— Ладно. Я спрошу. Чего ты от меня хочешь?
Я развёл руками.
— Всего лишь хорошей актёрской игры. Лучшей, на которую ты способен. Потому что от неё будет зависеть твоя жизнь.
Мужчина насупился, внимательно меня рассматривая.
— Даже если вы прижмёте одного их адвоката, это ничего не изменит. Понимаешь? Он сразу от всего откажется. А если получится как-то убедить, то просто не дотянет до суда. У них везде свои люди.
Вспоминая списки персон, которые получали деньги от юридической фирмы, я охотно в это верил. Конечно, насытить своими агентами весь государственный аппарат они не могли. Но помимо тех, кто работал на них напрямую, наверняка имелись группы влияния, которые пользовались услугами адвокатов. И в случае необходимости, могли оказать ответную услугу.
— О суде речи не идёт. Мне всего лишь нужно получить от него определённую информацию. Не более того. А потом он спокойно продолжит работать в «Ким и Шон». Ты же станешь нести службу в полиции. С той небольшой разницей, что вашим настоящим работодателем стану я.
Полицейский неверяще вздохнул.
— Да он тебе всё, что угодно пообещает, когда надавишь. Но сразу же сдаст назад, как только получит свободу. И всё. Одним таинственно пропавшим корейцем в стране станет больше.
Я медленно качнул головой.
— С этим я как-нибудь разберусь. Твоё дело — сыграть свою роль.
Секунду помолчав, продолжил.
— Теперь ты расскажешь мне всё о схеме, которую планировал провернуть с бедолагой из своего участка, обвинив его в покушении на убийство задержанного. После изложишь всё, что тебе известно об агентуре, внедрённой в профсоюз Бён Хо. А когда закончишь, мы обсудим детали нашей сегодняшней операции.
* * *
Дак Хва Ким не был единоличным руководителем фирмы. В «Ким и Шон» всегда были два сопредседателя — по одному от каждой семьи основателей. Но старый Ман Шик Шон, уже три месяца, как скончался. А его многочисленный семейный клан всё никак не мог определиться, кого они собираются выдвинуть на его место. Формальная процедура выборов, записанная в документах, само собой была иной. Тем не менее, установленную основателями традицию до сих пор не нарушали — голосовали строго за того кандидата, которого предложит та или иная семья.
Основной проблемой была необходимость единогласного утверждения со стороны всех совершеннолетних мужчин. И если когда-то это означало мнение всего нескольких человек, теперь требовалось привести к единой позиции два десятка фигур, среди которых имелось сразу трое кандидатов на должность.
Именно поэтому, Дак Хва просматривал отчёты безопасности в одиночестве. Да, напротив стоял глава службы, чьи руки подрагивали от волнения, но его можно было не считать. Списанный со счетов кусок мяса, чьи люди не смогли предотвратить вторжения. Шефа айти-отдела пожалуй тоже стоило заменить. Постоянно твердить о дисциплине и необходимости контроля персонала, чтобы потом его собственные подчинённые допустили подобный прокол — недопустимая ошибка. Хотя над этим ещё стоило подумать. Всё же персонал в айти был специфический. А вот у безопасника шансов остаться в строю не имелось.
Отодвинув в сторону бумаги, которые успел прочитать уже добрый десяток раз, председатель поднял глаза на глава безопасности.
— Одна девчонка, которая пробралась в здание. Может расскажешь, как так могло получиться? Почему двадцать шесть здоровых мужчин не смогли её остановить? Куда смотрели операторы наблюдения? Четыре пары глаз не смогли проследить за одним курьером?
Задавать эти вопросы бывшему офицеру полиции, который уже был списан со счетов, практического смысла не было. Но внутри Дак Хва бушевала ярость, которая требовала выхода. Лучше выплеснуть её на того, кто уже бесполезен, чем вывести из рабочего состояния относительно ценную фигуру.
— Простите, сонбэним! Мои люди сделала всё, что могли, сонбэним! Как только операторы сообщили, что она зашла не в тот офис, наверх сразу отправилась группа. Но потом камеры отключились и сработала пожарная тревога. А на пульт пришло уведомление о взломе охранного контура двадцать второго этажа.
