– Обижаешь, брат, – притворно надулся паренек. – Разве я с животным не управлюсь?
– И принеси нам поесть, – продолжил наставлять его мужчина. Он выглядел, словно его наставник или опекун. Еще одна новая сторона лекаря для Ларэ.
Когда они присели под сенным навесом маленького белого домика, лекарь бережно перебинтовал ее рану и заменил старый слой лечебной мази на новый. А потом еще несколько минут просто держал ее руку в своей, словно что- то осматривая.
– Что- то не так? – поинтересовалась у него девушка. – Или вам так понравилась моя кожа? – попыталась она через шутку разрядить обстановку.
Но тот почему- то вздрогнул и выронил ее руку. Она поняла, что теперь ее очередь спрашивать, все ли с ним в порядке.
– Все прекрасно, – ответил он, отвернувшись к аллеям пальм, в ту сторону, откуда они ожидали возвращения Малека. – Этот не самый тактичный мальчишка прекрасно готовит щербет. Вот, думаю, уговорить его. Времени у нас достаточно, – тут мужчина, все также не глядя на свою собеседницу, переставил свою сумку с лекарствами на край расстеленной на земле скатерти, по края которой они сидели. И только потом поднял черные, думающие очи на Ларэ.
– Вы так усердно размышляете о щербете? – девушке хотелось рассмеяться. На нее, вдруг, напало легкое настроение, что случалось с ней не часто, а когда случалось, то после ее всегда гложил стыд. Так что она по возможности старалась избегать игривости и шутливых подоплек в собственных словах. Но сейчас они ощущались ей как нельзя к месту.
– Нет, – вздохнул лекарь и соединил руки в замок перед собой. Он сидел в позе лотоса, а Ларэ – прижав к себе одно колено. – Я должен извинится за его ребячливое поведение.
Ах вот оно что! У Ларэ начала складываться картина. Но разве лекарь не знает, что она сама выросла в деревне и с десяток их прошла на своем пути? Ей доводилось встречать в них люд, куда более разговорчивый, прямой и порой грубый. Она и не ждала к себе особенного отношения. Это родившиеся госпожами сочтут всякое отклонение от этикета за оскорбление, Ларэ же пару раз даже в драку влезла. Пара простецких шуток Малека не начнут на ее щеках войну алой и белой розы.
– Это свойственно его возрасту, – пожала она плечами. – А вот и он, – и она как можно шире улыбнулась подошедшему к ним с подносом пареньку. – Значит, ты – смотритель рощи? – поинтересовалась она у него, когда он положил поднос, набитый разными сортами фиников, а еще сухофруктами, на скатерть перед ними и сел сам.
– Ага, – довольно кивнул он, выпячивая подбородок и выкручивая свою осанку дугой. – Я, – на щеках у него заиграли милые ямочки.
– А почему ты называешь лекаря братом? – задала она следующий вопрос, подбирая сушенную дольку ананаса.
– Он мне как брат, – пожал плечами юный смотритель. – Часто навещает меня здесь. Привозит подарки.
– Правда? Какие? – Ларэ бросила свой живой взгляд на лекаря, полный заинтересованности.
– Интересные сладости и одежду. А еще микстуры от простуды.
Ларэ бы задала еще вопросов, если бы ее рот не был занят разжевыванием еды, и тогда слово взял сам лекарь.
– Будешь так себя вести, я от тебя отрекусь, – полусерьезно сказал он, но видно – так, чтобы не задеть.
– Брат, ты знаешь, все дамы меня любят. Души во мне не чают. Тебе бы, наоборот, у меня поучиться. А то все один да один.
Ларэ чуть не подавилась фиником от самоуверенности паренька. Надо же, какая самооценка!
– От стыда ты не помрешь, – пробормотал себе под нос лекарь, сдаваясь и протягивая руку к подносу. Он выбрал засушенный инжир. Потом сказал громче. – Иди лучше, принеси нам воды или щербета! В такую жару забыл предложить самое важное, – покачал мужчина головой.
– Сию минуту! – и подскочив с места, Малек запрыгал в рощу.
Вновь оставшись с лекарем – она бы ни за что не стала называть его по имени – наедине, Ларэ решила воспользоваться временем, дабы выяснить пару деталей касательно будущего в доме Эразия Бульбы.
– Значит, этой ночью все оставят дом? И так каждый раз на день рожденья господина?
– Думаю, каждый раз по- разному, – не согласился мужчина. –От нас с тобой ничего е требуется, кроме отслеживания его самочувствия. И несколько часов с ним на его приеме, конечно. Гостям отправили приглашение неделю назад. Ждут их к вечеру знаменательного дня. Расслабься, Ларэ. Тебе не о чем переживать.
И Ларэ решила последовать его совету. Но если бы она хотя бы догадывалась, чем ей обернется этот день, то тотчас бы собрала все свои вещи и пустилась бы галопом вон из дома богача, забыв обо всяких розовых мечтах о спокойствии. Бродячая жизнь дороже могилы.
