Бедный мужичок, попавшую во всю передрягу, на самом деле сейчас боялся. Он не хотел в Ад. Он даже готов от матов отказаться, и вести себя культурнее!
Но он… не хочет обратно.
Он больше не хочет страдать.
Он поверил, что реально искупил свой грех, и что ему можно здесь остаться. Так что и от резкого взгляда Юстиции его передёрнуло.
— Душа. Ты скажешь всё. Ты расскажешь, как так вышло! — голос Справедливости звучал как горн.
Душа, которого его друг называл Жабич, сжал кулаки.
Он медленно поднялся с колен, поджал губы и протяжно выдохнул, собирая всё мужество.
— Нет, — сказал он, — Не расскажу.
— Ты обязан!
— И что вы с ним сделаете? Убьёте? Изгоните в Ад? Нет! Если хотите — отправляйте меня обратно или уничтожьте! Но я… — он сжал кулаки и закричал, — Но я не сдам своего другана! За сотни лет мне надоело быть тварью!
Все ахнули. Шок. Перечить Юстиции⁈ Невозможно! Да как он посмел⁈
Поднимался гомон.
Доброта, услышав всё это, распахнула глазки, ахнула громче всех и даже прикрыла рот ладошками. А затем попыталась состроить злую морду и очень пристально посмотрела на Юстицию.
— Это. Душа. Моего. Королевства! — отчеканила Доброта, — Я не позволю его выгнать!
— Сестра, не смей встревать в суд! Решение будет за мной! — рубанула Юстиция, — Правила едины для всех! Никакой лжи на Небесах! Если он хочет остаться, то должен…
И здесь… произошло то, чего никто не ждал.
Бах. Вспышка посреди суда. Почти все прикрыли глаза, настолько яркой был силуэт, что собирался из вспыхнувших частиц.
Но свет втянулся, и в центре суда Небесам явился… ангел с женским обличием. Её кожа была из серебряных стальных перьев, волосы белы, кожа бледна, а глаза — яркого небесного оттенка. Высший Воин. Копье Небес. Та, на которую равняются, и которой восхищаются. Одна из отряда, что навсегда исчез в Бездне.
Ангел… что должен быть мёртв.
Девушка распахнула глаза, глубоко вдохнула и схватилась за грудь, испуганно озираясь по сторонам. Но когда её глаза привыкли к свету…
Она увидела шокированные лица Добродетелей.
— Он вернул… он вернул… — не веря прошептала она, — Мальчик в звериной маске… вернул… меня…
Глава 16
Месяц спустя. Кабинет директрисы. Снова.
В помещении было двое: уже не молодая, но всё ещё прекрасная женщина в красном деловом костюме и высокий, плечистый, красивейший мужчина в военной форме. Голубоглазый, черноволосый, челюсть остра, а взгляд так и манит! Марк Кайзер.
И хоть это и выглядело как начало сомнительного фильма, но нет, почти каждый раз Марк попадает сюда по иной причине — как в продолжении сомнительной книги.
— О, так теперь я имею честь говорить с военным? — спросила директриса, — Поздравляю!
— Пока нет, сначала год обучения, — поправил он воротник тёмно-синей формы, — Не переживайте, работе это не помешает, у меня… особые условия. Зачем вызвали? Говорю сразу — мой сын ничего не делал, — сложил он руки на груди.
— А я ведь даже ничего ещё не сказала… — вздохнула женщина, протягивая какую-то брошюрку, — Вот, взгляните.
Это и впрямь была брошюра, но не распечатка, а написанная от руки и разрисованная цветными карандашами.
'ВудуБойчики.
Мы поможем, если:
— вам нужна домашка, но лень.
— вас задирают (услуга не распространяется на задирания старшим классом).
— вы принципиально желаете кому-то поноса.
ВудуБойчики помогут!'
Написано очень ровным и красивым почерком, явно не детским. И ниже нарисованы три черепка с чёрными цилиндрами — вот их уже видно ребёнок рисовал. И цветочки по краям.
— И что это? — спросил Марк.
— Я вас хочу спросить, господин Кайзер! Ваш сын… и вся его компашка — продают услуги! Они бьют задир, решат домашку и, внимание, насылают понос на детей! За деньги! Это как вообще понимать⁈
Марк вскинул брови.
А-а-а! Так вот что Михаэль притих в последнюю неделю! И вот откуда у него крутой игрушечный пистолет с пластиковыми пульками.
