Надо мной на обломках стены сидела девушка.

— За то, что не потревожил прошлое — нашу братскую могилу. Ты первый за много сотен лет.

Я молчал, продолжая её разглядывать. Она чем-то напоминала Марену — также изящна и грациозна. У нее была похожая причёска и длинное платье, но немного другие черты лица.

Девушка перевела взгляд с меня на солнце. Больше она не произнесла ни слова.

Я последовал её примеру — красный диск уже наполовину скрылся за облаками.

— Не смог потревожить, — ответил я. — Не знаю почему… Эх… Думал найду что-то таинственное…

— Таинственное хочешь? — звонко засмеялась девушка. — А чего расстраиваешься-то? В нужное место же пришёл — самое таинственное во всей Горенке! Сейчас…

Я уж было хотел обернуться и посмотреть на неё ещё раз, но она меня резко остановила:

— Не отвлекайся! Смотри на солнце, а то птицу упустишь!

Край солнца ещё на треть выглядывал из-за облаков. Никаких птиц ни поблизости, ни вдалеке не летало. Я мысленно пожал плечами и продолжил смотреть на солнце.

В то самое мгновение, как диск солнца полностью скрылся за облаками, моё внимание привлекла яркая вспышка справа! Последние лучи догорающего солнца «подожгли» не замеченный мною до этого водопад — он несколько мгновений пылал оранжево-красным огнём, а потом, словно птицей, огонь взлетел с водопада, проскользнул по стене горной гряды и нырнул в ущелье. Я бы подумал, что это обычные солнечные блики, если бы на дне ущелья эта «птица» не превратилась бы в сноп искр.

Подсветили ли эти искры что-то там, далеко внизу, я так разобрать и не смог, но уступ, на который эта «птица» приземлилась, я хорошо запомнил.

Я обернулся к девушке, чтобы спросить: «Что это было?», но её и след простыл.

Ощущение было такое, будто я всё это время тут сидел один и сам с собой разговаривал.

«Мда. Уже девушки мерещатся».

Померещилось или нет, но заметку лучше сделать. Я достал карту, компас и сверился с направлением. Кроме карты у меня ничего не было, пришлось описать место, где я сидел и место появления и приземления птицы прямо на обратной стороне карты.

Часть 2

Глава 11. Песня

Киран

Караван добрался до Серты уже после заката. Киран посещал это поселение не впервые, но успел подметить, что отремонтированных домов вдоль центральной улицы стало больше.

Местные жители никогда не отличались гостеприимством, поэтому ночлег он обычно искал себе сам, в одном из более-менее сохранившемся домов. Но когда приходит большой караван, всё иначе — он располагается лагерем прямо на центральной площади. Там даже огромное кострище есть с незапамятных времён. Сейчас такие огромные костры никто не жжёт — незачем переводить столько дров, но удобно устраивать много маленьких костров на его внешней окружности. Да и к полевой кухне близко.

На местном рынке после заката уже никого не было, а таверны так до сих пор и не появились.

Главный распорядитель каравана занимался поиском местных жителей для снабжения костров дровами.

Киран обдумывал, как лучше завтра начать поиски беглеца. Даже если Марк сейчас в городе, искать его ночью среди множества полуразвалившихся строений было более бессмысленно, чем искать иголку в стоге сена.

Киран узнал, что караван планирует задержаться в городе на две ночи. Значит, у него есть два световых дня на поиски беглеца.

«Надо будет завтра у местных разузнать последние новости, а там решать, что делать дальше».

Вынырнув из своих размышлений, Киран заметил снующих туда-сюда людей с большими вязанками дров и присоединился к ним: взял две вязанки и принёс их к небольшой группе людей из «путешествующих за караваном».

Вскоре совсем стемнело, а их костёр начинал разгораться и согревать пятерых человек. Среди них была пара средних лет, бодрый старик и молодой мужчина, на вид немного младше Кирана.

Через час объявили, что еда готова, и все принесли себе по миске горячей каши и кружке чая. А после еды их маленькая компания незнакомцев как-то подрасслабилась, и потекли разговоры.

— Давайте знакомиться, — сказал молодой человек. — Я — Эрик.

— Чего это вы вдруг знакомиться надумали после стольких недель совместного похода? — проворчал старик.

— Да так, для поддержания беседы, — ничуть не смутился Эрик и продолжил таким же весёлым голосом. — Раз мы тут все вместе оказались.

— Кир, — поддержал его Киран, с мыслью: «А почему бы и не поболтать?»

Другие отмолчались, и разговоры далеко не утекли.

— Ну, тогда я спою, — сам за всех решил Эрик и достал небольшой струнный музыкальный инструмент из чехла.

Старик проворчал себе под нос:

— Будешь плохо петь, выгоним мёрзнуть, — но особо не возражал, как и остальные.

Эрик заиграл и запел.

Было время, было время,

Светлое, далёкое,

В небесах летела Птица,

Гордая, высокая.

В клюве колосок несла,

Да зерно упало:

В землю плодородную

Сразу же попало.

Птица не заметила

(Иль не захотела),

По делам своим

Дальше полетела.

А зерно то смелое

Корешки пустило,

И листы отважные

К солнцу распустило…

Эрик на мгновение остановился, чтобы глотнуть чаю, и обвёл взглядом их небольшую компанию.

— Хорошо поёшь, давай ещё! — смягчился старик.

Эрик улыбнулся и продолжил:

Было время, было время,

Светлое, далёкое,

И росло то Деревце,

Сильное, высокое.

Звёзды его грели,

Ветра песни пели,

Море омывало —

Корни щекотало.

Стало время, стало время,

Хмурое, далёкое.

Древо загрустило

В мире одинокое.

Но недолго жило

Дерево в печали —

Предки наши славные

Древо увидали.

И слетелись к Дереву,

Словно стая птиц —

Радости у Дерева

Не было границ.

Стало время, стало время

Светлым и далёким.

Жили предки в мире

С Деревом высоким.

На ветвях разлапистых

Возводили грады,

Песни пели Дереву —

В радость и награду…

— Эрик⁈ — вдруг послышалось из темноты, и к костру подошёл молодой мужчина в тёмном пальто и с заплечной сумкой.