Через проблему самосознания Джеймс впервые в истории психологии выходит на проблему личности, при этом его идеи будут в дальнейшем использованы в гуманистической психологии, а именно с появлением гуманистического направление в психологии можно говорить об окончательном разделении медицинской и немедицинской психотерапии.
Джеймс демонстрирует нам возможности психотерапии, где мы можем работать не просто со словом, обращая его к другому (как это тогда развивалось в психотерапии), а и с телом, что способствовало в будущем появлению телесно-ориентированной терапии, с той же самой одеждой, вообще с предметным миром, в реальности или в воображении. Можно работать с человеком через организацию предметной среды, через понимание вот этого его личного материального пространства. (Angus, 2015; Гриншпун, 2015)
Джеймс в своей книге пишет, что вообще стремление привлекать к себе внимание других свойственно человеку и, даже если он будет заключен в одиночную камеру и не будет никого видеть, то предпочтет, вероятно, общение даже с палачом, потому что это общение, т.е. Джеймс затронул социальную сторону человека, как один из важнейших составляющих развития человека, а также психотерапевтического воздействия. Он выводит понятие «социальная личность» Морено же в дальнейшем сформулирует идею «человека как социального атома»: человек как индивид – это абстракция, мы всегда «несем с собой» важных для нас людей. (Лейтц, 1994)
Джеймс, первым начинает обсуждать проблемы личности, что прекрасно включается в психотерапевтическую работу.
Джеймс также первый в истории обсуждает проблему самооценки (по англ. self-esteem, что, строго говоря, переводится как самоуважение). Джеймс пишет сначала вроде бы банальность для нас: самоуважение бывает высоким и низким. От чего это зависит? Он предлагает ставшую известной формулу, которая никакого математического смысла не несет, будучи метафорической: дробь, где в числителе успех, а в знаменателе притязания. Если успех равен притязаниям – единица, если он больше притязаний – высокая самооценка, если меньше – низкая. Уровень притязаний и самооценка не прямо коррелируют друг с другом. Могут коррелировать наоборот. Человек может ставить задачи, заведомо более низкие, чем его возможности. Но задачи, которые мы ставим – это уровень притязаний. В те времена этого понятия еще не существует, оно будет введено Куртом Левином. Однако Джеймс уже поднимает эти проблемы. (Andrews, 1998; Lambert et al., 2016; Trzesniewski et al., 2013; Гриншпун, 2017)
Джеймс говорил о том, что каждый человек в жизни должен найти свою главную линию, то, где будут его притязания. Непонятно – найдется, не найдется, – но нужно искать. И вот тогда действительно возможен успех. Но здесь есть и риск, потому что в этом случае и неуспехи будут моими неуспехами. Джеймс абсолютно прав – развиваться можно, только рискуя, ставя себя в какие-то ситуации, в которых мы раньше не были. Тогда еще не было экзистенциализма как философского направления, но это то, что сейчас мы называем «экзистенциальный риск».
Идея риска тоже потом войдет в психотерапию. Борис Мастеров и Галина Цукерман развивали, опираясь вначале как раз на идеи Джеймса, концепцию «психотехники риска»: учить человека ставить себя в ситуацию экзистенциального риска, чтобы двигаться. Как ее найти – это другой вопрос. Интуитивно оказывается понятно, «мое» это или «не мое». Для полноценной аутентичной жизни нам нужно открывать в себе главное и двигаться там, несмотря на риск. (Гриншпун, 2017; Лэнгле, 2009; Ялом 1999, 2016)
Идеи Джеймса были для того времени абсолютно новыми в психологии и ввели в нее новое пространство – личность, они еще и очень сильно повлияли на самые разные направления психологии и психотерапии: бихевиоризм, гуманистическое и экзистенциональное направления.
Дальнейший научный период связан с развитием психоанализа Зигмунда Фрейда, как основателя одного из трех направлений психодинамического подхода в психологии.
