- Она хотела, чтобы ты прочитал это. Я не открывал, но надеюсь слова, что написаны на этой бумаге помогут тебе, Юлиан. Пожалуйста, живи. Вставай и продолжай бороться. Уж кто не может сдаться, так это ты. Ты нужен нам… Не только как Проводник, но и как Юлиан, которого мы все любим. Я всей душой надеюсь, что ты справишься и … как Мюнхгаузен вытащишь себя за волосы из болота.
Юлиан не отвечал. Его глаза слегка двигались, но лицо было полностью отсутствующим.
- Это все так глупо… Ты ведь даже не слышишь меня… - Артум удрученно встал. Перемявшись с ноги на ногу и кинув отчаянный взгляд на Проводника, он вышел на крыльцо и сел на ступеньках.
- Ты чего тут? – подошел к нему Мэтью, заметив издалека.
- Когда я смотрю на Юлиана…
- Трудно, я понимаю, - присел он рядом. – Сам не могу…
- Давно вы знакомы?
- Еще со школы. Помню Юлиана, который таскал с собой старый родительский плеер с дисками и слушал музыку на переменах. А иногда и во время уроков, когда учителя не видели. Больше всего обожал The Wombats, Imagine Dragons и One Republic. Помню, как однажды он так достал меня с песней «Lemon to a Knife Fight», что я еще несколько месяцев не мог ее переносить. Некоторые ребята смотрели на него косо, потому что он был не как все, но ему до этого не было никакого дела. Мы обожали дурачиться, смеялись так громко, что все оглядывались. Не скажу, что мы были лучшими друзьями, иногда мы здорово друг друга раздражали. Но мы так хорошо знали наши потребности, что, даже практически перестав общаться, могли быть друг у друга. Я мог легко подойти и попросить его о чем-то, как и он меня без каких-либо встречных вопросов. Юлиан всегда казался мне странным и все попытки понять его не увенчались успехом, - усмехнулся Мэтью. – Думаю он тоже не особо меня понимал, но было что-то, что удерживало нас вместе. Странно, что Юлиан вообще выбрал меня.
- Что значит выбрал?
- Он почти ни с кем не общался. Ему в принципе общение не требовалось. Он был абсолютно самодостаточным. Знаешь таких людей, внутри которых целый мир? Юлиан был из таких. Мы общались как обычные приятели, которые относятся друг к другу с умеренным уровнем равнодушия. Не знаю, как объяснить, но теперь мне кажется, что все это ненавязчивое общение было именно для того, чтобы я оказался здесь. Может это судьба, хрен знает. А теперь он Проводник, который должен спасти мир, но тот его сам поглощает. Это просто кошмар… Кто бы мог подумать, что обстоятельства приведут к такому исходу…
- Мне кажется, у него внутри все кричит, просто мы не слышим этого, - тяжело произнес Артум. - Если бы его рот открылся, мы бы незамедлительно оглохли, это точно. Он словно заморожен… Это ужасно.
- Все ужасно. У вас столько людей погибло. Неужели все, что были тогда в гостях?
- Да… Мы последние, - изменчивым голосом ответил Артум, обхватив себя руками.
- Должно быть это мучительно. Я не знал их, но внутри все равно неспокойно.
- Я не могу перестать оплакивать команду. Ведь в ней мы все были не просто напарниками… Ребята команды - лучшие из лучших, что я встречал в своей жизни. Они просто не могли погибнуть. Если бы мне вчера кто-то сказал нечто подобное, я бы рассмеялся ему в лицо. Мои друзья – непобедимы сказал бы я. У каждого железный стержень внутри, их не сломить. Мы пытались убить Рейла, потом пленить его, ненавидели, и вот он умер. Но не так, как мы все это себе представляли. Все это время мы вели войну против не того человека. Это хорошо, что команда защищала беззащитных, а Юлиан соединял расщепленных, но Рейл – не то, что нужно было устранять. Жаль, что поняли мы это слишком поздно. С другой стороны, у нас не было выбора. Он убивал наших людей. Вот и как понять кто первый начал? Кто первый был неправ?
- Уже никак скорее всего, - пожал плечами Мэтью. – Это ведь длится не первый век и у каждого своя правда.
