Я решила занять себя готовкой. Приготовление ужина несколько затянулось, так как рука побаливала, не позволяя мне делать все быстро, и я старалась особо ее не тревожить. Размеренные движения успокаивали меня, но от гнетущих мыслей избавить не могли.
Наступил вечер.
Артем так и не позвонил.
***
За окном уже стемнело.
Я лежала на диване и смотрела какой-то фильм по телевизору, но смысла не улавливала. Я прислушивалась к шуму на лестнице, надеясь, что услышу сейчас, как Артем вставляет ключ в замочную скважину, но ничего не происходило. Его до сих пор не было. Как и звонка от него.
Кажется, если пробуду еще хоть мгновение в неизвестности, я просто умру. Взяв телефон, что лежал рядом со мной на диване, я набрала Артему сообщение:
«Когда ты придешь?»
Я сжимала телефон в руках, не давая экрану погаснуть. Я надеялась, что он ответит сразу.
Прошла минута.
Вторая.
Ответа нет.
Я вновь уткнулась в экран телевизора, так и не выпустив телефон из рук.
Почему он не отвечает? Обижен? Все еще зол на меня? Или что-то случилось? Последняя мысль заставила меня нервничать.
Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, и прикрыла глаза. Если не ответит в ближайшие минуты, я позвоню ему сама.
Мой телефон завибрировал в руках. Я вздрогнула всем телом и подскочила на диване.
Маша.
Я испытала разочарование, но все-таки ответила на звонок.
- Привет, - проговорила я, ложась обратно.
- Привет, Сонь, - проговорила весело Маша, - слушай, я хотела у тебя спросить, не составишь мне завтра компанию? Хочу по магазинам пройтись.
По магазинам мне не хотелось. Сейчас я хочу только одного…
- Не знаю, Маш.
- Да брось, Сонь. Артем на работе. Что ты будешь дома киснуть одна? Соглашайся.
Я прикрыла глаза, пытаясь сдержать слезы.
- Давай завтра созвонимся. Сейчас не могу ответить, - старалась я говорить ровно. Мне не хотелось, чтобы Маша что-то почувствовала в моем голосе и устроила допрос. У меня нет желания сейчас отвечать на ее вопросы.
- Хорошо, Сонь, - согласилась она, - позвони мне тогда завтра, как решишь.
- Хорошо.
- Давай, Сонь, целую.
- Пока.
Я зажала телефон в руке и смотрела на черный экран. Ждала. Надеялась. «Ответь, пожалуйста», - молила я. И вдруг экран вспыхнул, мигая уведомлением о новом сообщении. Я тут же нажала на него, судорожно вытирая слезы:
«Много работы. Не знаю, когда освобожусь».
Я несколько мгновений смотрела на сообщение, а потом отложила телефон и уткнулась в телевизор. Изображение расплывалось. Слезы текли сами собой. Поначалу я стирала их рукавом свитера, потом оставила, как есть.
Он никогда не разговаривал со мной так сухо. Я вдруг почувствовала себя ненужной. Одинокой. Потерянной. Не смогла удержать всхлип и разрыдалась в голос. Я прикрывала рот рукой, будто пытаясь заглушить рыдания, хотя была в квартире одна, и меня никто не мог услышать.
Постепенно рыдания стихли, но слезы продолжали тихо течь из глаз. Я снова стерла их рукавом, только сейчас замечая, что он промок насквозь.
Глаза от бесконечных слез стали побаливать, я прикрыла их на пару мгновений и сама не заметила, как провалилась в сон.
Почувствовав прикосновение к щеке, я вздрогнула и открыла глаза.
- Ты плакала. Почему?
И мои глаза вновь увлажнились.
Он здесь. Пусть злится. Пусть не разговаривает. Но главное, он здесь, со мной.
- Артем… - прошептала я.
Он смотрел на меня, но больше не прикасался. Мне нужны его прикосновения. Нужен он.
- Ты… отдалился после… вчерашнего.
Артем вздохнул.
- Иди сюда, - он сел на диван и привлек меня к себе на колени, удерживая как ребенка.
Я уткнулась щекой ему в грудь и прикрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями, вдыхая его запах. И будто не было целых суток тишины и отчуждения.
- Я не понимаю, что сделала не так, - прошептала я, - точнее я, конечно, понимаю, что послужило причиной…
- Сонь, - прервал он меня, - я тебя ни в чем не обвиняю.
