Императора Айдана надолго не хватило. Посидев немного рядом с Юниль и Льюисом, он всё же очутился около братьев Вагни. Теперь стоял там и хмуро взирал на меня.
Сложный мужчина. Это сразу бросалось в глаза. Властный и упрямый. И в то же время император, а примчался в глухую деревеньку, чтобы быть рядом с другом в важный для него момент.
— Не злитесь на нас, Гресвиль, — шепнула фера Рьяна. — У моего мужа не так уж и много друзей. Все они сейчас находятся в этом маленьком храме. Да, мы были врагами, ваш клан и мой. Но война есть война. И мне некогда было думать о детях ханыма Долона и их судьбе, своих бы уберечь людей. И за столь громкое появление уж извините. Торопились и переживали.
— Мы и платье с собой прихватили, — созналась Кнесе. — Думали, что не найдется здесь красивого. Но раз женщины так о вас позаботились, то, видимо, любят и уважают. Это о многом говорит!
— Мама, — раздалось за моей спиной, — ты сегодня замужней женщиной собираешься становиться или нет? — Юниль негодовала. — Руни, неси её папе!
Брат развел руками.
По лавкам прошелся тихий смех. За нами наблюдали многочисленные гости.
Наблюдали и ждали.
Меня же как-то отпустило. Злость улеглась. Подняв руку, я взглянула на украшение. Красивое и…
— Да, у нас здесь только рябиновые бусы, — я подняла голову и кивнула Густову, — а вы должны стоять рядом с женихом.
— Грета, там уже пора стоять тебе, — Руни терял терпение. — Вегарт сейчас сам сюда явится и прихватит алтарный камень. Так и проведут обряд на пороге.
— Не ворчи, а веди, — сдалась я.
— Так подождите, — Густов побежал вперёд меня по проходу и пристроился рядом с Дьярви.
— О, невеста уже здесь!
В храм вошел здоровый дракон с черной повязкой на глазу.
— Брек! — шикнула на него Рьяна. — Ты бы ещё прогуляться сходил! Это наш жрец. Правда, смерти, но не суть…
— А палача вы с собой не прихватили? — Руни как-то демонстративно посмотрел на выход из храма.
— А палач у нас женится, мальчишка! — зашипела на него Рьяна. — Так что развернулся, Альфа с молоком на губах, и повел к нему сестру. Быстро, пока они действительно алтарь к нам не притащили. Эти могут и не такое.
Эпилог часть третья
В храме стало совсем тихо, все звуки проникали извне. Звонкий смех детей, громкие крики женщин, пытающихся до конца церемонии накрыть длинные праздничные столы. Представляю, какой там переполох.
Наверняка поняли, кто к ним пожаловал, и мечутся, сбивая ноги.
Вот теперь мою свадьбу точно запомнят надолго. Второй такой здесь уже никогда не случится.
Я медленно шла по проходу, глядя на своего нетерпеливого то ли жениха, то ли мужа. На руке под браслетом зудилась кожа. Сказывалось волнение и вдруг появившийся страх — а если плетения не появятся на наших запястьях?
Помнят ли боги ещё про этот храм?
На руках моей мамы были красивые узоры. И у отца. Вот только после её смерти они померкли, и, в конце-то концов, совсем исчезли.
Он скатывался в безумие, а они стирались с его кожи.
Я всё чаще стала задумываться об этом. Что стало причиной их трагедии? Наверное, его высокомерие и страсть к власти. Это пересилило любовь к простой деревенской женщине и стало началом их конца.
Он желал получить сильного наследника, а она смогла родить лишь меня.
— Грета, — тихо шепнул Руни, — ты хмуришься, сестренка. Что не так?
— Родителей вспомнила, — честно созналась, пытаясь через силу улыбнуться.
— Тебе ничего не нужно опасаться. Их историю вы с Вегартом не повторите. Этот дракон знает цену семье. Умеет любить и защищать. Лучшего я бы для тебя и не выбрал.
Сжав крепче его руку, наконец, смогла искренне улыбнуться.
Меня посетила еще одна весьма забавная мысль. Отец все же получил то, чего так хотел, только достался его великий наследник — мне в качестве любимого брата. И он будет прославлять имя Вегарта Вагни, как своего наставника.
Прославлять ведунов и причислять себя к их роду.
