– Зорн Вуткриг! На правах младшего товарища, прошу вас, воскресите лису! – крикнула запыхавшаяся Астра, вбегая в убежище.

[Эфия сказал…] – начала Старшая.

– Я слышала, мы все, через артефакт на моей руке. С вердиктом Эфии я не согласна! – девочка испытывающе посмотрела на боевого офицера.

– Вернуть тело к жизни – не сложно, – согласился дзе. – Вот только надо понимать: её мозг умер, даже если оживёт – станет овощем.

– Да-да-да, Энтинус тоже самое говорил, а потом взял и оживил Норенса! – Росса ткнула юношу пальцем в грудь.

– Что именно сделал главком? – спросил пришелец.

– Повернул вспять время. Это восстановило не только клетки мозга, но и информацию, которая на них хранилась.

Судя по выражению лица Зорна, ответ терминала ему не понравился.

– Понимаю вашу озабоченность ситуацией, офицер Астра, однако, прошу, примите во внимание: мы, дзе, не можем применять заклинания высших порядков слишком часто. Во вселенной бытуют чудовища, коих вы себе и представить не можете. Они чувствительны к выбросам маны. Хотите, спасая одну душу, обречь целый мир на гибель?

– Я заберу беднягу на Кайю и…

– Нет, офицер Зорн, я только что получил приказ верховного командования. Вам надлежит немедленно прибыть в бело-золотой город.

– И вы вот так всё бросите?! – волшебница от бессилия топнула ножкой.

– Мои приказы точны и обсуждению не подлежат, – хмуро ответил пришелец. Ему ситуация тоже не нравилась.

– Тогда…! Тогда я сама её спасу! Эфия, повтори трюк Энтинуса!

– Давайте посчитаем, офицер. Заклинание локального контроля времени, уровень: «Божественное вмешательство». С вашими текущими возможностями, такая магия будет стоить вам жизни. Мне начинать?

На нейроинтерфейсе девочки появилось окно с двумя кнопками «Да\Нет». Росса ненавидела, когда артефакт вёл себя подобным образом. Ненавидела его холодный механический голос, сдобренный горькой истиной. Она смотрела на ещё не открывших глаза лисят, жмущихся к Алере, на магистра, нервно жующего нижнюю губу, на опустившую плечи Митрию, и не могла выдавить из себя: «Начинай». Сон про кладбище всё ещё стоял у неё перед глазами.

– Поступим так, – наконец произнёс Зорн.

Звёздный странник поднял руку и лису-мать охватило яркое зелёное свечение. Хвостатая резко вздохнула, её глаза открылись. Закончив с лечением, дзе отправился к выходу, бросив по пути:

– Остальное оставляю тебе, Астра.

Покинув пещеру, пришелец призвал белоснежные крылья с алыми вкраплениями и взмыл ввысь, оставив после себя столб пыли.

[Задание выполнено, офицер, прекрасная работа. Линкор «Кайя» готов к стыковке], – сообщил Эфия.

Детонация в импульсном двигателе Зорна разорвала облака, отправляя того к звёздам.

[1]Mitriá – мачеха (греч.)

[2] Крытая галерея с колоннами, прилегающая к зданию. Навес.

[3] Языческий храм

9. Глупцы – хуже еретиков

Астра:

Я вернулась в замок дядюшки. Здесь теперь всё иначе, и нет, дело вовсе не в том, что погреба «разграбили» прожорливые крестьяне. Изменилось отношение ко мне. Благородная мисс голубых кровей… ушла. Её место заняла посол космической расы. Позади меня теперь простирается тень бело-золотого города, из которой злобно зыркают чудовищно сильные офицеры.

Каким бы не был уютным этот замок, я всегда чувствовала себя в нём пленницей. Бонны следили за каждым моим жестом, постоянно одёргивали, всё приходилось делать строго по графику. Даже чтобы просто покинуть комнату, приходилось одеваться как на парад. Теперь всё иначе: я – гостья в собственном доме.

Гувернантки меня больше не трогают, молча выполняют свои обязанности, стараясь не смотреть в глаза. С одной стороны – это хорошо, но с другой… Раньше я могла с ними поговорить, просто ни о чём. Летти относится ко мне… как к маме когда-то: отвечает сухо и по делу. Меня либо боятся, либо… никогда и не любили.

