К слову, баночки, выданные Орэном, действительно помогли, и она теперь чувствовала себя намного лучше, но всё же для полного восстановления ей надо было вернуться домой.

В тот же день она сразу же пошла в Башню Библиотеки.

За последние дни у Марены было слишком много времени подумать о том, что она до сих пор не приблизилась ни на шаг к началу поисков Факела.

«Вряд ли я найду что-то о Факеле в библиотеке, — безрадостно думала она. — Но с чего-то же надо начинать!»

Как и говорила Лили, все общедоступные книги и документы были на «общем» языке.

Марена быстренько пробежалась по истории за последние пятьдесят лет — с того времени, как они разорвали любые нейтральные отношения со всем остальным миром (пусть и в одностороннем порядке). Но ничего для себя интересного не нашла. Да и про Дремир там не было ни слова.

Прочитала о Гильдии Магов, чтобы хотя бы знать, с чем имеет дело. Выяснила, что такая есть в каждом крупном городе Весталии, что они всегда построены как крепости на воде и всегда имеют пять башен: Башни Тренировок и Защиты — ближние к входу в Гильдию, Башни Обучения и Лазарета — за ними и Башню Библиотеки.

Получалось, что Гильдия Магов — это своего рода отдельная крепость, расположенная рядом с основным городом. Город и крепость соединялись мостом.

Марена была уверена, что в Библиотеке можно узнать ещё много интересного, но всё более удручающие мысли о Факеле не давали ей сконцентрировать ни на чём друго́м.

Для только что принятых членов Гильдии были доступны книги и документы ещё одного уровня, но уже на гильдейском языке.

Она взяла стопку книг об артефактах, видах факелов и словарь и отправилась к ближайшему столу их изучать.

Когда она открыла первую книгу, то с удивлением поняла, что может её прочитать! Без словаря! Они были написаны на древнем языке, одном из тех, которым учил их Яромир.

«Как хорошо, что дедушка Яромир нам тогда силой вбил все эти языки в головы, несмотря на всё наше сопротивление и недоумение, на кой они нам», — подумала Марена и, воодушевленная этим открытием, попросила ещё и книгу по азам магии.

В книгах про факелы, конечно же, ничего полезного не оказалось. Про артефакты — тоже.

Из книги про Дремир она узнала, что Утренняя Трагедия случилась благодаря местному графу и его Летающей Крепости. Отнеслась она к этому спокойно, но имя графа хорошо запомнила и решила, что им она займется после Факела.

Книга о магии оказалась самой интересной из всех, несмотря на то, что подход к магии здесь был иной в силу географических особенностей.

Частицы магии в теле человека и во всём остальном они называли не Пепел, а Эш. Так как своего Священного Леса в Весталии, естественно, не было, а до Священных Рек было очень далеко, единственным способом стать здесь магом были зелья (они называли их эликсиры) из растений, растущих на берегах всё тех же Священных Рек: Эвенны, Роны и Каанна-Таны, и собственно, вода из этих рек. Эти реки начинали свой путь с Вершин Дремира, а значит вода в них, да и растения, что её пили, были очень насыщены Пеплом (Эшем).

В книге о магии об этом не говорилось, но Марена догадалась, что и вода, и зелья в Весталии должны стоить очень дорого.

«Значит, магом здесь быть очень дорого, и та сумка зелий и воды, что выдал мне тогда Орэн, стоила целое состояние! Надо будет его ещё раз поблагодарить! — радостно подумала Марена, а потом снова загрустила: — Когда он со мной свяжется».

В этот день вестей от Орэна не было. На следующий тоже.

Когда её приняли в Гильдию, Марена оставила письмо для Марка, где она сообщала, что её приняли в Гильдию Магов в Рейнвесте, где она сейчас и живёт. Что хочет с ним встретиться и обсудить личный вопрос, если он не против.

Ответа от Марка она тоже до сих пор не получила, пусть и особо не надеялась на это. Куда идти дальше — абсолютно непонятно.

«Но уже надо было хоть куда-то идти!» — крайне безрадостно думала Марена — мысль о Факеле стала совсем невыносимой.