- Как говорит Кара, правда у каждого своя, но истина – одна. Докопаться только до нее трудно. Меньше всего я ожидал, что команда падет, но даже и предположить не мог что Рейл спасет Ричарда и Кару. Мог бы спасти только ее. Зачем оставлять в живых главного конкурента?
- Этого я не знаю… Я ведь только недавно в теме.
- Прости, забываю. Мне просто нужно поговорить об этом с кем-то иначе моя голова разорвется.
- Знаешь, когда Рейл прилетел, я ведь даже не видел его. Он же местный. Но потом, когда Кэри передал мне кольцо, которое причудливым образом парило в воздухе, видимо в руках Рейла, я увидел. Знаешь какое было первое впечатление?
- Какое?
- Он испуган. Напуган до смерти. Да, он весь такой брутальный и страшный со своими шрамами и каким-то нечеловеческим грозным взглядом, но под этим всем прятался дикий загнанный в угол зверь, который уже пойдет на все, ведь больше отступать некуда.
- Я тоже заметил. Вообще впервые видел его таким. Если бы вы встретились раньше, тебе бы пришлось стирать штанишки.
- Настолько все ужасно? – вскинул брови Мэтью.
- Он забивал людей толпами, мучал их отрывая конечности и сдирая кожу, - Артума аж передернуло. – Он был ночным кошмаром для каждого. Когда Руби впервые увидела его, то оцепенела от страха.
- Но ведь его действия вообще не вяжутся с созданным образом. Он будто противоречит сам себе…
- Думаю в этом всегда и будет заключаться его самая большая загадка. Он говорит одно, но делает другое. Обычно люди на словах говорят какие они классные, а не деле оказываются никчемными. Но у Рейла будто всё наоборот. Когда Юлиан попытался манипулировать Рейлом задействовав Кару, тот лишь потешался сказав, что ему все равно на ее жалкую жизнь. Но, оказалось, что ему настолько не все равно, что он пожертвовал жизнью ради нее. Рейл будто видит всех насквозь, знает на что способен человек и что ему нужно сказать. Какие подобрать слова, чтобы нужным образом повлиять на действия человека. Он просек, что Юлиан не убил бы Кару. Чужие игры он распознает на ура. Где Юлиан учился, Рейл преподавал, как говорится…
- Короче говоря, он хорошо блефует, - подытожил Мэтью.
- Именно! Но, что у него в голове, вообще не понятно. То он хочет убить Кару, то спасает. То хочет убить Ричарда, то спасает. Является единоличным злом на земле, но, когда приходит Аварум, противостоит ему. Он запугивает, скрежеща зубами, убивает не подчинившихся. Чего он добивался?
- Может вы идете к одной цели только разными путями. Кэри рассказал, что они с Рейлом похожи, у них ведь у обоих было клеймо. Так может Рейл вел себя так из-за Альмы, которая в нем находилась. Магия Кары действовала на Кэри, как я понял, положительно, не давала ему совершать преступления. Это не удивительно, потому что Кара хороший человек. А как ты думаешь, каким образом будет действовать Альма самого ужасного монстра на земле? Тем более… Сколько там она пробыла в Рейле?
- Ну смотри… Когда мы узнали про первое клеймо, Аварум еще не спустился. А прошлый Проводник сразил аггела около пятисот лет назад. Так что не меньше пятисот лет точно.
- И у тебя еще остались вопросы?! – усмехнулся Мэтью.
- Да уж… Я почему-то никогда не рассматривал Рейла как заложника чего-то или кого-либо.
- Это как с айсбергом. С виду он большой и опасный, но никто не знает, что скрывается под водой. Всегда видно только верхушку.
- Ты еще можешь соскочить, - после некоторого молчания серьезно произнес Артум. – Аварум не знает, что ты с нами. Ты новое лицо для него.
- Если вам понадобится помощь, я помогу. Мы с Юлианом не были такими близкими друзьями, как вы, но, все же, не чужие люди. Я вижу какая у вас важная миссия. От команды почти ничего не осталось, так разве для вас не будет ценен каждый новый человек?
- Конечно будет, - слегка улыбнулся Артум. – Но ты должен понимать, что это опасно для твоей жизни.
- Я принесу нам поесть, - беззаботно поднялся Мэтью. – Самое опасное сейчас для моей жизни– это остаться без ужина.
I want to be alive
When you see my eyes