Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Нервничая, Маффин расплатилась с таксистом последними деньгами, которые у нее были. Она очень надеялась, что расходы себя оправдают. По телефону Кили Нова был очень дружелюбен. Он помнил Маффин, и когда она его спросила, всерьез ли он говорил, что представит ее тому, кто «сделает ее звездой», он засмеялся и сказал: «Конечно – если у тебя есть то, что нужно. Приезжай часа в четыре».

Вот она и приехала, хорошенькая и соблазнительная в атласных джинсах и блузке с рюшами, спадающей с плеч. Волосы, только что вымытые, спускались каскадом, все в завитках. Макияж был таким, чтобы выделялись ее широко распахнутые глаза и чуть надутые губы.

Под рукой она держала альбом со своим фотографиями. Прекрасные фото ее обнаженной, а не эти типа – раздвинь ноги.

У массивных входных дверей свисал длинный шнур. Она потянула его, и зазвучали колокольца, и залаяло множество собак.

Через некоторое время появился Кили.

– Надо было монстров на цепь посадить, – объяснил он. – Если ты им не понравишься… – он выразительно пожал плечами и изобразил, как перегрызают горло.

Маффин поежилась, идя за Кили в дом. На нем были белые джинсы и больше ничего, а спина была разукрашена свежими царапинами.

Она чувствовала себя неуютно. В доме была какая-то странная атмосфера.

– Как дела? – спросил Кили.

– Прекрасно.

– Я рад, что ты позвонила, уцепилась за то, что я тебе говорил. Садись – кокаинчику не хочешь немного? Мадам еще не готова.

Маффин рухнула на подушки, нормальной мебели в доме не было.

Кили уселся на корточки рядом с ней и достал маленькую коробочку с кокаином. Пересыпал немного в крохотную ложечку и протянул Маффин. Та взяла щепотку и втянула в нос. Стало щекотно, но Маффин уже несколько раз это пробовала, и эффект бывал чудесным.

Кили сделал то же самое, вздыхая от удовольствия.

– Я тут принесла с собой несколько фото, – решилась Маффин, протягивая альбом Кили.

Он быстренько его полистал.

– Ты фотогенична, прокомментировал он, – но та работа, о которой я веду речь, это больше чем сиськи и задницы.

Она молчала. Насколько больше? Он говорил, что ее сделают звездой и что она заработает кучу денег. Но каким образом?

Внезапно по всему дому пронесся вопль. Совершенный вопль – Кили!!!

Он подпрыгнул.

– Дама готова, – сказал он, мускулы лица искривились в нервном спазме. – Пошли, моя маленькая девочка. Деньги, слава, все, что я говорил. Пошли на пробу, бэби. Давай-ка проверим, есть ли у тебя то, что ищет леди.

Джону было не по себе, когда он обнаружил, что у Дай-аны есть не только агент, которому она платит десять процентов всех своих доходов, но и менеджер, отщипывающий еще по пятнадцать процентов.

– Смехотворно! – воскликнул Джон. – Мужик этот просто обдирает тебя.

– Чепуха, – возразила Дайана. – Он совершенно законный, с очень хорошими рекомендациями отменный бизнесмен.

– Кто рекомендовал его? – осклабился Джон.

– Дэниэль Онел, а у НЕГО дела идут не слишком плохо. С этим Джон спорить не мог. Все знали, что Дэниэль Онел, с которым Дайана сейчас снимается вместе, был одним из самых богатых в Голливуде актеров – с тех пор, как он перебрался из Англии, из страны чудовищных налогов.

– И все же я хочу сказать, – возмущался Джон, – что платить двадцать пять процентов своих доходов – это полнейшая дребедень. Я могу заняться твоей карьерой, и нам это не будет стоить и пенни.

Дайана расхохоталась.

– Джон, дорогуша – я обожаю тебя как любовника, но если ты думаешь, что я настолько глупа, чтобы отдать в твои руки свои финансовые дела, – забудь об этом.

– С Маффин у меня все это получалось, – доказывал Джон.

– Да? – ответила Дайана. – И чем же вы с ней можете похвастать?

Он умолк. С правдой не поспорить. Понадобится время, чтобы умаслить Дайану. По крайней мере у него есть крыша над головой, и все счета оплачены. А что придется делать, когда надо будет вносить очередной взнос за Кадиллак? И потом – когда Дайана кончит съемки, в которых она сейчас занята, и захочет вечерами прошвыривать-ся по городу? У него каким-то образом сложилось впечатление, что Дайана не из тех дам, которые в восторге будут, если самим придется платить по счетам.

