Раны Юлиана начали затягиваться на глазах.
Врагов оказалось слишком много. Значительно преобладали Местные — опытные воины, владеющие магией с пеленок. Они наступали, не чувствуя страха, сострадания, сомнения. Удовольствие от крови и чужих страданий захлестывало их с головой. Они упивались этим чувством и властью над жизнями. Атланты с зелеными кристаллами и черными душами, в которых не осталось ничего человеческого, кроме пороков.
Окруженные идеальными машинами для убийства, Артум, Рик и Каталина отступали под давлением бесчувственных живодеров, сужая круг около Искателей. Их одежда была алой от крови, а лица искажены неизбежностью грядущего. Никого из команды больше не было видно. Тьма вражеского войска перекрывала горизонт.
Рик разбрасывал врагов смерчем, но они успевали найти лазейку в броне троих уставших воинов. Артум пытался держать защиту, которую то и дело пробивали мощнейшей магией.
— Рик, Каталина! — крикнул он, отбиваясь от нападавших.
Перекувыркнувшись в воздухе и тем самым увернувшись от десятка заклятий, Рик обернулся на крик.
Каталина, задыхаясь, медленно опускалась на землю.
Пытаясь найти источник, Рик в панике заметался из стороны в сторону, но из-за огромного количества убийц рядом нельзя было понять, кто из них ее душит.
Смерч Рика обрел огонь и заплясал по вражеским рядам без какого-либо стеснения, едва не сметая членов собственной команды. Ликвидируя вражеские щиты, Рик сносил убийц одного за другим, но Каталину не отпускали. В ее лице уже не было ни кровинки.
Раздался крик. Пронзительный и тонкий. Но не человеческий. Иссиня-черное небо осветилось золотым сиянием, исходящим от крыльев невиданных существ. Это были птицы агэ́ёз, прибывшие на зов Проводника. На их золотых светящихся крыльях переливалась радуга.
На несколько секунд сконцентрировав на себе внимание обеих сражающихся сторон, они начали пикировать на противников, касаясь их то лапами, то крыльями. Все, до кого дотрагивались агэ́ёз, мгновенно испарялись, будто их и не существовало.
В рядах врага началась настоящая паника. Последователи Рейла пытались отбиваться от нападения со всех сторон, но птицы будто были неуязвимы. Они лишь пикировали на своих обидчиков, заставляя тех в туже секунду пожалеть о принятом решении.
Каталина, освободившись от смертельных объятий, приходила в себя, жадно глотая воздух. Эктор Янг мелькал то тут, то там, как будто у него выросли крылья. Раф, с не пойми откуда взявшимся шокером, носился от Расщепленного к Расщепленному. Его действия были просты: ток, память, в сторонку. И так по кругу. Лана Тёрнер сражалась с троими Местными сразу, а Кристиан взял на себя двоих внушаемых. Андрес, пользуясь паникой из-за агэ́ёз, вербовал врагов внушением.
Хоть священные птицы и поспособствовали тому, что вражеские ряды значительно поредели, по численности команда проигрывала. А спустя некоторое время агэ́ёз, перестав пикировать, пропали из виду.
Глава 76. Фениксы, возродившиеся из пепла
Глава 76. Фениксы, возродившиеся из пепла
The world was on fire and no one could save me but you It's strange what desire will make foolish people do I never dreamed that I'd meet somebody like you And I never dreamed that I'd lose somebody like you
Chris Isaak, «Wicked Game»
Сколько прошло времени, он не знал.
Ричард открыл глаза. Передним возник Рейл, лежащий без движения на земле. В его груди светилось серебряное вещество. Догорающие на земле прежде куски серы и фосфора исчезли, будто их и не было.
«Почему я жив?» — пронеслось у Ричарда в голове, и сразу же пронзила леденящая душу мысль: «Если я жив, то Кара…»
Резко обернувшись, Ричард поднял голову и застыл.
Из его легких вырвался запоздалый выдох.
Кара стояла перед ним, живая, молча протягивая руку. Ричард взял ее за руку, поднялся и обнял с такой силой, что у нее чуть не сломались ребра. Но она не произнесла ни звука, а лишь обвила его руками с такой же силой и уткнулась ему в шею, роняя слезы.
