— Тогда почему до сих пор есть Расщепленные, если я единственный Проводник за пятьсот лет?
— Очень давно, около четырех тысяч пятисот лет назад, когда мир разделился на Сальвус и Румпитур, наши предки решили подстраховаться. Они предвидели, что, скорее всего, будут происходить некие сбои. Так и появилась профессия Проводника, но люди Сальвуса начали злоупотреблять этими возможностями. Так что Проводники теперь большая редкость.
Если вчера Юлиан, услышав об опасности для жизни, подумал, что это будет примерно как работа телохранителем, то теперь он с ужасом осознал, что рискует жизнью каждую секунду, просто существуя.
— Ты сказал: «мы думаем», — проговорил он, чтобы отвлечься от ужасающей мысли, — кто эти «мы»?
— В этой стране есть штаб-квартира. Мы — что-то вроде оппозиции власти. А власть — Рейл. В этой штаб-квартире живут все: оппозиционеры, друзья и последователи Рейла, Местные. Это огромный дом, в котором умещается все население страны. Звучит масштабнее, чем есть на самом деле. Нас не больше пятисот тысяч человек, включая Местных.
— Зачем строить такой огромный дом? Не удобнее ли жить, как мы?
— Согласен, но таким образом все Расщепленные оказываются в одном месте. Некоторым, правда, приходится приезжать специально, а другие остаются в своих квартирах.
— Это как?
— Сейчас сам все увидишь.
Они подошли к только что отстроенному жилому комплексу.
— А теперь, пожалуйста, напряги свои мозги и попробуй его увидеть, — сказал Рик с напором.
Юлиан не совсем понял, что́ он должен увидеть, но закрыл глаза и сосредоточился. После того, как он открыл их вновь, его лицо вытянулось, а брови поползли наверх. Перед ним стоял огромный дом, закрывающий собой солнце и занимающий всю площадь ранее стоявших на этом месте зданий. Краев дома видно не было, наверное, они уходили далеко за границу города. Лишь одинокая пятиэтажка стояла рядом с Юлианом, наполовину поглощенная этим гигантом.
— Как он не мешает зданиям моего мира? — вырвалось у него.
— Ты же знаешь законы. Сальвус — в пятом измерении. Этот домик даже не касается твоих небоскребов. Но он очень удачно построен. Расщепленные, которые в нем живут, не могут покидать своих квартир, но Местные могут ходить к ним в гости сквозь их стены. Понимаешь, я передвигался по дому твоего мира только благодаря браслету, — он указал на украшение из черного камня на своем запястье, — а это большая редкость. Как вы не можете передвигаться по нашим зданиям, так и мы не можем передвигаться по вашим.
— То есть этажи высоток нашего мира соединены с этажами вашего дома? И люди Сальвуса могут пройти сразу через все квартиры, например, седьмого этажа, просто двигаясь вперед?
— Да, находясь при этом на седьмом этаже.
— Никакой личной жизни, — фыркнул Юлиан.
— Да-а, это самое веселое, — усмехнулся Рик.
Какое-то время они провели около дома, наблюдая за снующими около него людьми.
— Я бы сейчас съел чего-нибудь, — с надеждой в голосе сказал Юлиан.
Они дошли до ближайшего ларька с фастфудом. Юлиан купил себе сэндвич, и они уселись на заборе у тротуара. Рик молча ухватился за сэндвич Юлиана, мирно покоящийся в его руках, и потянул на себя. Теперь у него в руках был точно такой же.
— Как ты это сделал? — удивленно воскликнул Юлиан.
Парочка прохожих недоуменно посмотрела на одиноко сидевшего на заборе парня, пытаясь понять, с кем это он разговаривает.
— Просто раздвоил продукт, — ответил Рик, откусывая огромный кусок сэндвича.
— Я думал, Местные не могут трогать вещи моего мира, — уже шепотом произнес Юлиан
— Трогать — нет, а копировать в свое измерение — пожалуйста, — с набитым ртом произнес Осведомитель.
После того как с сэндвичем было покончено, они двинулись в сторону Кедровой улицы.
— Скажи, а как, вообще, люди становятся Расщепленными? — возобновил разговор Юлиан.
— Расщепленными становятся люди, пережившие очень сильное потрясение. За счет своих мощных эмоций они невольно прорывают физическую субстанцию и получают доступ к пятому измерению.
