— Рейл пытался сломить меня, — немного помедлив, ответил Ричард. — Для этого он использовал различные способы физического насилия: не давал спать, топил, избивали убеждал, что я сошел сума. Такой своеобразный газлайтинг. Конечно, не он лично занимался мной, но эти «охранники» знали свое дело. Как видишь, ничего у них не вышло, и моя психика осталась при мне, — тяжело усмехнулся Ричард.
— Газлайтинг… это Рейл любит. Со мной он тоже такое проделывал. И я не только о снах говорю… Тогда, в подземелье, он пытался убедить меня в том, чего я не делала на самом деле. Например, я прихожу в себя, а у меня руки в крови, и на полу валяются трупы. И один из выживших умоляет меня не убивать его, как всех остальных.
— А ты уверена, что Рейл не внушил тебе на самом деле их убить?
— Сначала я не была уверена, но, уже в квартире сознание окончательно прояснилось, я проанализировала все и поняла: я не делала ничего из того, что мне навязывало это чудовище, — закончила Кара, немного помолчав.
— Но теперь ему нужен только ты, — продолжала она. — Рейл хочет подавить твою волю, но если он надломит меня, то я вся рассыплюсь. Слишком хрупкий солдатик в коллекцию, чтобы так много времени и сил на него тратить. Ты — другое дело, настоящий боец — и физически, и морально. И поэтому он притащил меня мучить к тебе.
— Думаю, дело не только в этом… Он хотел тебя ликвидировать, чтобы оппозиция и Проводник остались без сильных лидеров. Альма его пугает особенно, ведь он не может ответить тем же. И еще одна вещь… Рейл, как и многие маньяки, помешан на символизме, датах, последовательности… Гарсиа не случайно был выбран мучить тебя, — многозначительно взглянул Ричард на Кару.
— И ты опять принял удар на себя…
— Жаль, что не всё.
В ответ Кара лишь тяжело вздохнула.
— Послушай… — через некоторое время заговорил Ричард чуть севшим голосом. — Нам надо бы обсудить сложившуюся ситуацию с тотемами… Но не усложнит ли она всё? — заглянул он ей в глаза. Ричард не просто смотрел, а искал реакцию в глубине ее души.
— Да… Наверное, ты прав… — немного поразмыслив, произнесла девушка. — Усложнит. А мы не имеем права сейчас думать о чем-либо, кроме команды, за которую ответственны. Это эгоистично.
Ричард утвердительно кивнул.
— Нам следует возвращаться в Патрием, — протянул он руку.
Кара, не показывая удивления, взяла ее и поднялась. Ладонь была горячей, сухой и, несмотря на грубую мужскую кожу, нежной. Всю дорогу до машины он держал ее руку очень аккуратно, будто это было сокровище.
Машина неслась вдоль леса, невольно оказавшегося беспощадной ловушкой для двух душ. Кара чувствовала невероятное облегчение, будто бы снова убегая из него. В машине играла «New dawn fades» Joy Division — песня души Ричарда. Они ехали молча, погрузившись в музыку и думая о предстоящем.
Серый закат и розовое солнце. Такого Кара еще никогда не видела. Горизонт, подернутый дымкой ее мыслей, расстилался невесомой пеленой, приобретая лиловый оттенок. Солнце казалось таким тяжелым, будто свинцовый шар, готовый рухнуть в любую секунду в облако окутывающей его пыли и кануть в нем навеки.
Глава 64. Небесный язык
Глава 64. Небесный язык
— Завтра приезжают мои родители, — заявила в одно прекрасное утро октября Адриана за завтраком. — А это значит, мне придется вернуться жить домой. И как-то объяснить, почему я не учусь в институте. Вообще.
— Удачи! — нервно усмехнулся Хьюго. — Чувствую, беседа будет не из приятных.
— Но ты же сможешь приходить к нам иногда, верно? — обеспокоено спросил Юлиан, который тоже был не в восторге от складывающейся ситуации.
— Конечно, — нежно улыбнулась Адриана, взяв его за руку. — И пятнадцатого пойду с вами. Нужно будет приложить все усилия, чтобы получить их разрешение исчезнуть как минимум на четыре дня. А то город наводнят полицейские, разыскивающие меня. Нам же на туда и обратно нужно около четырех дней?
— Да, но ты считай еще само сражение и чрезвычайные случаи, — серьезно ответил Рик.
— Не хочу думать о последнем, — вставил Артум мрачно.
— Никто не хочет, дружище, но это неизбежно. Будем реалистами.
Раздался настойчивый стук в дверь, будто ее пытались выбить. Все рванули в коридор. За дверью оказался абсолютно бледный Терри Холмс, который шагнул внутрь, не посчитав нужным даже поздороваться.
