Она заняла очередь за невысоким коренастым мужчиной, беспрестанно вытиравшим лысую голову красным клетчатым платком – видимо, ему было очень жарко. Через некоторое время к ней подошел спутник Гарвея и Флабера, что предлагал ей в поезде присоединиться к веселью.

− Мадемуазель! Я взял вам билет, не отказывайтесь. Учитывая очередь, вы попадёте на Тербравос только к вечеру – на каждый паром берут только по двадцать пять человек с поклажей. А Гарвей… Он непредсказуем, как осеннее небо: вот только светит ласковое солнце и через минуту уже гроза, а то и град. Не держите на него зла! Он также себя контролирует, как погода.

Жаклин молча забрала билет из рук мужчины, но потом не удержалась и сказала:

− В детстве на вашего Гарвея пожалели розги, причём, совершенно зря! Он мужчина, а не дождь или ветер!

Усач странно посмотрел на неё, но девушка не пожелала дальше продолжать разговор, развернулась и направилась в сторону причала.

***

Палуба парома плавно покачивалась на волнах. Жаклин выбрала место на корме. Она опустилась на жесткую скамью, поставив дорожный саквояж на колени − пусть не так комфортно, как в салоне, зато на открытом воздухе. Погода стояла прекрасная – мягкое тепло октября она любила намного больше июльской жары. Северные холода со снегами и ледяными ветрами в этих широтах воспринимались как что-то сказочное, далёкое от реальности.

До сегодняшнего дня она не бывала нигде дальше родного Тартаса и Кардоссы, находившиеся на холмистых равнинах. Морские пейзажи Халума и побережья будоражили новизной. Всё хотелось рассмотреть получше: причудливые вулканические скалы, тёмного, красновато-серого оттенка, на которые обрушивались зелёные морские валы, сбиваясь в бахрому белой пены; тропические пальмы, увешанные тяжёлыми орехами; парусные лодки, снующие по бухте, резные корабли, заходящие в гавань и стоящие на рейде…

Паром медленно вышел из бухты, направляясь в открытое море, где на горизонте в туманной дымке виднелись несколько горных пиков, венчавших острова. Жаклин по наивности думала, что Тербравос – ближний к берегу. Как она ошиблась! Когда паром прошёл мимо первого острова, она забеспокоилась и спросила у дамы, сидящей рядом:

− Разве это не Тербравос?

− Что вы! Это Харпта! – ответила та. – Впервые в наших краях? Едете в университет?

− Да, − ответила девушка. – А когда же будет Тербравос?

− До него еще около двух часов пути. Мы скоро будем проходить мимо Лекты – это вулканический курорт с лечебными грязями и горячими источниками. Обратите внимание – там будет очень красивое здание здравницы – местная достопримечательность!

Жаклин привстала, чтобы получше разглядеть остров, пока он не оказался слишком далеко. Когда паром прошел мимо, она вновь уселась обратно на скамью и вытащила из саквояжа тёплый палантин – от воды потянуло промозглой прохладой. Сидевшая рядом дама застегнула плотный шерстяной жакет, а унылый мужчина с кудрявыми каштановыми волосами в зелёном берете, поплотнее замотал шею коричневым шарфом.

В душе Жаклин поселились противоречивые чувства: она никак не могла насмотреться на окружавший прекрасный пейзаж, но чем ближе паром подходил к Тербравосу, неумолимо выраставшему на горизонте, тем сильнее нарастало беспокойство. «Это от неизвестности», − успокаивала она себя, только рассуждения ничуть не помогали. Когда полоса причала замаячила совсем рядом, а матрос, проверявший билеты на входе и отдававший швартов, провозгласил: «Тербравос! Конечная!», её трясло не хуже, чем перед экзаменом.

Дружелюбная женщина в жакете обогнала Жаклин в проходе.

− Заглядывайте ко мне выпить квана: в нашей кондитерской лучший альфахор1 на всём побережье! – она сунула в руку девушке яркий буклет, с изображением красивого сервиза и праздничного торта. Жаклин хотела поблагодарить, но сзади раздался недовольный голос: «Вы проходите? Не задерживайте!» − заставивший её поскорее рвануться к выходу. После долгой поездки в поезде, а потом плавных покачиваний парома, девушке казалось, что земля продолжает ехать под ногами.