Важно понимать, что Фрейд заложил основные принципы психотерапевтической работы в психоанализе, ввел понятие аналитическая терапии, как противоположный метод к гипнозу, которая «не старается ничего накладывать, не вводить ничего нового, а отнимает, устраняет, а для этой цели она задумывается над происхождением болезненных симптомов и психической связью патогенной идеи, устранение которой составляет ее цель». (Blum, 1999; Davis, 2008; Фрейд, 2002)
На первом этапе развития своего метода, он совпадал с катартическим методом И. Брейера, было обнаружено терапевтическое воздействие воспоминаний о травмирующей ситуации. Пациент, находясь в состоянии гипноза, вспоминал изначальное конфликтное переживание, породившее тот или иной симптом. При полноценном эмоциональном отреагировании ситуации симптом исчезал. Гипноз использовался не для внушения, а для исследования вытесненных травмирующих ситуаций и переживаний в бессознательное и их перемещение в сознание. Отреагирование при этом происходило после выхода из гипноза.
Далее Фрейд отводит центральное место технике свободных ассоциаций, в ходе которой пациента призывали сообщить все, что приходит ему в голову. Таким образом, психоаналитическая техника приобрела форму беседы между терапевтом и пациентом, где пациент рассказывает, жалуется, признается, терапевт наблюдает, слушает, управляет ходом мысли и дает объяснения. Задачей психоаналитика на данном этапе становилась расшифровка явных сознательных феноменов для прояснения скрытого за ними содержания, отреагирование ушло на задний план (Холлвэй и Джефферсон, 2000).
И в конечном итоге Фрейд предложил и продолжил свою работу с процедурами анализа сопротивления и переноса.
Не меньший вклад в развитие психотерапии внес А. Адлер. Его психотерапия отличается от других видов психотерапии характером психотерапевтических отношений между клиентом и терапевтом, содержанием и формой оценки личности, больший акцент уделяется социальным последствиям стиля жизни клиента. В основе этого направления психотерапии лежит разработанная Адлером теория индивидуальной психологии, что, несомненно, расширило спектр психотерапевтических инструментов.
В психотерапевтических отношениях А.Адлер подчеркивает равенство их участников. Делается это для того, чтобы продемонстрировать и компенсировать характерные для клиента проблемы неполноценности-превосходства и “социабельности” (стремления принадлежать к чему-то, соответствовать чему-либо). (Mosak & Maniacci, 2013; Адлер, 1927)
Цель индивидуальной психологии состоит в усилении социальной составляющей целей и поведения клиента. Психотерапевт и клиент располагаются лицом к лицу, а сам процесс психотерапии представляет собой осуществляемый совместно процесс обучения, в котором участвуют два эксперта: клиент, являющийся экспертом в вопросах, касающихся его самого, и психотерапевт – эксперт, помогающий клиенту обратиться к вопросам теории и подчеркивающий особое значение того, что называется “социальным интересом”.
В психотерапии по Адлеру анализ или оценка личности осуществляются в ходе опроса клиента, в котором основное внимание уделяется его стилю жизни. Оценка стиля жизни клиента позволяет выявить его цели. Становится понятным, как клиент сформировал эти цели в семье, из которой он происходит, и как можно интерпретировать эти цели на основе семейной констелляции, воспоминаний пациента, относящихся к его раннему детству, а также анализа снов. Все это вместе составляет ядро процедуры анализа стиля жизни. Анализ стиля жизни показывает постоянство целей индивида в социальных ситуациях на протяжении его жизни, а также ошибки, преувеличения и крайности, присущие этим целям, как они понимаются клиентом, т.е. присущие его индивидуальной логике. Выявленные цели и связанное с ними поведение могут затем быть оценены с точки зрения их дисфункциональности, несоответствия здравому смыслу социальной жизни, понятиям социального равенства и социального интереса. (Адлер, 1927)
“Индивидуальная подстройка” этого анализа осуществляется в ходе дискуссии до достижения психотерапевтом и клиентом согласия, а затем начинается процесс интерпретации. Постепенно клиент приходит к пониманию собственного стиля жизни и своих целей – в мыслях, чувствах и действиях, как в прошлом, так и в настоящем.
