не долго думая мерзкие создания вцепились в меня мертвой хваткой. Досталось и скакуну. Его окружило с полдюжины безумных созданий и разрывало острыми когтями. Буквально за несколько секунд они завалили лошадь и начали пожирать. Они раздирали все еще живого коня на части. С диким ревом, слетев с катушек при виде свежей крови, упыри вырывали из предсмертно ржащего животного здоровые куски мяса и внутренностей, и отправляли в зубастые пасти, громко чавкая при этом. С их грязных подбородков стекала кровь, а твари все никак не могли насытиться. Они сожрали животное буквально за пять минут, оставив от него только обглоданный скелет.

Их было много. Они сожрали скакуна и были не так злы и проворны, как раньше, но все равно представляли серьезную угрозу. Йорик со всадниками удалился на приличное расстояние. Мои подданные во главе с братом так увлеклись рубиловом, что не заметили моей пропажи. Ничего страшного. Я убью всех окруживших меня уродцев и доберусь до отряда.

Ла я немного подотстал от основного отряда, и теперь потихоньку продвигался к нему, методично расчищая свой путь острым клинком. Я был закален покруче алмаза в бесчисленных столкновениях. Я по сто раз прошел многоуровневые круги ада, разрухи, огня. Я боролся со своими и чужими смертями, участвовал в разнообразных сногсшибательных поединках, и делал много чего такого, что неподвластно простому смертному. Да, я исключительно хорошо знал свое кровавое ремесло. Ремесло воина. Прямо сейчас я убил пару дюжин тварей, и не успел толком отдышаться, как на меня навалились новые полчища желающих уничтожить меня. Их желаниям не суждено сбыться, потому что они не совпадали с их возможностями. Зато мои ожидания, относительно исхода поединка оправдались на сто процентов. Как я и предполагал, расправа не заняла у меня много времени. Я не стал дожидаться, когда первый из подскочивших ко мне гоблинов проткнет мое тело насквозь. Я не хотел улететь к праотцам, и опередил его неуклюжий выпад, которым он пытался повалить меня на землю. Я воткнул в него только что подобранную острую палку так, что он упал навзничь, обагренный своей кровью, подергался немного, после чего затих навсегда. Я молча повернулся к остальным. Они были все еще живы, но жить им оставалось недолго. Их было пятеро. Надеюсь, что я успею справиться с ними раньше, чем прибегут их товарищи? А вот кстати и они. Несутся на подмогу, быстро переставляя корявые конечности. Прекрасно! Я тоже буду действовать быстрее. Я молча взглянул на страшные рожи ублюдков. Некоторое время я стоял без движения, ожидая, что на этот раз отмочат выродки. Не дождавшись от них каких либо активных действий, я сам пошел в наступление. Я подошел поближе для нанесения удара и тщательно, но быстро примерился. Еле уловимый свист. Клинок мчится к небу, рассекая воздух, затем опускается вниз. Я со всего размаху рубанул одного из них, рослого мощного тупаря по плечу, так сильно, что оттяпал ему руку вместе с частью грудины, в результате чего он отдал свою пропащую душу дьяволу. Чтобы исходящий кровью гигант недолго мучился, я ударил его во второй раз, тем самым довершив начатое мной. Следующий мой удар пришелся по корпусу одной из ненавистных тварей, которая, кстати говоря, представляла собой довольно ценный экземпляр для небольшого музея ужасов, затерянного в пыльных улицах густонаселенного мегаполиса.

Мразь удивленно прохрипела в ответ, с укором на меня посмотрела, после чего медленно развалилась надвое! Иногда мои приемы удаются мне особенно хорошо! Когда мразь кровавым ошметком падала на землю, я отчетливо заметил, как ее пропащая душа покинула истерзанное тело. Прямо перед душой развернулось адское пекло, куда она и понеслась, вопя ужасные проклятия.

— Давайте, идите к папочке! — проговаривал я тихим металлическим шепотом, обращаясь к уродам.

Я двигался во сто крат активней прежнего, коря себя за то, что не съел сердце поверженного мракобеса. Теперь оно остыло и было невкусно! Да, я любил пожирать сердца и мозги. Когда сходил с ума во время поединка. Когда входил в боевой раж и превращался в зверя. Временами у меня создавалось ощущение, что я ими никогда не насытюсь. Мне было все время мало, в этом я был подобен вечно объедающемося сладкоежке. Хотя в отличие от большинства любителей сладкого я не считал безмероне поедание мозгов, печенок и сердец, вредным для моего здоровья. Наоборот. Такая пища еще больше укрепляла меня! В этом начинании я был подобен древнему самураю, поедающего печень, или сердце поверженного врага, и, таким образом, согласно древним преданиям, забирающему силу убитого себе. Монстры разбушевались пуще прежнего.

— Бросайтесь на него ребята! — орали одни.

— Бейте его! — кричали вторые.

— Главное завалить, а там мы его быстро одолеем! — провозглашали третьи.

Видимо, они не представляли что имеют дело с одним из правителей Светлой Империи, который способен не только сразиться с ними, но и положить на лопатки Наварха, их короля!

Теперь твари бодро напирали прямо на меня. Я прокладывал себе путь всеубивающим мечом, который всегда меня выручал. Иногда мой меч терялся в бесконечных лабиринтах разнообразных миров, запускаемый мною вдогонку какой-нибудь ненавистной твари, но всегда, подобно бумерангу, возвращался ко мне.