— Все мы были шокированы тем, что отец Рейла — Падший, — начал он, нервно расхаживая по гостиной. — Но у меня есть новости покруче. Лучше сядьте.
Благополучно проигнорировав совет гонца, команда не двинулась, напряженно ожидая продолжения.
— Он бессмертный! — выпалил Терри, всплеснув руками.
— ЧТО-О-О-О?! — в один голос воскликнули все.
— Я думал, хуже уже не будет, но, оказывается, никогда нельзя так думать. Иначе жизнь покажет, что такое настоящее дно…
— Как вы поняли, что он бессмертный? — напряженный, как струна, перебил его Рик.
— Мы с Хильберто залезли в голову особо неосторожному Бену Парсону, который недавно примкнул к Рейлу, и увидели, что у Рейла клеймо! Он неуязвим!
— ДА НЕ МОЖЕТ ЭТОГО БЫТЬ! — заорал сам не свой Рик, не контролируя себя. — А ЧЕМ МЫ ТОГДА ЗАНИМАЕМСЯ?! В ИГРУШКИ ИГРАЕМ?! — размахнувшись, он отправил тридцатикилограммовое кресло в стену, отчего она в испуге вздрогнула.
— Полегче, Рик, — встал перед ним Хьюго. — Это не конец света. Сейчас разберемся. А ты, — повернулся он к Терри, — не драматизируй. Видишь, не все такие сдержанные, как ты. Еще немного экшена, и Рика можно запирать в одиночной камере.
— Клеймо могут поставить те, кто владеют Альмой, — чуть спокойнее сказал Рик, пытаясь рассуждать. — Альмой владеют только Ричард с Карой. ТАК КАКИМ БОКОМ У НЕГО КЛЕЙМО НАРИСОВАЛОСЬ?!
— М-да, Рика хватило ненадолго, — пробормотал Артум.
— Дружище, сядь на диван, — дружелюбно, но твердо произнес Юлиан. Почувствовав напор в интонации, Шелдон недовольно плюхнулся на диван, лохматый больше обычного и даже не бледный, а зеленоватый.
— Я знаю, кто заклеймил Рейла, — сказал Юлиан спокойно. — Но вопрос даже не в этом…
— Кто? — тут же требовательно перебили его.
— Его отец, — ответил Проводник просто. — Вы же говорите, он Падший. Что ему стоило воспользоваться своими сверхъестественными способностями ради воплощения своих планов через сына.
— Действительно, — хмыкнула Руби, раздосадованная, что сама не додумалась до такого логического объяснения.
— Но опять же, не это главное. Расскажите, что за клеймо и как оно работает, — оглядел присутствующих Юлиан.
— У него клеймо «Продолжение жизни», — отрывисто заговорил Терри. — Не знаю, проживет ли он дольше атланта, но то, что убить его невозможно, — это факт.
— Только одно клеймо? — все еще зеленый, подал голос Рик.
— Насколько известно, — дал никого не удовлетворивший ответ Терри.
— А какое клеймо у Кэри Фишера? — спросила Адриана, почти все время молчавшая.
— У него их пять: «Возвращение памяти», «Желание сделать правильный выбор», «Провозглашение слова Божьего», «Пантера» и «Знак прощения», или просто «Голубь», — ответил Терри задумчиво, разминая рукой шею. — В Румпитуре эти знаки, которые преобразуют в клеймо, называют символами Атлантиды или Лемурии.
— Ого, как Кара расщедрилась… — усмехнулся Хьюго.
— Не то слово, — фыркнул Артум. — Тем не менее удалить память ему пока можно, — заметил он.
— Ну да… Мы же не собирались его убивать, верно? — поддержала Адриана.
— Как получится, — мрачно ответил Рик, ставший из зеленого серым.
Переварив сенсационные новости и собравшись с силами, Рик позвал всех после обеда в гостиную и начал говорить.
— Адриана сказала очень правильную вещь на днях. Расщепленным нужно знать каэлести, — на этой фразе все укоризненно воззрились на девушку, а Рик тем временем продолжал: — Вы должны быть готовыми ко всему, в первую очередь, замечать и, самое главное, понимать действия врага. Разгадав намерение, можно предугадать манипуляцию. Местные Рейла станут отдавать указания на своем родном языке, и будет очень кстати, если вы, поняв их, сможете разгадать вражескую тактику и предотвратить эффект внезапности. «Каэле́сти» означает «небесный язык». На нем говорили ваши предки до Вавилонской башни и — логически — до потопа. Иными словами, это язык Адама. Единый язык, существовавший на планете. Начнем с малого.