Было решено: завтра утром она уходит. Дальше на восток.

В надежде, что хоть кто-то или что-то её ещё остановит, она ещё раз сходила в Башню Защиты — писем нет.

Марена пошла в Башню Лазарета — Орэн выписался. Марена окончательно расстроилась и чуть не заплакала.

У неё был настолько опечаленный вид, что сотрудник Лазарета сам сказал ей новый адрес Орэнга. Это оказалось недалеко.

Часть 4

Глава 15. Идиот

Орэн

Орэн стоял у открытого окна, облокотившись на стену одной рукой. Легкий морозный ветерок заносил в комнату мелкие снежинки, которые падали на подоконник и пол и сразу таяли.

Из окна открывался вид на серые башни корпусов Гильдии Магов и центральный двор с парком, фонтанами и небольшой речушкой.

По-осеннему раскрашенные деревья и кусты были припорошены первым снегом. Под тонким слоем снега отдыхали и фонари, ещё не разбуженные ночью, и скамейки, избегаемые сегодня людьми.

Вершина самой высокой башни, Башни Библиотеки, как стрела пронзала светло-серую пелену неба. Свет из многочисленных её окон подсвечивал нижний край облаков, и парящие вокруг башни снежинки искрились, будто на солнце.

Из окна до Орэна долетали приглушённые разговоры, смех, тихая мелодичная музыка. Он смотрел в окно, но он ничего не видел и не слышал — ему просто хотелось холода. Орэн перегревался — перегревался от своих собственных мыслей.

В свободной руке он держал послание от графа Неррона, а в голове засела всего одна мысль: «Кто кого первый прирежет, когда он зачитает Марене приказ графа?»

В том, что они сойдутся на ножах в прямом и переносном смыслах, как только она узнает, что он человек графа, Орэн не сомневался. Ещё несколько дней назад он бы даже не подумал, что это имеет хоть какое-то значение. Но после «урока истории» из Библиотеки он, наконец, понял, кто такие «наши» и «ваши» в её рассказах. И теперь он отлично понимал, что значит быть не на той стороне, не на её «нашей» стороне.

Однако основная проблема была не в дружбе, зависимости, привязанности и прочих красках отношений между ними, а в том, что при любом исходе «поножовщины» он не выполнит приказ графа, а это не могло быть исходом. Даже его смерть не оправдала бы невыполнение приказа.

Холодный воздух из открытого окна всё не помогал прогнать навязчивое «как» из головы, и Орэн решил сменить тактику — переключиться на «что».

Он отошёл от окна, сел на стул в углу комнаты, аккуратно положил листок с приказом графа на рядом стоящий столик и немигающим взглядом уставился на угол кровати.

'Итак, что мы имеем.

Первое: приказ графа отравиться в Нерру после моего выздоровления. С Мареной. Я уже выздоровел. В Крепость должно прибыть два живых и здоровых человека. Это не обсуждается.

Второе: Пожарище — дело рук графа Неррона.

Третье: Марена родом из Пожарища и все «ваши» у неё в списке врагов.

Четвёртое: Марена, скорее всего, знает, что Пожарище — дело рук Летающей Крепости.

Пятое: Марена, возможно, знает, что это дело рук графа Неррона'.

Орэн мысленно ещё раз перечислил все пять пунктов, выкинул из них все вероятности и получил наихудший, но точный вариант: Марена знает, что граф Неррон повинен в возникновении Пожарища. Если и не знает, то об этом ей необходимо сообщить — так проще контролировать последствия.

«Дальше».

Орэн перешёл к вопросам «зачем» — зачем Марене отправляться в Крепость?

'Первое: незачем. Кто полезет в одиночку в обитель врага, лишая себя последнего выбора: жить или умереть?

Второе: отомстить графу. Это в традиции Дремира.

Третье: из жалости ко мне. Это не в стиле Марены.

Четвёртое: из… Стоп! Я серьёзно!'

Выходило, что Марена может согласиться пойти в Крепость только ради мести и… Её все равно надо будет лишить жизни, ведь главное правило гласит: «Не пускать в Крепость врагов ни при каких обстоятельствах».