— Я сказал, что послал Ашота с важным заданием в поселок и там он будет их ждать. Если узнают, что случилось, нам несдобровать, надеюсь они его не найдут в траве, если найдут, наши дела — швах. — он осекся. Подошел швейцарец и бойко на немецком языке стал что-то доказывать Максу. Тот шепнул Насте: «Му не можем ждать, пока Арнольд переведет деньги. Люди Ашота мне не простят. Они его, конечно, найдут, могут и офис сжечь, все что угодно, горячие люди. Нам нужно уходить немедленно. Он сожалением посмотрел в последний раз на фамильную драгоценность на указательном пальце, перстень из смеси платины с золотом и отдал его швейцарцу. Тот с довольной улыбкой водрузил украшение на мизинец, единственный палец, на который перстень поместился.

— Пошли, — тихо сказал проводник. Он был немногословен. Ему оставалось отработать полученное богатство. Это только на первый взгляд легко перейти с одной части склона лесистой горы на другую, а в жизни все намного сложнее. Проводник уверенно вел людей. Казалось он ходил этой дорогой десятки если не сотни раз, но каждый раз мог оказаться последним.

Невдалеке мелькнул пограничный столбик, который заставил забиться быстрее сердца беглецов. Еще немного и проводник расслабился, пройдя еще 500 шагов, он сказал.

— Вот план местности. Это уже Швейцария. Идите вверх по склону, когда достигните вершины, вас там в расселине будут ждать люди, удачи.

Вместо прощанья парень торопливо мотнул головой и потянул девушку за собой, внизу по склону в подлеске раздались какие-то крики, как будто за кем-то гнались. Максим понимал что это охотники вышли на след дичи, а этой дичью были он с его девушкой.

— Побежали, он почти толкнул спутницу, она еле удержалась на ногах. Дорога была каждая секунда! Преследователи далеко, но опытные охотники, а они, измученные двухдневными страданиями, беглецы. Хорошо, если это французы, они не сунутся далеко на чужую территорию, ну, а вдруг это швейцарские пограничники? Крики стихли и удалялись куда-то влево. И тут, к ним, с почти сбившимся дыханием, подбежали два человека. Один седой, второй помладше.

— Скорее, скорее, дальше будет легче, сейчас двигаемся вниз, — вместо приветствия сказал тот, что был постарше, — не волнуйтесь, наш бос нам позвонил, что вы уже с ним расплатились, нам вы ничего не должны. С немецкой пунктуальностью двое швейцарцев, по-видимому отец и сын, доставили падавших с ног россиян к себе домой и спрятали в сарае за домом.

— Все, прибыли, здравствуй, Швейцария! — девушка усмехнулась. Как ее доставили в предместье Парижа она не помнит, была усыплена, но переход в Швейцарию запомнит до гроба!

Проводник предложил молодым людям пожить пока у его брата в 15 км от границы в живописном городке, недалеко от зимнего курорта, куда съезжаются в сезон лыжники со всего света. В министерскую голову Максима сразу стукнула мысль:

— А что, «компаньонша», откроем давай ресторанчик, в сезон тут можно неплохие бабки снять? Как ты?

— Что я? У тебе опыт подобный имеется или мы с нуля? Я в этом деле полное ничтожество, на мое кулинарное умение не надейся. Я его не впитала с молоком матери.

— Да что там рассуждать, вопрос решенный, вижу по тебе, что загорелась. Ну понимаешь, для вида нужно, пока дядя Альберт нас не разыщет, а то я остался без связи. Опасно выходить на мобильную или другую связь, засекут.

— А интернет?

— Тем более, в два счета. Ты себе даже не представляешь, как быстро они работают. Нужно уходить на дно, и никому в голову не придет, что мы скрываемся на зимнем горнолыжном курорте. Ясно?

— Ясно. Кого поваром пригласишь?

— Да подожди ты, сначала надо помещение снять, вот украшать ты наверно умеешь?

— Еще бы, украшать — это моя страсть! Ну пошли посмотрим, какие помещения сдают, у меня уже руки чешутся.

— Подожди, вот полюблю тебя, а потом пойдем.

— Да любишь ты как-то по странному, с опаской.

— А тебе бы хотелось по настоящему? До свадьбы? Дурочка, я твою невинность берегу, а ты!

— Ну ладно, не сердись.