Жрец тихо запел над белоснежным камнем алтаря. Такой чарующий голос и такой неподходящий для лохматого гиганта. Остановившись, я взглянула на Вегарта.
Его глаза вспыхнули голубым огоньком. Зрачок запульсировал и вытянулся в тонкую нить. Протянув руку, он терпеливо ждал. Пальцы Руни разжались и выпустили мою немного вспотевшую ладонь.
— Признаешь ли ты, Вегарт Вагни, эту женщину своей истинной? — тихо спросил жрец.
Вздрогнув, я повернула голову. Пение продолжало разливаться по храму, но губы жреца были сомкнуты. Повязка с глаз исчезла. Замерев, я осознала, что на меня смотрит некто совсем нечеловеческим взглядом.
Очи, заполненные пылающей словно лава кровью.
Сын смерти.
И он служит моему мужу!
Взглянув на Руни, заметила, что он не шевелится и, кажется, даже не дышит. Император Айдан замер, оборачиваясь на жену. Время остановилось. Исчезли звуки и запахи.
— Да, я признаю перед всеми, что Гресвиль, дочь племени Белых волков, моя истинная. Моя единственная, и другой я своей не назову.
Вегарт продолжал терпеливо ждать, пока я вложу свою ладонь в его. Уголки его губ приподнимались, казалось, он отчетливо понимал, что происходит, и это успокаивало.
Опомнившись, я быстро схватила его руку, ощутив, как теперь его пальцы сжимают мои.
— А ты, фера Гресвиль, признаешь Вегарта Вагни своим истинным? — Глаза Брека вспыхнули сильнее.
На меня смотрело нечто совсем уж жуткое и опасное.
— Да! — мой голос дрогнул. — Признаю. Он мой суженый, и другого я своим не назову.
— Боги услышали вас.
Этот странный Брек снова тихо запел. Все вокруг пришло в оживление.
Дьярви сделал небольшой шаг в сторону, чтобы не заслонять нас от гостей. Айдан обернулся и, найдя свою Рьяну, засиял так, будто это он женится сейчас, а не мы. Я невольно взглянула на его руки, из-под браслета виднелись золотые завитки их узоров.
В этот момент мои запястья обожгло, словно кто-то пролил на кожу раскаленный воск. Вздрогнув, я опустила голову. На наших руках расцветало алое плетение. Оно начиналось под большими пальцами и синхронно ползло дальше. Оплетало запястье, выпуская извитые веточки и бутоны. Будто живое вьющееся растение. Наконец, остановившись, узор вспыхнул ледяной магией и стал нежно-голубым. На веточки стремительно нарос иней, делая узор объемнее. Мелкие кристаллы оплетали бутончики, одевая их в снежный кокон.
Плетение снова вспыхнуло, но теперь уже зеленым. Цветы вырвались из ледяных оков и распустились. На каждом проступила через кожу капелька крови, окрашивая контуры.
— Ты всегда умел выделиться, — усмехнулся Айдан. — Лед — сила дракона, а алые цветы — знак ведуна. Мне уже не терпится взглянуть на ваших детишек. Чувствую, сюрприз будет почище, чем мне Рьяна преподнесла.
— Она вам что, первенца снежного барса родила? — Не знаю, откуда появилась эта мысль. Но...
— Именно так, — Айдан тихо засмеялся. — Показала, кто в доме главный. Сначала барс, а уж после — дракон. Но оба моих сорванца — рыжие.
— Ну, моя Грета поответственнее будет. — Вегарт задрал нос. — Родит, как и положено, крепкого дракона с ведьминской силой. Главное, чтобы не разом прорву ведьмочек, — добавил он чуть слышно.
В этот момент жрец Брек поднял голову. Его глаза снова вспыхнули потусторонним пламенем и погасли. Он странно хмыкнул, но смолчал, а затем, заметив на себе мой взгляд, загадочно подмигнул.
***
Пять лет спустя.
Выйдя на небольшой балкон на втором этаже поместья, я наблюдала за играющей в саду ребятней. В основном дети работников и крестьян с ближайших деревень, до которых пешим ходом не более получаса. Они каждое утро сбегались в наш огромный сад и резвились здесь до вечера.
Никто и не возражал. Наоборот, Вегарт приказал построить небольшую площадку с качелями и горками. Наверное, она появилась здесь даже раньше, чем мы отремонтировали сам дом.