– Сильно. У нас-то чего забыл? На родине мало платят?

– У всех свои тайны.

– Ску-учно.

– Можем поговорить о чём-то ещё…

– Например, о занятиях?

– Нет, в дороге о работе лучше не думать.

– Ого, как расщедрился!

Астра села на облучок[2], рядом с учителем.

– Ну-с, раз такие пляски, расскажи, что значит быть взрослым.

– Интересный вопрос. С чего тебе вдруг пофилософствовать захотелось?

– Сам сказал: «Пока ведёшь себя как ребёнок, о независимости не зарекайся». Вот и хочу узнать, что не так.

Наставник, почесав затылок, сжал губы в тонкую линию.

– Наверное, здесь главную роль играет опыт.

– То есть, ты не уверен?

– Я бы сказал, что «взрослости», как таковой, не существует. Это скорее оценка поступков одного человека другим. Кого бы ты сама могла назвать взрослым, своего дядю магистра?

– Не знаю… Дитя Истины, он такой… непостоянный, что ли. Как с прислугой говорит, такой весь строгий, на хромой козе не подъедешь, но, когда ему артефакт очередной привозят, радуется, как мальчишка. С тобой то же самое, на вид – тюфяк ленивый, а прижмёт…

– Вот, значит, каким ты меня видишь.

– Угу… Я решила, сдам экзамен, и полностью отдамся изучению боевой магии.

– И это решение на основе…?

– Сам знаешь: ремесленников и врачей хватает, а вот хороший боец – нужен каждый день.

– Разве не наоборот?

– Хах, отбрось наивность. Как не придёт к дядюшке дворянин какой, о своей гвардии колдунов только и треплется…

– Эх, надеюсь, когда-нибудь настанет мир, и маленькие девочки смогут мечтать по-настоящему.

– «Крестьянин пашет, свободный мечтает», так что учи меня свою свободу защищать. Ты когда ерепениться перестал и нормально всё показал, твой стиль меня заинтриговал. Уж на следующем экзамене я им покажу!

– Хороший настрой.

***

Путешествие до столицы превратилось для маленькой мисс в экскурсию. Города сменяли деревушки, а золотистые поля ржи перемежались с холмами, поросшими кустарником. Как Астра ни просила воспользоваться порталом, Энтинус отказывался. Продолжая гнать повозку на юг, он не ел и не спал, лишь изредка отпивая из фляги.

– Здоровье пропьёшь, умник, – фыркнула девочка, проснувшись посреди ночи.

Они ехали по тихой просёлочной дороге, нарушая стуком колёс окружающий покой. Подстегнув лошадей, маг в очередной раз приложился к фляге.

– Вместо того, чтобы дрянь эту пить, лучше бы телепортировались. Давно бы там были.

– Не переживай, мне не повредит.

– Ага, все вы так говорите, а потом лет в сто удивляетесь: «А чего это песок сыплется?!». Честное слово, бодрящие эликсиры погубят эту страну, после них зелья молодости, что водичка.

– Ворчишь, как бабка.

– Ну-ну, поглядим, как запоёшь лет эдак через пятьдесят. Аукнется тебе попустительское отношение.

На утро вдалеке показался символ власти человечества – дворец императора, Цитадель Света. Крепость из металла и стекла, посреди каменных домиков, напоминала титана восседающего на куче мусора. Устроившись на облучке, Росса взяла в одну руку бутерброд, а в другую стакан виноградного сока. Весело болтая ножками, она с интересом глазела по сторонам.

– Эх, вот приедем в Лофос, снова придётся строить из себя леди…

– Мы ненадолго.

– Ну и что?! Видеть все эти рожи… Хих, словно с каникул вернулась.

На следующий день, перед вратами столицы телега Энтинуса попала в затор. Вереница желающих попасть в Академию высокого волшебства растянулась на несколько километров. Здесь были и роскошные многокомнатные дилижансы уважаемых мэтров магии, и пешие длиннобородые старцы, окружённые стайками учеников. Встречались даже паланкины чародеев южного побережья, из окон которых хищно взирали нефритовые глаза с вертикальными зрачками. Учитель, продолжая портить здоровье эликсиром, крутил головой из стороны в сторону, его радужка пылала. Сначала волшебница не придала этому значения, а потом её как молнией ударило. Встав позади наставника, девочка раздражённо похлопала того по плечу.

