– Дежа вю.
– Чего? – Ван Цин развернулся к нему всем корпусом и уперся локтем в колено, уронив в ладонь подбородок.
Лун Ань все-таки посмотрел на него. В голове пронеслась мысль, что с такой красотой, как у него, настоящее преступление пылиться в научном центре. Ему бы в рекламе сниматься. Хотя с таким диапазоном эмоций можно стать лицом разве что похоронного бюро.
– Дежа вю, – повторил Лун Ань тем же тоном.
– А, – глубокомысленно изрек Ван Цин и почесал в затылке. – В смысле… тебе показалось, что ты уже видел, как разбивается посуда? Что ж, это нормально. Я вот в детстве часто что-то бил. Мама называла меня стихийным бедствием.
Взгляд Лун Аня стал мрачным, как темная грозовая туча.
– Эффект дежа вю наступает от ситуации в целом, – как неразумному, объяснил он и отвернулся.
Ван Цин постучал пальцем по губам.
– Прости, я не верю во все это, – сказал он. – Я вообще согласился участвовать в этом эксперименте ради сестры и подписчиков. Насколько я знаю, ты тоже от него не в восторге. Видишь, у нас все-таки есть что-то общее.
Лун Ань вздохнул и встал с дивана. Его длинная и легкая белая рубашка с широкими рукавами даже не помялась, потому что он сидел, не касаясь спинки дивана.
Это Ван Цин успел поерзать на нем так, что бедной Минако придется тяжко с приведением костюма в первоначальный вид.
– Куда ты? – спросил он.
– В научный центр.
Ван Цин даже не успел сказать, что нужно дождаться Юйлань и Куан Ли, когда дверь за Лун Анем уже беззвучно закрылась. Он вздохнул, достал из-за широкого пояса свой телефон и запустил стрим.
– Итак, ребята, сейчас будет то, о чем вы меня так долго просили. Знаете, где я? В логове чудовища! Если меня спалят, вы будете наблюдать мою жестокую смерть в прямом эфире. Это кабинет создателя «Тысячи эпох». Фа Линь запрещал мне раньше здесь снимать, но его пока нет, так что…
* * *
Доктор Куан стояла, упираясь спиной в стену и скрестив руки на груди. Доктор Фа сидела рядом на коленях и смотрела на Лун Аня широко распахнутыми глазами. В комнате для медитации было, как всегда, прохладно. Даже казалось, что в воздухе витает еле уловимый запах влажной травы и легких благовоний. Мозг еще не успел до конца перестроиться после погружения.
Доктор Фа села поудобнее и подвинула поближе к Лун Аню свой телефон, на котором продолжала идти запись.
– Получается, у вас с Ван Цином во время постановки случайно получилось именно то, что должно было произойти в медитации, но вы этого раньше не видели?
Лун Ань нахмурился. В горле пересохло, и он с трудом сглотнул.
– Я в этом не уверен. До этого я не видел, как разбился сосуд. Сейчас же это могло случиться из-за того, что в видения примешалась реальность.
Доктор Куан покачала головой:
– Не факт. Ты испытал чувство дежа вю еще вчера во время постановки. Если придерживаться первоначальной гипотезы, что воссоздание сцен помогает продвинуться дальше, мы именно это и получили.
Лун Ань потер пальцами лоб. Немного кружилась голова. Энергия ци в этот раз была под контролем, но ощущалась намного сильнее, чем раньше.
– Я видел профессора Лао, – сказал он.
Доктор Куан коротко усмехнулась. Доктор Фа растянула губы в неуверенной улыбке.
– Правда? – спросила она. – Как я и говорила, Лун Ань, это было предсказуемо, что вы станете видеть людей из реальности. Ваш мозг будет заменять образы на более понятные и близкие вам. Вы часто встречаетесь с профессором Лао, потому что он ваш научный руководитель. Из того, что я поняла, задавая вам вопросы, он был кем-то вроде учителя?
Лун Ань кивнул.
– Да. Это было похоже на урок.
– Ван Цин там был? – спросила доктор Куан и тут же поморщилась, стукнувшись пару раз затылком об стену. – Да черт, я уже сама путаюсь. В смысле не Ван Цин, а тот юноша, которого ты видел изначально.
Доктор Фа рассмеялась и повернулась к ней.
– Ничего. Я уже тоже называю его Ван Цином – а как еще? Вряд ли мы узнаем какие-то другие имена.