Остров казался огромным, а точнее, вовсе не островом, а частью побережья. По длинной набережной сновали грузчики, у причала стояли два больших корабля – шла разгрузка. Плавно уходящие в высь скалы, словно кустами, обросли многочисленными домами, украшенными колоннами, изящной ковкой и лепными фигурами. Узкие улицы, вымощенные рыжим кирпичом, вились между ними лентами праздничного серпантина.

Отправляясь в поездку, Жаклин почему-то казалось, раз университет находится на острове, значит, кроме него там ничего не будет. Реальность ошеломила открытием – Тербравос ничуть не пустыннее родного Тартаса, а может, ещё более густо населён! Вокруг девушки простирался большой, вполне современный город, где жизнь текла своим чередом, не стремясь соответствовать её наивным ожиданиям. Ступив на ровную яркую кладку набережной, она поначалу немного растерялась: куда теперь?

Люди с парома тянулись дружной толпой к овальной площадке за высокими коваными воротами. Жаклин двинулась к ней вместе со всеми. Неожиданно, стоявший рядом с одной из больших карет мужчина громко крикнул: «Улица Ликий!» К нему немедленно направились две женщины и мужчина. Это словно послужило сигналом остальным возницам. Тут и там слышалось: «Западный округ!», «Северная бухта!», «Вишнёвый проезд!». Это же попутный транспорт! − обрадовалась девушка. Отдельно, ближе к дороге, стояла красивая резная карета – её возница ничего не выкрикивал, а чинно стоял с табличкой, гласившей: «Университет Тербравос». У девушки будто камень с души свалился.

− Вот видишь, малышка! Как бы ни старалась отвертеться, а придётся ехать с нами! – её обогнал Флабер, подмигнул и быстрее ринулся к карете.

− А ещё и в общем университете учиться! – Гарвей бесцеремонно подхватил её под руку и поволок к карете. Жаклин попыталась вырваться, но он больно сжал плечо и резко дёрнул.

− Что вы себе позволяете! – возмущенно воскликнула девушка.

− Не больше позволенного тобой! – прошипел парень. От холодной злости в его голосе у неё по спине пробежал холодок. – Говоришь, розги на меня пожалели? Да что ты знаешь! Таких как ты нужно учить уважению!

Девушка растерянно оглядывалась, в поисках помощи…

− Рамб отбыл обратно! Он свою миссию выполнил – доставил меня на остров, − улыбка молодого человека напоминала оскал. – Надзиратели убрались! Можно расслабиться!

− Мсье де Ансола! – высокий темноволосый мужчина, стоявший с табличкой, отбросил её и широкими шагами направился к ним. – Так вести себя недостойно! На вас не похоже!

− Ректор Вайс! Решили лично встретить учеников? – Гарвей отпустил Жаклин, у которой вырвался облегчённый вздох. Фамилия Гарвея показалась очень знакомой, только она никак не могла вспомнить, где слышала её… Ректор Вайс?!

− И похоже, правильно сделал! – строго ответил мужчина, отбирая её саквояж. – Не слишком уважительно вы приветствуете новых преподавателей! Жаклин Тризо, если не ошибаюсь? Мадам Грейвз описала вас, однако, она забыла упомянуть, насколько молодо выглядите.

Девушка застенчиво улыбнулась, кивнула, а потом, спохватившись, добавила:

− Добрый день! Александр Вайс?

− Приятно познакомиться! – кивнул ректор, затем помог ей забраться в карету, где уже сидели Гарвей и Флабер. Вайс поднялся по ступеням последним и захлопнул дверцу, скомандовав вознице:

− Биваль, можно ехать!

Карета тронулась с места. Флабер с хитрой улыбкой поглядывал на Жаклин, а Гарвей, скрестив руки на груди, безразлично уставился в окно. Повисло тяжелое молчание, лишь слегка разбавленное поскрипыванием колёс и цокотом копыт по мостовой. Девушка тоже стала смотреть в окно − открывавшийся прекрасный вид заслуживал внимания. Через несколько минут карета выехала на длинную парковую аллею, побережье и постройки скрылись за деревьями. Они так долго ехали по парку, что казалось, ему не будет конца. Наконец, впереди показались две башни, серая и белая − дорожка проходила между ними. За башнями начиналась большая площадь с красивыми зданиями, фонтаном-чашей, из которого била вверх на два человеческих роста мощная струя воды. Неподалёку от фонтана стояла бронзовая статуя какого-то человека в треуголке с тростью в руке.