Сделав паузу, судорожно сглотнул.
— Следуя инструкции, начальник дежурной смены принял решение в первую очередь обезопасить пентхаус и лично отправился наверх.
Дак Хва кивнул.
— Лучше бы он думать научился! Откуда на двадцать втором этаже могли взяться взломщики? С вертолётов высадились? Так на крыше у нас тоже пост охраны стоит! Или этот идиот решил, что они туда сквозь стены телепортировались? Подумать своим черепашьим мозгом он не пробовал? Сопоставить пожарную тревогу, отключение камер и сигнал о взломе с проникновением в отдел айти?
Шеф службы безопасности рухнул на колени и склонился, уткнувшись лбом в пол.
— Простите, сонбэним! Моя вина! Больше не повторится, сонбэним!
Глядя на него, председатель едва не озвучил, что в последнем точно уверен. По той простой причине, что больше глава безопасности отвечать ни за что не будет. Да и в целом, на этом свете задержится ненадолго. Но всё же смог удержать себя в руках.
Откатив кресло чуть в сторону, чтобы лучше видеть подчинённого, поинтересовался.
— А потом? Архив видеонаблюдения за последние три месяца утерян, но у меня распечатки с показаниями свидетелей. Они говорят, что девчонка спустилась вниз и её просто выпустили.
Подавшись вперёд, Ким шумно выпустил воздух.
— Она была одета, как шлюха и вела себя так же. Бельё при всех надела. Никого ничего не смутило? Откуда в этом здании взяться кисэн? Ночью? Когда никого нет? Их тут и днём никогда не бывало! Чем твои люди думали? Где ты их набрал? В зоопарке из клетки с шимпанзе вытащил и в форму одел?
Мужчина, что не отрывал лба от пола, мелко затрясся всем телом.
— Начальник смены был заблокирован в лифте. А тот охранник, что остался за старшего, он…
Чуть помедлив, продолжил дребезжащим голосом.
— Он подумал, что кто-то из руководства мог прибыть на вертолёте и привезти с собой девушку. Из числа тех, кто имеет доступ на двадцать второй этаж. Она ему на это и намекнула. И сказала, чтобы выпустил или распрощается со своей карьерой.
Дак Хва зло расхохотался. Встав на ноги, подошёл ближе к шефу безопасности.
— Выходит, теперь любая кисэн может переодеться курьером, войти в здание, обвести вокруг пальца кучку задротов из айти, что при виде женского зада теряют рассудок, и получить доступ ко всей нашей системе. А потом, как ни в чём ни бывало выйти через главный вход, запугав охрану их же руководством. Это ты мне хочешь сказать? По-твоему так должна работать надёжная система безопасности?
Его подчинённый приподнял голову.
— Никто не ожидал такого плана, сонбэним! Как можно было вообще предположить, что кому-то придёт в голову идея…
Договорить он не успел — в голову врезалась статуэтка, которую председатель схватил со стола и бывший начальник службы безопасности, с хрипом ткнулся лицом в пол. Дак Хва, чьи ноздри раздувались от гнева, несколько раз пнул его по рёбрам, вкладывая в удары всю свою силу. Потом ещё раз приложил статуэткой.
Выпустив пар, сделал шаг назад, с презрением смотря на распластавшегося человека. Когда-то он был неплох. Резал глотки, прятал трупы, даже пару раз похищал членов семей, чтобы было чем надавить на несговорчивых идиотов. Теперь же расслабился и стал размазнёй.
— Как можно было предположить? Да, запросто, тупой сын осла! У вас должны были иметься варианты на все случаи жизни! Кто мешал на каждый этаж поставить охрану? Хоть у каждой двери! Как будто вам когда-то финансирование обрезали! Идиот! А я ведь тебе предлагал год назад уволиться. Жил бы сейчас себе спокойно, жрал говядину и пил соджу со шлюхами.
Бросив статуэтку на пол, глянул на кровь, которая стекала по коже разбитой головы на пол и поморщился. Подойдя к столу, нажал кнопку на коммуникаторе, а когда дверь распахнулась, указал взглядом на тело.
— Убери его отсюда. И вызови главу отдела айти.