— И назад их вернуть могу только я?
— Да, ты можешь закрыть им доступ к пятому измерению.
— Но… я ведь не умею колдовать и все такое…
— Ну, этому тебе еще предстоит научиться. Сегодня я тебе расскажу основы, а дальше все зависит от тебя.
Когда они свернули на Кедровую улицу, Юлиан увидел Адриану. Она сидела в беседке позади своего дома, склонившись над пергаментом. Ее опаленные солнцем волосы были разбросаны ветром по плечам. Адри наклонилась над бумагами так низко, что некоторые непослушные локоны зацепились за ручку, которую она крепко сжимала. Казалось, работа доставляет ей большое удовольствие. Будто девушка наконец-то нашла информацию, которую так долго искала.
«Вряд ли это уроки…» — подумал Юлиан. Ему очень хотелось присоединиться к ней, но он понимал, что сейчас не время. «Я позвоню ей вечером», — успокоил он себя, бросая последний взгляд на Адри.
Войдя в дом № 9, Рик сразу же начал свою лекцию.
— Магия, — начал он с видом знатока, — штука сложная и не всем доступная. В Сальвусе ей пользуются, потому что это обыденность, а вот в твоем мире, как ты уже, наверное, и сам догадался, колдовать могут только Проводники и Расщепленные.
— Расщепленные умеют колдовать? — изумился Юлиан.
— При правильном использовании эмоций, конечно. И этому тоже нужно учиться и уметь контролировать процесс. Почему, ты думаешь, мы собрали их в одном месте? — произнес Рик, устраиваясь на уже облюбованном им диване.
— Получается, волшебство рождается из эмоций?
— Именно. Ты должен вспомнить момент, когда эмоции были особенно сильными. Это может быть как радость,так и боль. Выбирай то, что сильнее чувствуешь.
Юлиан на какое-то время задумался.
— Ну, допустим, вспомнил, — наконец сказал он. — А дальше что?
— Направь эти эмоции из себя. Ну и придумай, что ты хочешь наколдовать.
— Ясно.
Юлиан согнул руку в локте и мысленно направил в ладонь всю энергию, полученную из эмоций.
Над ладонью взвилось пламя. Оно было таким стремительным, что чуть не опалило Проводнику брови.
Рик мгновенно вскочил с дивана, застыв на месте, как натянутая струна.
— Не может быть!
Юлиан тряхнул рукой, и пламя погасло.
— Ты удивлен, что сумел меня научить? — с довольной усмешкой проговорил он.
— Не в этом дело. Очень немногие могут с первой попытки воспользоваться волшебством. Тем более в твоем возрасте. — При этих словах лицо Рика было как никогда серьезным.
— Ну, видно, я исключение, — улыбнулся начинающий маг.
— Ну, раз ты такой способный, не будем страдать ерундой. — Осведомитель встал напротив Юлиана в другом конце комнаты.
Он развернул ладони вверх, и в каждой из них появилось по огромному огненному шару.
— Попробуй отразить их!
— Стой! — заорал Юлиан. — И как я их буду отражать?!
— Сам придумай, у тебя голова зачем на плечах?
— А если не получится?! — сквозь треск огня крикнул Проводник.
— Ну, тогда ты хорошенько поджаришься! — отозвался Рик и метнул в него огнем.
Несколько секунд Юлиан стоял, глядя на приближающиеся огненные клубы, как в замедленной съемке. Не придумав ничего лучше, он вытянул руки, закрыл глаза и выдохнул из себя весь страх, от которого у него тряслось все тело.
Прошло несколько секунд. Потрескивание еще слышалось, но жар не чувствовался…
Юлиан открыл глаза и увидел, что из его рук струятся голубые нити, образовывающие большой гладкий купол. Языки пламени скользили по преграде, но голубая защита не поддавалась.
Внезапно огонь утих. Рик стоял с опущенными руками и смотрел на ошарашенного «потерпевшего», который повалился в кресло без сил.
— Ты мог убить меня, придурок, — наконец проговорил он устало. Руки у него все еще тряслись.
— Я не убил бы тебя, глупый. Если бы ты спасовал, я отогнал бы пламя, но мне нужно было проверить, как много ты можешь.