- Ты злишься на меня, - проговорила я утвердительно.
- Нет. Я зол на него. Не на тебя.
- Ты не разговаривал со мной ни вечером, ни сегодня весь день. Я думала, ты винишь меня.
Артем вздохнул и поцеловал меня в волосы, сильнее прижимая к себе.
- Прости, малыш. Просто как вспомню, как он прикасался к тебе, во мне сразу злость вскипает, я не хотел, чтобы ты видела меня в таком состоянии. Я пытался успокоиться и взять себя в руки.
- Меня такое отчаяние охватило. На мгновение я подумала, что не нужна тебе, - прошептала я, и слезы вновь потекли из глаз.
Артем тут же обхватил мое лицо ладоням и заставил посмотреть на себя.
- Что б я такого больше не слышал! - Он вытер мои слезы большими пальцами, - ты нужна мне. Никогда не смей думать иначе.
А потом притянул меня к себе и поцеловал мои мокрые от слез губы. Я судорожно вдохнула, приоткрывая рот, и Артем тут же ворвался в него, показывая, что нуждается во мне не меньше, чем я в нем. Обхватил мою шею, притягивая ближе к себе, другой рукой рывком снимая с меня свитер. Свою футболку я тут же сняла сама, вновь приникая к его губам. Желание разгорелось во мне за секунды.
Артем сдернул с меня лосины вместе с трусиками. Мне пришлось оторваться от него и привстать, чтобы снять их. Он притянул меня к себе на колени, заставляя оседлать его, и вновь жадно поцеловал. Он гладил мое тело, сильно сжимал ладонями мои ягодицы, вдавливая в свой уже твердый член. Втянул в рот сосок, и я выгнулась, подставляя грудь его ласке, а руками зарываясь в его волосы. Он оторвался от меня и одной рукой расстегнул ремень, молнию на брюках и, приспустив их вместе с трусами, освободил свой член из тканевого плена.
- Садись на него, - прошептал он, придерживая член у основания, а другой подталкивая меня за ягодицу к себе ближе.
Я привстала и, посмотрев вниз, медленно опустилась на него, простонав, когда наши бедра соприкоснулись.
Артем обхватил мою шею и большим пальцем надавил на губы, поглаживая их, вынуждая приоткрыть рот. Непроизвольно я провела по его пальцу кончиком языка. Артем улыбнулся.
- Обожаю тебя трахать, - и, обхватив меня за ягодицы, стал насаживать на себя. Я обхватила его за шею и запрокинула голову, теряясь в ощущениях.
Артем был все еще полностью одет, а я абсолютно обнажена. Не знаю почему, но мне понравился такой контраст.
- Мне нравится… что ты… в костюме… сейчас, - прошептала я между вдохами.
Артем улыбнулся, и сильнее сжав мои бедра, подался вперед своим членом, заставляя меня закричать от нового угла проникновения.
- А мне нравится, когда ты голая и стонешь на моем члене, - он вновь втянул мой сосок в свой рот, и прикусил несильно зубами, вызывая новый протяжный стон. Я оперлась руками о его бедра позади себя, выгибаясь дугой.
- Моя, - шептал Артем, - моя…
Я снова обняла его за шею так сильно, насколько могла.
- Не отпускай меня, - прошептала я с отчаянием, - пожалуйста, никогда не отпускай.
Артем обхватил мое лицо своими ладонями и заставил посмотреть на себя.
- Никогда, малыш, - проговорил он, - такого никогда не случится.
Он говорил так уверено, что я верила ему. Никогда не смогу быть далеко от него. Кажется, это просто невозможно, словно невидимыми цепями привязана к нему. Я вся принадлежу ему, без остатка. Без него нет меня. Без него я не смогу…
Это невероятное чувство единения, которое я снова и снова испытываю с ним окутало сейчас меня, нас, заставляя задрожать в его руках и с громким стоном вцепиться в лацканы его пиджака. Казалось, если я не буду за него держаться, меня просто смоет волной, в которую меня погрузил Артем.
Я обмякла в его руках. Сделав еще несколько толчков, Артем последовал за мной, уткнувшись в мое плечо.
Он прижимал меня к себе, все еще сжимая ладонями мои ягодицы. Потом разжал пальцы и начал нежно поглаживать мою кожу, словно извиняясь за грубые прикосновения.