Кармен Раш возлежала в центре огромной кровати треугольной формы. Комната была вся в черных тонах – стены, подушки, толстый ковер из меха. Дневной свет пробивался через верх – потолка не было, просто обширная гладь неба. Из скрытых динамиков в комнату струилась индийская музыка, исполняемая на гитаре.

– Хеллоу, – прошелестела Кармен глубоким, почти мужским голосом. Она подняла руку, прося тишины.

– Не говори ничего, пока я не включу магнитофон на запись – я хочу зафиксировать каждое слово – кто знает: когда-нибудь наш первый разговор, возможно будет стоить целое состояние.

Маффин судорожно глотнула. Она была ошеломлена! – что они там, в Уимблдоне, скажут обо всем этом!

– Мне остаться или уйти? – спросил Кили. Кармен уничтожила его взглядом.

– Убирайся. ТЕБЯ я на пленке не хочу. Пойди-ка сделай нам кувшинчик сока из черной смородины.

Она уставилась на Маффин тяжелым взглядом.

– Подойди и сядь сюда, на кровать, дай-ка мне узнать тебя. Посмотрим, настроены ли мы на одну волну.

Кили слегка подтолкнул ее, и Маффин, словно на ватных ногах, подошла к кровати и уселась на краешек.

Она не могла не смотреть на Кармен. Женщина эта выглядела очень странно, лицо ее было белее белого, глаза накрашены на египетский манер, и губы, словно кровь. На ней было нечто вроде кафтана – черного, естественно, цвета. А иссиня черные волосы увязаны были во множество мелких косичек.

Маффин всегда была ее поклонницей. У Кармен Раш, когда она пела, был невероятно красивый голос. И кроме того, она была одной из немногих в мире женщин-звезд, на которых можно беспроигрышно ставить деньги.

– Тебе сколько лет? – спросила Кармен.

– Двадцать, – пролепетала Маффин.

– К счастью, ты выглядишь моложе, – заметила Кармен, изучая ее прищуренными глазами.

– О да, – быстро согласилась Маффин, – мне всегда говорят, что я выгляжу значительно моложе.

– Тебе Кили рассказал что-нибудь?

– Нет, не особенно, я тут принесла несколько фото. Она подала альбом Кармен, которая долго и внимательно изучала каждый снимок. Внезапно Маффин захотелось, чтобы Джон был рядом. Она чувствовала себя не в своей тарелке и очень одинокой.

– Мне нравится твое тело, – сообщила Кармен как бы между прочим, – немного полноватое, но мне это нравится. Зрителям понравится. Малышка Мисс Обыкновенная – такая девушка, в которой они увидят нечто очень жизненное. Разденься, дорогуша, и пройдись для меня по комнате.

Просьба была неожиданной. Маффин заколебалась.

– Ты ведь не робкая, не так ли? – холодно поинтересовалась Кармен.

– Нет, конечно, нет. Я просто полумала… ну, для какой работы прохожу я эту пробу?

– Куча денег. Куча славы. Тебя две эти вещи интересуют?

– Да… но…

– Нас здесь две женщины, – голос у Кармен стал нежнее. – Я не считаю тебя просто куском мяса, но я должна разглядеть твое тело.

– Хорошо, – в голосе Маффин зазвучала вымученная храбрость.

Она встала и расстегнула молнию на атласных брюках, выбралась из них, делая вид, будто ей все равно. Потом – блузка, спустила ее, и оказалась совершенно голой.

Кармен уставилась на нее.

– Походи вокруг, – скомандовала она.

Маффин сделала так, как ее просили, удивляясь, почему она ощущает себя еще более обнаженной, чем когда-либо прежде в своей жизни.

– Отличные груди, заметила Кармен, – короткие ноги. Мне нравится такое сочетание. Мне нравится твое лицо.

– Я могу одеться?

– Нет пока. Мне еще надо посмотреть.

– Еще?

– Маффин, дорогая, Кармен говорила намеренно медленно, – мне кажется, ты и есть та девушка, которую я ищу.

– Да?

Маффин не знала, должна она быть довольна этим или нет. Все это было очень странно. Вышагивая совершенно голой перед кинозвездой. Может, все это шутка. Какую такую работу Кармен может иметь для нее?

50
{"b":"90940","o":1}