Настя теснее прижалась под одеялом к своему мужу-не мужу и страстно поцеловала его в губы.

— Ладно давай спать.

— Давай, странная ты, то приближаешь, то отталкиваешь, ну ладно, отбой. Парень потушил свет, чтобы увидеть свой первый сон в Швейцарии. Но он еще долго ворочался, слишком тяжелым грузом давили французские воспоминания.

Глава 5. Маленькое кафе, сон из детства (казнь кота)

Что можно по площади сравнить с Московской областью? Вы не поверите — Швейцарию. Две трети Швейцарии занимает самая высокогорная часть Альп, в которой уютно расположились более трех десятков горнолыжных курортов.

А еще Швейцарию называют «горнолыжная сказкой». Кто здесь побывал, тот подтвердит эти затертые до дыр слова всех туристских проспектов. Кто-то сравнил одну из горных территорий, Вербье с туристской горнолыжной Меккой. И, знаете, — это сравнение недалеко от истины. Солидности Вербье придает самый большой в Европе подъемник и 400 км отличных трасс. Если где-то и можно сравнить эталон качества сервиса, обслуживания, солидности и престижности со знаменитым швейцарским сыром и точными швейцарскими часами так это в Вербье, где сконцентрировано большинство четырех-тысячников. Поскольку именно в этих местах царствует безоблачная погода и отличный снег — то туристы просто обалдевают, попадая сюда. Вербье объединяет четыре долины Валлиса со своими центрами. Это — недорогой курорт идеально подходящий для отдыха семей и молодежи. В основном он состоит из пансионов. Помимо низких цен, многих прельщает стадион для сноуборда и огромное количество лыжных трасс.

Беглецы, волею судьбы попавшие в этот заснеженный рай, чувствовали себя в некоторой безопасности. Именно в Вербье, кантон Валлис Тион, занесло наших героев. Проводники дали им адрес своих знакомых, которые содержали небольшой пансион в курорте Ненда, одном из четырех центров Вербье.

Курорт Ненда похож на дачный поселок, забравшийся высоко в горы. Кажется, что несколько десятков домов, как цыганский табор, снялись с места и отправились в свои странствия. А тут, прельстившись замечательным видом, остались навечно. Многочисленных пансионов, спрятавшихся среди густо растущих елок, хватит более чем на двадцать тысяч гостей с совершенно разными предпочтениями. Есть, например, простенькие домики и квартиры с минимальным набором необходимых для отдыха вещей. А у кого имеются лишние деньжата, тот не откажется от четырех и пятизвездочных шале с бассейном, сауной и джакузи на террасе для ежедневных медитаций в окружении снежных вершин.

Вечером, после первого разговора с хозяевами, Настя со своим спутником решили пойти в знаменитый местный ресторан с отличной кухней, отмеченный 14 пунктами авторитетного ресторанного справочника Gault Millau. Поскольку хозяин ресторана был хороший знакомый хозяев пансиона, у тех было правило угощать своих жильцов в первый вечер бесплатным обедам. И так, как чек будет прислан в пансион, Максим с Катей окунулись в меню, которое обещало блаженство изысканной кухни.

Небольшой уютный ресторан на 65 мест, оформленный в альпийском стиле, пользовался большой популярностью у туристов. Он не пустел даже в мертвый сезон, когда снега становилось совсем мало. Хотя люди предпочитают проводить время вечером в своих шале. Правда цены здесь кусаются и возносятся до окружающих гор. Глаза у Насти разбегались между супом из шампиньонов с пенкой из пармезана и бекона с орехами, карпаччо из гребешка в виноградном масле петит арвин с мятой и лимоном, карпаччо из красного тунца, обсыпанное кускусом, канадским лобстером с красной чечевицей в апельсиновом соусе. Фирменным же блюдом здесь считалась нежнейшая говяжья вырезка с канильони и начинкой из мангольда. От экзотических названий у молодых людей глаза на лоб полезли!

А какой обед на курорте без вина? Максиму захотелось попробовать Cuvee Imanolo 2011 года, полученным из трех сортов винограда: пино нуар, корналин и мерло. Вино оказалось превосходным. Оно было названо в честь Иманоло из Санкт-Морица, страдающего от редкого генетического заболевания — буллезного эпидермолиза. Все деньги, вырученные от продажи, как указывалось в меню, шли в фонд помощи больным этим тяжелым недугом.