В аудитории уже сидела сонная Саша. Ада присела рядом с ней и мельком отметила расцветший на её шее засос.

— Что, веселая ночка была? — спросила со смешком Ада.

Саша только оскалилась, грозя этой улыбкой откусить ей голову, если полезет дальше.

— А моего папу увезли на скорой. Накликали вы, когда говорили обойтись без приключений.

Саша тут же посерьезнела.

— Всё в порядке?

— Уже да. Приступ был, после пар поеду проведать.

— С тобой съездить?

Ада решила, что в одиночку она больницу не переживет, и кивнула.

Тут в аудиторию молнией влетел Дима и плюхнулся с разбегу рядом с ней, чуть не толкнув на Сашу. Сегодня он был в хорошем настроении — чистые волосы, чистая же безразмерная черная толстовка, относительно чистые черные джинсы и довольная улыбка.

— И чего это вас обеих не было на первой паре? — громко поинтересовался он.

Саша и Ада переглянулись и только тяжело вздохнули.

— Что такое? — вмиг посерьезнел Дима.

— Папа в больницу попал, — повторила Ада.

Услышав про поездку в больницу, Дима тут же вписался в это вместе с ними.

— Кстати, я там Лилю встретила.

Саша кивнула.

— Хорошо, что на её смену попали. С опытом Лили можно не бояться, на ноги быстро поставят.

Ада выдохнула, понимая, что она права. Но тревога за близкого человека её всё равно не отпускала.

Сдвоенная лекция пролетела слишком быстро, и они, зайдя по пути в магазин, направились на автобус. Спускаясь по бетонной лестнице в Ленинский садик, Ада думала о том, что эта осень претендует в её жизни на самую насыщенную. Прошлая — с аппендицитом прямо накануне первого сентября — надежно ушла в тень.

Саша наконец перестала выглядеть как зомби, очнувшись после порции крепкого кофе, а Дима не переставал генерировать идеи.

— Может быть, нам стоит почаще бывать на станции, где ты её оба раза видела? — он говорил про Юху. — Или у Зиланта, он же всех знает, спросить, как с ней связаться?

— А ты не думаешь, что Адель просто могли сбить с толку? Эта албасты хотела поскорее получить освобождение и наболтала всякого.

— Она не могла мне солгать, — покачала головой Ада. — Я читала, что для завладевшего их вещью они становятся полными рабами. Сказала бы утопиться ещё раз — она бы и это сделала.

— Скоро ты станешь большим спецом по части существ иного мира, чем я, — потянул Дима, опускаясь на скамейку. Ада села рядом, а Саша осталась стоять, прислонившись к стене остановки.

Ветер проносил мимо рекламные листовки, окурки и пыль, собирая в небольшие вихри. Солнце светило так ярко, что впору было надевать уже спрятанные в недра шкафа солнцезащитные очки.

— Мне до твоего уровня ещё расти и расти, — пошутила Ада. В сегодняшнем настроении Дима снова был до ужаса тактильным, поэтому без особых церемоний закинул руку ей на плечи.

— Интересно, правило зажженной сигареты сработает в этот раз? — протянул он, доставая пачку одной рукой из кармана кожанки.

Тут же показался нужный автобус, и со стоном Дима вернул сигареты на место.

— У больницы покуришь, — успокоила Саша, и они с Адой рассмеялись.

Пакет с апельсинами, водой и всякими мелочами вроде сахара, салфеток и чайных пакетиков бил Аду по ноге, пока они поворачивали по улочкам исторического центра. В какой-то момент Дима заметил её неравную борьбу и отобрал пакет.

Пока они шли ко входу в нужный корпус, он успел выкурить сигарету. Ветер мешал ему не пускать дым в сторону Ады, так что она уже смирилась с неизбежными вопросами папы. У того был натренированный работой в школе нюх на всякие нарушения дисциплины.

— К кому? — недовольный медбрат встретил их у стойки, где ночью Ада общалась с милой Валей.

— Матвеев Виктор Петрович, — послушно назвала имя отца Ада.

— Из пакета выкладываем, проверю, что можно передать.

— Мы хотели бы сами пройти к нему.

— Часы посещений прошли, можете приехать завтра, — не моргнув глазом ответил медбрат, пересчитывая апельсины.

— Молодой человек, а если подумаете? — вкрадчивым тоном начала Саша, но медбрат даже не поднял на них взгляд.