И теперь понятно почему Миша такой довольный, и как часто он говорит, что уже совсем взрослый. И что он вообще скоро миллионером станет — помогать семье будет.
— Госпожа Директор, но вы же сами позиционируете школу и садик — как плацдарм для развития будущих гениев, разве нет? — задрал он бровь, — И что это, мы будем рубить предпринимательские способности на корню? Да они зарабатывают в первом классе! Это достойно лишь похва…
— Но не насылать же понос! Как они вообще это делают⁈ Я могу понять решение домашнее работы, даже защита за деньги. Но ЭТО? Они терроризируют всю параллель!
— Ой да разве детки на такое способны?
— Да! Потому что это три здоровых детины, которые занимаются единоборствами с первого класса!
Марк вздохнул. За остальных он сказать не мог, но вот Миша, при желании, хоть старшие классы терроризировать начнёт. Марк вообще подозревает, что если Михаэлю запретить становиться бессмертным божеством — он им из принципа станет. За месяц.
— Нет-нет, я буду принимать меры! — сказала директриса, — А вам, Марк, я настоятельно советую провести воспитательную беседу, потому что поверьте мне, если нас закроют и мы умрём в нищете на улице — это по вине вашего сына!
* * *
Мы стояли в кабинете директрисы. Опять приняли, да ну ё-ёмаё. То тюрьма, то этот кабинет, каждый месяц одно и то же.
— Что это? — она указала на брошюрку.
— Впервые видим, — отворачиваемся.
— А ну не врать! Я знаю, что это твой почерк, Кайзер! Он у тебя один такой! Ты писать умеешь с годика, ты думаешь это не заметно⁈
Я цыкнул. Ну молодец Максим! Я ведь говорил, говорил! Не стоит мне писать! Но не-е-ет, наш гений бизнеса сказал, что красота почерка привлечёт клиентов. А в итоге привлекли только нас, и к ответственности!
Хотя за брошюрку я горжусь. Имя, кстати, тоже я придумал. ВудуБойчики — вуду мальчики. А рисунки, вон, сестра Лёни делала.
Это был идеальный бизнес-план, чёрт возьми!
— И я понимаю эти двое, — вздохнула женщина, отливая себе «коньяк» и кивая на нас с Максимом, — Они с садика на попе ровно не сидят. Но ты, Морозов. Ты же раньше только дрался, это хотя бы предсказуемо! Ну что началось-то…
— Госпожа Директор, вы не понимаете! — встрепенулся Максим, — Это темка! Мы темщики! Детям нужна защита, а мы… мы ваще охранное агентство! Вот! Как папа Миши!
— Детям не нужен понос и списанная домашка! И на одного защищённого ребёнка всегда приходится один побитый, это вообще не то! Нет, это непозволительно. Я ценю ваш энтузиазм, но не ценой вызванной Санэпидемстанции.
— Да вы всё равно нас не выгоните… — пробубнил Макс, — Миша с Лёней пробуждённые, а у меня мама почти губернатор…
У директрисы дёрнулся глаз. За живое.
— Так, да, значит? — сказала она, — Хорошо, тогда я скажу дяде полицейскому, и он посадит вас… на двадцать лет. Потому что насылать понос — незаконно!
— Н-Е-Е-ЕТ! — а вот тут мы присели, — Не надо в тюрьму!
— А ну прекращать свои «темки»! И я сейчас не шучу, моё терпение на исходе. Всё, свободны!
Испугавшиеся тюрьмы на двадцать лет, мы не нашли что сказать и молча вышли из кабинета.
Вздохнули.
— Ну ёмаё. Всё так идеально начиналось… — вздохнул Макс.
— Я телефон хотел сестре купить… — вздохнул Лёня.
— А я уже смотрел квартиры в центре… — вздохнул я.
И, ещё раз вздохнув, но одновременно, мы втроём поплелись в класс.
Ну вот как-то так.
Прошёл месяц с той поездки в гости к Максиму. Живу потихоньку, тренируюсь, прощупываю свои силы, учусь контролировать приступы Садизма.
И рублю, чёрт возьми, нереально бабло! Ну… рубил.
За это время был проведён, скажем так, ряд экспериментов. Во-первых, энергия поноса — это миф. Во-вторых, жезл не работает бесконечно, но и заряжается он сам. А в-третьих, и это же главное — он способен зачаровывать воду, наделяя ей свойствами. Да-да, прикиньте! Если опустить электрический конец в воду на несколько часов — она будет электрической!