Юноша глубоко втянул воздух. В голове был полный хаос, через который неожиданно для него самого начали пробиваться радостные нотки. Но верить в них он пока отказывался.
— Потому что им что-то от них нужно?
Та рассмеялась.
— И кто из нас после этого странный? Потому что они им нравятся.
Он нервно выдохнул, не зная, как на это реагировать. Покосился на её пальцы, сжимающие его руку. Посмотрел в глаза. И решился.
— Ты мне тоже нравишься…
Сэ Ян радостно улыбнулась и встала, потянув его за собой.
— Чего мы тогда ждём?
Они так и прошли весь путь до комнаты — держась за руки. Будь иначе, Геон Шин наверняка попробовал бы остановиться. Слишком много в голове было мыслей, порождающих сомнение и желание сбежать. Оказаться в своей тесной квартире и воспринимать всё здесь происходящее, как обычный сон.
Но дежурящий у лестницы работник вручил им ключ. Потом они вдруг оказались около двери и лязгнул замок. В следующее мгновение парень уже оказался внутри, а дверь за спиной захлопнулась.
Девушка отпустила его руку и сбросила на пол куртку. Крутнувшись, стянула с себя майку. Хитро глянула на его ошарашенное лицо. А потом подалась вперёд, потащив парня к большой застеленной кровати.
Секунда и Геон Шин почувствовал пальцами нежную кожу. Ощутил прикосновение девичьих губ. Водоворот мыслей, что до того разрывал сознание, моментально исчез. Без следа растворившись в первобытном диком инстинкте, который отчаянно жаждал выплеснуться наружу.
Глава XI
Утром мне позвонил Вэньмин Тан. Причиной для беседы якобы послужил потенциальный контракт с участием Су Ён, к которой предполагалось добавить ещё пару моделей для съёмок рекламы. Ролик снимался для продвижения корейского бренда закусок, который заходит в одну из крупных торговых сетей. А та, в свою очередь, успешно кредитовалась у Банка Шанхая.
Судя по тому, что китаец уже второй раз работал с рекламой, отношения между контрагентами в их стране несколько отличались от общепринятых стандартов. Потому как, в обычной ситуации, открывший кредитную линию банк, в организации рекламных кампаний участия не принимал. Да и во внутренние дела компании настолько детально не лез. А раз менеджер счёл это веским резоном для звонка, значит практика была распространённой.
Впрочем, суть его звонка естественно была в ином — он намекал на свой вопрос, решение которого пока не сдвинулось с мёртвой точки. Даже морской транспорт в процессе разговора умудрился упомянуть, напомнив про обещанную оплату.
Я же в ответ дал понять, что дел у нас сейчас много. И выделить какие-то ресурсы на проработку его задачи, в самое ближайшее время точно не получится.
Основания для этого у меня были веские и более чем реальные. Кханг Групп — это не Хёнде. Тем не менее ресурсов у них хватает, да и одно покушение они уже обеспечили. Которое запросто могло оказаться успешным, сложись обстоятельства чуть иначе. И от своих замыслов не откажутся. Более того — вовсе не обязательно, что следующая атака будет связана с «Ким и Шон». В прошлый раз те взяли на себя половину работы, обеспечив прикрытие в участке, который давно подмяли под себя и ликвидацию исполнителя. Но вот специалисты, что обработали У Рам Ха и снабдили его оружием, пришли со стороны клиента.
Не говоря о том, что прокурор, требующий от меня деньги, пусть и получал деньги от той же юридической компании, но с Кханг Групп никак связан не был. Как минимум с конкретным проектом, целью которого было уничтожение моей персоны. Все платежи и распоряжения по этой задаче проходили через Рьяна. Он же об этом сотруднике прокуратуры слышал впервые.
Всё это я снова и снова обдумывал по дороге в офис. Пытаясь понять, кто может скрываться за второй линией атаки? Сам прокурор ответил на моё вчерашнее сообщение ранним утром. Указав, что понимает проблему выходных дней и готов подождать до вечера среды, который станет крайним сроком для передачи денег. Всё, как я и предполагал — спокойное согласие, никаких вопросов и отсутствующие эмоции. Абсолютно сухой, бюрократический текст.