– Совесть всю про́пил?! Не смей пялиться!

– Ты о чём?

– Не притворяйся! Сам же сказал: «наполнив маной глаза, можно сквозь стены смотреть», значит и сквозь одежду тоже. И не пытайся оправдываться, а то соврёшь ненароком.

Среди пеших было много девушек возраста Россы и старше. Мысль о том, что её учитель пускает на них слюни, заставила кровь волшебницы вскипеть.

– Астра… можно не так громко, люди смотрят… – процедил сквозь зубы Энтинус.

Девочка хотела возразить, но заметив, что все почему-то смотрят именно на неё, поёжилась. Она хотела представить учителя на суд общественности, однако поздно сообразила: ученицу преступника осудят не меньше. Сев рядом с наставником, волшебница выждала несколько минут, и шёпотом продолжила:

– Ты ужасен! Отвратительно! И как я сразу не догадалась?!

– Слушай…

– Не стану! Целый месяц видел меня, в чём мать родила! И в душе подглядывал… Как мне теперь жить?! Гадкий извращенец, я опорочена!

– Нахальная девчонка… – Энтинус с силой сжал предплечье подопечной. – Я не стану использовать магию там, где она не нужна.

– Т-ты… пусти, больно!

– Жила в глуши со взрослым мужчиной, которому зубы химеры нипочём… Будь я тем, за кого ты меня выдать пытаешься, подглядывать бы не стал, сразу бы… и чары мне бы не потребовались!

– Хорошо поёшь, брехун! – вырвавшись, Росса отстранилась. – А то, что ты с магистром контракт заключил, забыл, наверное? Пока на тебе амулет, ты как пёс бешенный на привязи, только лаять, да глазеть способен! Если бы посмел навредить мне сверх меры, артефакт убил бы тебя самым мучительным образом! Пока не доучишь меня, снять его не смо…жешь…

Презрительно хмыкнув, наставник резким движением сорвал амулет. Цепочка жалобно звякнула, по ней прошёл разряд энергии.

– Дарю, – бросив сломанный артефакт ученице, маг разочарованно покачал головой.

Скривившись, как от хлёсткой пощёчины, Астра с ужасом взглянула на символ контрактов. Наставник продолжал легко и непринуждённо рушить всё, на чём строился её мир.

– Тогда… что тебя останавливало? Мог ведь сделать со мной что угодно! Или тебе больше мальчики по душе?

– Не придумывай. Всех на свете порой посещают пошлые мысли. Я – не исключение. Однако это не причина отнимать у тебя право выбора. Ты девочка вредная и упрямая, но именно это мне в тебе и нравится. Продолжай в том же духе.

– Т-ты… дурак!

Зардевшись, Росса смущённо закрыла лицо руками. Серьёзный тон Энтинуса развеял сомнения волшебницы.

***

Стольный город Лофос, жемчужина империи, выложенный белым камнем и объятый светом волшебных фонарей. Над резными фасадами гордо реяли штандарты знатных родов. В день экзамена транспорт в центр столицы не пускали, стража настойчиво рекомендовала спешиться даже самым родовитым гостям. Большинство заведений было закрыто, работали лишь те, что получили личное разрешение ректора Академии. Чтобы принять всех желающих, мэтры магии открыли свои двери в шесть часов утра.

Оставив телегу у постоялого двора, Энтинус и Астра присоединились к общему шествию по главной дороге. Спеша привести ученицу как можно раньше, чародей мерял улицу широкими шагами.

– Стой! Не гони! – вконец запыхавшись, взмолилась девочка.

– Мы опаздываем, – не оборачиваясь, бросил учитель.

– Стой, я сказала! Руку оторвёшь!

Сумев-таки затащить наставника в безлюдный переулок, волшебница, тяжело дыша и потирая покрасневшую кисть, злобно прошипела:

– Во-первых – не смей меня волочить, люди смотрят! А во-вторых – я что, крестьянка нищая, вместе с чернью экзамен сдавать?! Для чародеев из знатных семей отдельный зал имеется, и принимать там будет сам мэтр ректор. Дядя мне место ещё год назад занял!

– Веди.

– Подожди, сначала надень обратно, – Росса протянула Энтинусу сломанный амулет родированного серебра.