Увы, она не ведала.
Глава 4.
Выпив настойку, милостиво сдобренную ей лекарем, а потом умаслив руки, лицо и стопы, как и всегда в спокойные и сытые ночи – а тех было меньше, чем можно ожидать- Ларэ с радостью и облегчением плюхнулась на матрас, предвкушая сладкий сон в постели, просто пышущей своей мягкостью. А еще на ножках.
В течение жизни ей часто доводилось довольствоваться твердой землей или в лучшем случае – полом. В бабушкином доме она спала на нескольких простынях на стоге сена; тогда, в подростковом возрасте, она мечтала об уютном доме и тех кроватях, какие видела все пару раз, когда относила бабушкино творчество из защитных амулетов одной суеверной женушке богатея – единственной зажиточной семье в их деревне, которая, собственно говоря, ею и заправляла. Если еще конкретней, то все деревенские проживали на землях этой семьи, и платили аренду за то, что сеяли чужие поля. Но не то важно, а то, что, случайно заглянув в спальню той женщины, чаровница просто влюбилась в большую, белую кровать с балдахином, занимавшую половину места в опочивальне. С тех пор девушка мельком позволяла себе грезить о богатстве. Совсем несмело, потому как не представляла, как его заполучить. И сколько бы она опыта не набрала в своих путешествиях, к ней до сих пор не пришло понимание, как ей выстроить дорогу к безбедной жизни.
Но теперь ей просто повезло- хотя, по правде, в последнее время она потихоньку переставала надеяться – она живет в красивом доме необъятных размеров рядом со толь высокого происхождения людьми. Месяц назад она бы сама себе позавидовала. Остается только молиться, чтобы ее пребывание здесь продлилось подольше.
Обыденно проверив комнату в самодельное зеркальце, Ларэ сняла его с шеи и положила на прикроватный столик, рядом с хрустальным графином с водой, услужливо оставленный ей служанками. Там же рядом лежали снятые ей кольца, увенчанные энергетическими камнями: кварц, коралл, янтарь, яшма, кошачий глаз и… последнего не доставало. Она печально вздохнула по утраченному где- то на просторах дома аметисту. Каждый камень по- разному помогал ей восстанавливаться после применения дара, и всей своей аурой она отчетливо ощущала отсутствующее влияние одного из них. Позже ей придется смастерить новое кольцо с фиолетовым камнем, ведь слуги вряд ли отыщут старое.
Ларэ вытащила из- под своей подушки припрятанный бабушкин платок и накинула его на голову. Пусть дом и роскошный, но без него на новом месте Ларэ бы все равно спалось плохо. Потом она подняла ноги на матрас, и когда голая кожа ее щиколоток и пят коснулась глади прохладного шелка, она дала себе волю и приятно поморщилась от прекрасных ощущений. Нет, все- таки богато жить весьма и весьма прельстительно.
Откинувшись на ногу с распростертыми в стороны руками, девушка быстро начала погружаться в дрему, пока перед глазами у нее пробегал прошедший день. Этот лекарь оказался не так уж и скуп на душевные порывы, и она была готова изменить о нем мнение черствого и чванливого скупердяя, кое составила о нем по первому взгляду. Если бы не он, то та змея стала бы последним, что она увидела в своей жизни. А как все- таки полезно иметь дружбу с тем, кто разбирается в медицине! Надо бы укрепить ее с ним. А то мало ли…пригодиться. Упаси Всевышний, конечно, но…все- таки. Хотя бы для совета по питанию.
Сон постепенно увлекал ее в свои объятья. Полу размытый взгляд ее неясной мыслью смотрел в зеленоватые окошки комнаты, едва приоткрывавшей панораму коридора. Дом стоял тих. Почти все покинули для подготовки к завтрашнему празднеству- сюрпризу. Дочь хозяина, небось уже тряслась в повозке в ближайшую деревню вместе со своими слугами, а другие готовили сдобу в кухонном домике. Ларэ не о чем было беспокоиться. От нее подарка никто не ждал, и она имела полное право на спокойный сон. Однако стоило векам девушки слипнуться в окончательном завершающей секунде дня, как по лицу ее пробежала чья- то тень, а слуха коснулся скрип. Беспокойное предчувствие понудило чаровницу неохотно распахнуть глаза и рассмотреть проходящую мимо окошек ее спальни фигуру повнимательней. А когда девушка разглядела в искривленном отражении окошка, что тень принадлежит вовсе не кошке и до верху укрыта мантией, да еще и двигается тихо, украдкой, сон схлынул с нее, как вода при отливе. Она резко села на своей кровати – пожалуй, даже слишком резко, потому как ее тут же схватило странное недомогание- но к тому времени чья- то фигура, проходящая мимо ее спальни, исчезла из виду. Не то, чтобы в ночном доме было мало темных участков, но ни один из них не находился в движении. И для кошки тень имела слишком человеческие формы.