Вчерашние ремонтники не солгали — уложились точно в срок. Теперь моё рабочее место оказалось чуть смещено в сторону центра зала, а рядом располагались секции руководителей двух команд, в каждой из которых имелась возможность разместить до трёх дополнительных сотрудников. К ним примыкали дополнительные сектора — в случае с технической командой, рассчитанные на трёх человек, а у маркетологов — на пятерых. На самом же «приграничье» находились позиции стажёров.
Старые переборки рабочие снесли и поставили новые. От пола до потолка, с надёжной звукоизоляцией. Верхняя треть была выполнена из прозрачного пластика, чтобы дать доступ дневному свету. А заодно облегчить работу камер наблюдения.
Безусловно, я бы предпочёл сформировать более открытое рабочее пространство. Но уж слишком часто мы обсуждали вопросы, которые можно было доверить только узкому кругу людей. Размещать же руководство в отдельном офисе, предоставив подчинённым полную свободу, значило вывести глав команд из текущего рабочего процесса. Сейчас же они могли общаться со своими подчинёнными голосом, не поднимаясь из кресла. А при необходимости обсудить нечто важное — просто закрыть перегородки.
Сотрудники разбирались со своими новыми позициями и расставляли мелкие вещи, которые вчера осторожно упаковали в пакеты, переместив в соседнее помещение. У меня в отличие от них, ничего такого не было. Только несколько папок с документами, которые я выложил на стол и ноутбук.
Впрочем, приступить к рабочему процессу я не успел — снова завибрировал телефон. На этот раз звонил Га Рам Хур. Озвучив приветствие, политик сразу перешёл к делу.
— Помнишь, ты спрашивал про креатуру в одной государственной службе?
Откинувшись в кресле, я прислушался к тембру его голоса — судя по звучащим там ноткам, собеседник собирался озвучить нечто позитивное.
— Кто-то нашёлся?
Мужчина звучно хмыкнул.
— Можно и так сказать. Ввязаться в твоё дело он не против. Но просит решить одну его небольшую проблему, которая как раз по твоему профилю.
Я изобразил вздох.
— То есть наличия процесса, который прогремит на всю страну, ему мало?
Га Рам Хур коротко рассмеялся.
— Прогремит или сдуется с тихим пшиком — заранее не узнать. Станет понятно только потом, когда отыгрывать назад будет уже поздно. Поэтому он просит о небольшом одолжении.
На момент замолчав, добавил.
— К тому же, тебе это почти ничего не будет стоить. С такими-то талантами — разберёшься за пару минут.
О сути я уже догадывался. Тем не менее, на всякий случай уточнил.
— Реклама?
Мужчина цокнул языком.
— Она самая. То, что ты делаешь с закрытыми глазами и связанными руками.
Сделав паузу, продолжил.
— Чтобы потом не возникло лишних вопросов — к твоему долгу передо мной это никакого отношения не имеет. Надеюсь, по этому поводу у тебя иллюзий нет?
Я заверил его, что отлично помню о помощи с доступом к финансовым транзакциям офицеров участка, после чего мы договорились, что в течение дня ко мне заедет родственник того самого служащего внутренней разведки, который объяснит в чём именно состоит проблема.
В процессе выяснился ещё один нюанс — офицер, которого выбрал Га Рам Хур, служил в Ульсане. Впрочем, проблемой это не было. Для моей идеи годился абсолютно любой регион Кореи. Ключевой момент — надёжность человека, который обеспечивал операцию.
Закончив разговор, я пробежался по новым заявкам на биодобавку, отвечая на письма и внося данные в систему Чен Групп, откуда они сразу улетали в офис Ён Чена.
Суммы оплат росли. Равно как и количество денег на счетах «Бушующего Кита». Конечно, мы получали процент не от валового дохода, а от прибыли. Тем не менее, порядок цифр был значительным. С учётом контрактов, которые были подписаны в пятницу и за выходные, сегодня бюджет нашей компании должен был пополниться приблизительно на полторы сотни тысяч долларов. Плюс, приблизительно такую же сумму мы получим после поступления платежей от клиентов, которым я отвечал прямо сейчас.