— Я думал, что потерял тебя… — произнес он спустя минуту, немного отстранившись и глядя на Кару так, будто видел ее в первый раз. — Но сейчас сам хочу убить.
— Свою жизнь я тебе всецело доверяю, — сказала она.
И не успела Кара договорить, как он нагнулся к ней, притянул к себе и поцеловал.
Едва Ричард коснулся ее губ, его пронзила невыносимая боль, и стало тяжело дышать. Но, помимо всего, он чувствовал, как горячее пламя вспыхнуло у него внутри, поглощая прежние переживания. Его сердце выпрыгивало из груди, а пульс отдавал в голову, как барабанная дробь, вызывая сильнейшее головокружение. Страх струился по его венам, постепенно парализуя мысли, делая руки непослушными и опьяняя. Альмы вырвались из груди обоих и переплелись, словно виноградные лозы.
Они стояли, соприкоснувшись лбами, и слушали дыхание друг друга. Ричард провел пальцами по ее ржавым локонам, и Кара подняла на него глаза.
Сапфир встретился с бериллом.
Этот момент был интимнее признания, интимнее физической близости. Ричард протянул руку и переплел свои пальцы с тонкими пальцами Кары. Ее кисть утонула в его горячей ладони. Челюстные мышцы Ричарда сжались, проступив через кожу, и он произнес:
— Я никогда тебя не отпущу.
Он посмотрел на Кару так, что внутри у нее все сжалось, а дыхание сбилось. В этом гипнотическом взгляде читались твердая решительность и властность.
Теперь в глазах Ричарда Грина отражалось все то, что так долго скрывалось в тени зрачков.
— Нашли время! — крикнул возникший из ниоткуда Рик, проносясь мимо. — Но я рад! И шокирован одновременно, — добавил он, приземляясь на колени у неподвижного Рейла.
— Он живой! Что вы с ним сделали?
— Я отдала ему часть своей Альмы, чтобы он смог побороть в себе тьму. Альма — это ведь чистая магия?
— Но почему ты умерла, если отдала ему только часть? — нахмурив брови, произнес Ричард
— Кара уже успела умереть?! — вытаращил глаза Рик.
— А ты сомневался во мне? — отшутилась она.
— Дважды, — закивал Ричард, посылая многозначительный взгляд Рику. — Так почему? — вернулся он к Каре.
— Потому что другую часть я отдала тебе, чтобы ты смог справиться со всем, что тебя гложет.
— Получается, ты знала, что я верну тебе эту часть?
— Не знала наверняка… Но ты опять меня спас, — улыбнулась она.
— Это ты меня спасла, Кара, — тяжело произнес Ричард, понизив голос из-за острого слуха Рика, и прижал ее к себе.
— Это все очень мило, но почему Рейл тогда в отключке? — с пренебрежительной серьезностью поинтересовался Рик, чьи уши, судя по всему, всегда были начеку.
— По-моему, вы с Ричардом поменялись ролями, — усмехнувшись, сказала Кара. — Надо удалить ему память.
Ричард скривился, будто ему сделали очень неприятно.
— Я не хочу возиться с ним. И если бы не Кара, Рейл был бы уже покойником.
— Или ты, — возразил Рик. — Если тебе станет легче, удали ему память сам.
— Мне будет легче, если это чудовище будет помнить все и мучиться раскаянием.
— Но этого не будет. А учитывая его мощь, он вскоре научится управлять своей Альмой и вытурит из себя мою. И все начнется заново, — рассудительно произнесла Кара. — Только с еще большей мощью. Мы не знаем, на что способна Альма в его руках.
— Заклеймит всех, — предположил Рик. — И все люди станут его идеальными марионетками.
— Хорошо, я понял, — недовольно пробормотал Ричард.
Он подошел к Эйверии, присев около него, расположил свои ладони около его висков.
Кара обняла Рика и, пока Ричард превращал мозги Рейла в желе, спросила:
— Рик, как команда? Битва же закончилась?
— Битва пока продолжается. Надо вынести тело Рейла, чтобы остановить их. Ребята стараются, как могут, но нас мало. А насчет потерь… — и Рик запнулся.
— Ну, не молчи, Рик!!! — вскричала Кара, лицо которой стало белым, как полотно.