Эх, как же я скучаю по тем дням, что провела в лесном домике. Тусклый камин в зале, мягкий ковёр, недовольное брюзжание Энтинуса… Мир вокруг кажется всё холоднее. Даже дядя смотрит на меня без прежнего блеска в глазах. В чём дело, я ведь прежняя?! Или нет…?

Дитя Истины покинул замок стоило нам вернуться из леса. Сказал, что ему нужно повидаться с отцом, Обозревающим Небеса. Я осталась совсем одна среди мрачных стен и сплетен прислуги.

Не было счастья, так ещё и Эфия измыслил новый метод обучения, от которого моя голова буквально раскалывается! Открыв глаза по утру, я первым делом массирую виски. Там, под кожей, в неистовом танце бьются сосуды. Профессор говорит, что неприятные ощущения скоро пройдут… не слишком ему верю. Справиться с мигренью помогает медитация. Ещё с тех пор, как я жила в домике Энтинуса, посидеть в тишине, разгоняя ману, стало моей отдушиной.

Что за новая тренировка? Сложно объяснить, сама не до конца понимаю. Главное – моё настроение вконец испортилось, готова сорваться на каждого встречного-поперечного. Плохенько.

За последние время столько всего случилось… От бурлящих воспоминаний я постоянно отвлекаюсь и Эфия журит меня за это. А что я сделаю?! Это и есть тот самый «опыт взрослости» о котором говорил наставник? Страшно представить, что тогда творится в головах дяди и прочих старших.

Драконы тоже ушли восвояси. Получив от дзе… Так стоп, эту историю в двух словах не расскажешь, давайте обо всём по порядку.

***

Астра:

Зорн улетел. Сделал он это, конечно, со всем полагающимся пафосом. Нам, мирянам, только и оставалось, что рты раскрыть.

[Алера, ты, вместе с выжившими лисами отправишься к нам в деревню. Мы не можем позволить вашему виду исчезнуть,] – сказал тогда Платоя. Похоже он серьёзно вознамерился помочь.

– Э-это решать не мне… пусть старшая… – не поднимая глаз промямлила рыжая.

[Взгляни на неё для начала.]

После того, как Мелетиас это сказал… Мать-лиса сидела возле Митрии, в её взгляде не было и капли разума.

[Звёздный маг предупреждал: если просто вылечить – будет овощ. Я прав, Эфия?]

– Абсолютно. Эта лиса полностью здорова, но аноксия нарушила структуру её сознания. Она – шестой младенец, если проще.

– Как он мог…? Не думала, что Зорн способен на такую мерзость… – это уже сказала я. Осознание произошедшего холодом растекалось по моему нутру.

– Позвольте вставить ремарку. Боюсь вы неправильно поняли поступок пятого офицера. Он может казаться законченным солдафоном, но жестокость ради жестокости ему не свойственна.

– Да?! Как ты тогда объяснишь… вот это?!

– Всё просто. У нас на руках пятеро новорожденных лисят. Кто их будет кормить? Вы? Что может быть лучше для малышей, чем молоко матери?

М-да, Эфия и дьявола смог бы обелить…

– Так старейшина теперь… я? – лиса испуганно округлила глаза.

[Поняла наконец? Твой вид на грани исчезновения, вдобавок, все новорождённые – мальчики. Решение нужно принимать здесь и сейчас], – продолжил наседать ящер.

– Это неправильно! Пусть у меня родится много детей, они ведь проживут всего десять лет! Сначала я должна найти способ продлить наш век! – кроткая по своему обыкновению девушка разразилась гневной тирадой под давлением Мелетиаса. Неожиданно.

Мысль о том, что Алеру насильно сведут с драконом, была мне противна, а ей, думаю, и подавно.

[Астра, повлияй на неё!]

А? Я? С какой стати? Из-за того, что я дзе? Или из-за Эфии на моей руке? И что значит «повлияй»? Он хочет, чтобы я заставила рыжую рожать? Почему все взрослые, стоит им «упереться в стену», сразу прибегают к насилию? Гадко. Энтинус всегда поддерживал меня, настала моя очередь принять эстафету. Сделав серьёзное лицо, я выдала:

– Принимать решения – высший показатель разумности! Андропония никого не принуждает!

Услышав мой ответ, дракон зажмурился. Хех, не понравилось, да? Будешь знать, как насильничать!

[Сестра?] – обратился ящер к Митрии.

Пытаешься ухватиться за соломинку, умник?