— Запрещено.

— Вам жалко, что ли? — взорвался Дима. — Дочь к отцу приехала, чтобы порадовать немного, а вы вредничаете!

— Вовремя надо приезжать, — хладнокровно парировал медбрат.

— Я вообще-то после пар! — воскликнула Ада, чувствуя, как дрогнул голос. Ещё немного — и расплачется.

— Не положено! — уже резковато ответил медбрат, видимо, начиная злиться. И тут он совершил ошибку — поднял на них взгляд, отвлекаясь от инспектирования содержимого пакета.

— А сейчас разрешишь? — внимательно глядя ему в глаза, протянула Саша. Под её взглядом, будто гипнотизирующим, медбрат послушно кивнул и сказал:

— Третья палата, вверх по лестнице, прямо по коридору и направо. Ваши вещи.

И, отдав пакет ошарашенному Диме, скрылся за ближайшей дверью.

— Пошли, — скомандовала Саша, и они дружно поторопились к палате.

— Как ты это сделала? — поинтересовалась Ада, забирая из рук Димы пакет.

— Да так, умеем мы кое-что, — отмахнулась Саша и на нужном этаже опустилась на неудобное сиденье. — Иди уже, мы тут подождем.

Папа не спал. Помимо него в палате было двое мужчин, как оказалось, тоже с сердцем.

— Адочка, передай маме, что ничего не нужно больше, тут очень вкусно кормят, — сказал папа, чистя апельсин, пока Ада разбирала пакет.

— Она же всё равно что-нибудь привезет, так что думай, чего бы ты хотел особенного.

Папа разделил апельсин пополам и отдал ей её долю.

— Тогда эклеры. Вроде мне их можно.

Ада втянула носом смесь апельсинового аромата и больничного духа и кивнула.

— А ты когда начала курить? — всё-таки уловил прилипчивый запах папа.

— Это Дима, не я.

— Не нравится он мне, — отломив дольку апельсина, скривился папа.

Ада напряглась.

— Почему это?

— Нет, я рад, что у тебя появились друзья, но это точно подходящая для тебя компания? Выглядит как босяк.

— Папа! — слишком громко воскликнула Ада и разбудила папиного соседа по палате.

— Молчу, молчу, — папа изобразил, что закрывает рот на замок, и добавил с хитрой улыбкой: — Вы уже целовались?

— Папа! — снова воскликнула Ада, уже краснея, как помидорка. — Мы друзья!

— А Лев так не считает. Ну да ладно, дело твое, главное, не наделай глупостей.

Ада окончательно стушевалась и только кивнула. Не хватало ещё серьезного разговора номер два — уже с мамой. С них бы сталось!

— Иди давай, нечего тебе в больнице сидеть. Спасибо, что навестила, мне обещали, что ещё пару дней подержат и отпустят. Всё твоя подруга, такой врач из неё хороший получится!

Ада и хотела бы рассказать ему всю правду, как в детстве, но решила, что сейчас он её уже не поймет. А жаль…

Поцеловав папу в щеку, Ада вышла из палаты.

Дима и Саша что-то оживленно обсуждали и тут же умолкли при виде неё.

— Секретничаете? — беззлобно поинтересовалась Ада.

— Пошли уже, ненавижу больничный дух! — вскочил с сиденья Дима и тут же замер.

В коридоре, прямо под светом ламп, внезапно образовался клубок теней, отблескивающий яркими искрами. Саша медленно поднялась с места и сделала шаг в сторону.

— Это ещё что такое? — произнесла она, замирая.

— В этот раз он стал ещё ближе, — оторопело сказала Ада, и Саша тут же отмерла.

— Так ты его не в первый раз видишь?

— Он преследует Адель, — ответил за неё Дима и оттеснил назад, пытаясь закрыть собой.

— Что за хрень?!

— А мы думали, что ты знаешь.

— Никогда ещё такое не встречала!

Клубок теней — или демон, как Ада стала называть его про себя, — не двигался с места. Он висел в воздухе и только поблескивал искрами и перетекал из одного угла в другой, будто решая, что делать. Прошла секунда, и он вдруг сжался в точку, мелькнул мимо них по коридору и скрылся в другом его конце.

Ада шумно выдохнула и чуть не упала. Дима успел подхватить её под руку.