– Был. Но я вижу не Ван Цина, – сказал Лун Ань.
Доктор Куан вскинула брови.
– Его образ не меняется?
Лун Ань покачал головой:
– Нет. Ван Цин похож на него, но все же это разные образы. В этом я уверен.
– Однако постановки с Ван Цином все-таки способствуют продвижению, – доктор Куан цокнула языком и задумчиво уставилась на противоположную стену. – Нам нельзя терять время. Нужно отдавать материал на создание нового сценария. Надеюсь, у Фа Линя есть человек, похожий на профессора Лао. Я не пойду к нему просить участвовать в нашем эксперименте. Он слишком…
Доктор Фа приставила к губам указательный палец.
– Куан Ли, мы поняли, – улыбнулась она, – не продолжай. Твои отношения с профессором Лао всегда были напряженными.
Это так. Лун Ань постоянно сталкивался с недовольством своего научного руководителя относительно эксперимента, в котором участвовал. Тот был свято уверен в том, что это только вредит его работе и заставляет заниматься всяким вздором. Когда Лун Аня выбрали в качестве испытуемого, профессор Лао даже ходил к доктору Куан, чтобы переубедить ее. Правда, у него ничего не получилось. Эта женщина была так же упряма, как и он.
И все же это так странно, думал Лун Ань, пока шел по коридору научного центра в зал, где проходили дневные лекции. Ему нравилось там рисовать, потому что во второй половине дня там было тихо и пусто, а солнце успевало полностью скрыться за соседним высоким зданием, из-за чего комната погружалась в приятную тень. Почему он продолжает видеть не Ван Цина, а первоначальный образ того юноши? Почему все остальные лица приходят из реальности, а некоторые вообще кажутся смазанными? И как так вышло, что он все-таки увидел продолжение того боя на мечах на крыше таким же, как в реальности? То, что они разбили глиняный сосуд, так повлияло на восприятие, что мозг решил добавить эту ситуацию в видения? Или наоборот: у них действительно получилось воссоздать то, что и являлось их продолжением?
Вопросов становилось только больше. Лун Ань не разделял воодушевления докторов Фа и Куан. Чем дальше они продвигались, тем менее чистым получался эксперимент. Чересчур много факторов вмешивалось в работу. И главным таким фактором был именно Ван Цин.
Может, его лицо и отличалось от лица того человека, что Лун Ань увидел еще при первой глубокой медитации, однако у них было много общего.
Во всяком случае, раздражали оба совершенно одинаково.
* * *
– Ступающий на путь совершенствования обязуется чтить своего Учителя. Постигая дао, вы обязуетесь помогать простым людям и бороться с темными силами. И ничто не должно отвлекать вас или сбивать с пути. Именно поэтому я требую надлежащего внешнего вида на занятиях! Никаких порванных одежд и растрепанных волос!
«Профессор Лао», который, конечно же, был лишь актером, ходил по невысокому пьедесталу, заведя обе руки за спину. Длинные полы тяжелых одежд мешали ему делать широкие шаги. Лун Ань замечал, как он путается в них, и боялся, что он оступится.
Ван Цин, который сидел за низким столом в соседнем ряду, навалившись на него всем весом, распахивал глаза все шире и шире с каждым словом учителя.
– Я не первый год об этом говорю, но все равно среди вас находятся те, кто не следует… – Величественно вскинув голову, профессор Лао не заметил на своем пути конец пьедестала, по которому передвигался, и его нога провалилась в пустоту, благо там было невысоко. – Ух, твою мать, – тихо сказал он, хотя Лун Ань все равно услышал, так как сидел прямо за первым столом.
Ван Цин низко опустил голову. Лун Ань повернулся к нему. За волосами было не рассмотреть, какое у него выражение лица, но этого и не требовалось. По дрожащим плечам и так легко было понять, что он смеется.
– Тихо! – скомандовал профессор Лао, прежде чем продолжить. – Я еще не закончил!
Вокруг было несколько столов, за которыми сидели молодые люди. Лун Ань смутно видел других учеников во время медитации, так что с подбором актеров вряд ли возникли сложности. У всех были длинные волосы и дорогие ханьфу. В этот раз он и сам надел тяжелые серебристые одежды в несколько слоев. Как и прежде, он не мог полностью увидеть себя во время медитации, но понять, что выглядел примерно так же, как окружавшие его юноши, было несложно.