8 Глава: Леон Сальери
Когда моя дочь лежит в этой комнате. Не могу найти себе место. Наблюдать за ней, сущий ад.
Когда Масси обнаружил, что у Дианы забилось сердце, для меня этот день стал как ее второй день рождения. Полный радости и надежды.
Услышав дверной звонок, я поднял глаза к потолку и пошел открывать.
— И снова ты, — бросил слова в сторону дракона, который у меня вызывает негативные эмоции.
Засранец не удостоив меня приветствием, направился к моей дочке.
Когда моя жена разрешила ему сидеть у ее кровати, и он стал держать ее руку. Рассказывает ей о своем дне. Я ходил по дому в бешенстве.
Каждый день он возвращается сюда, итак на протяжении долгого времени. Он никогда не пропускал дня.
Даже когда появились круги, как у панды его это не останавливало. Ему определенно нужен сон и подстричься.
Или иначе он пораньше познакомиться с могилой.
Даже когда я его выгонял, этот полоумный настраивал против меня мою красавицу жену. А сыне предатели и речи быть не может. Встал сразу на сторону этого уродца, что крутится тут и днем и вечером.
Эллен, постоянно говорит, что я должен стать к нему добрее, так как он является мужем моей единственной кровинушки.
Ага, сейчас я не намерен быть с ним добрым и пушистым.
Он слишком холоден для дракона, что странно, хотя вывести его можно за несколько секунд. Слишком невозмутим, чтобы мне нравится.
Я бы давно скинул его с обрыва или закопал под березкой в лесу. Если не одно, моя дочь за последнее время начала на него смотреть с влюбленными глазами, как будто он единственный мужчина.
Каждый день на протяжении всего их брака, задавался вопросом, почему именно этот урод, стал ее мужем.
Зайдя в комнату, я вижу туже картину, что наблюдал все это время.
Но с одной поправкой, звучит писк, что показывает сердцебиение Дианы.
Наблюдая за ним, не могу заметить, что он сильно похудел. Он почти не ест и не спит. Его родители прилетели и следят за ним. Каждый день он ходит на работу как зомби.
Единственная кто его держит в этом мире, так это моя красавица дочь, которая к сожалению является его женой. Если не этот факт, хрен бы я ему открыл дверь.
Моя дочь намного сильнее свое мамы. И я верю, что она выкарабкается.
— Леон, оставь их, — произносит жена, медленно поглаживая меня по спине. — Идем, поедим.
Эллен всегда была моим всем с тех пор как я украл ее у алтаря, где она должна была выйти замуж за другого.
Столько лет в браке она вызывает во мне горячую потребность быть рядом с ней.
Поцеловав свою жену, я виду ее наверх.
9 Глава: Кириан Лонг
Когда зазвонил телефон и Массимуэль сообщил, что сердце Дианы забилось, я потерялся в пространстве.
Голова не соображала от этой информации и не хотела воспринимать услышанное.
Придя в себя, я рванул к ней.
Подойдя к двери и надавив на звонок, начал ждать когда этот тритон, что к сожалению является ее отцом соблаговолит мне открыть эту чертову дверь.
— И снова ты, — сказал он.
Не удостоив его взгляда, направился сразу к жене.
Открыв дверь, я услышал звук.
— Спасибо, — прошептал, закрывая за собой дверь.
Присев рядом с ней, взял ее за руку. — Спасибо, оленёнок, спасибо.
Смотря на ее безмятежное лицо, погруженное в бесконечный сон. Мои глаза полны боли и любви, взор устремлен прямо в глубины ее существа, словно я хочу углядеть ее душу сквозь закрытые веки.
Опустив ее руку, я сжимаю кулаки, стараясь сдержать потоки эмоций, которые волнуют мое сердце.
Слезы дрожат на грани ресниц, но я сижу неподвижно, словно боюсь разрушить хрупкую тишину этого момента.
Я ощущаю горечь отчаяния и сладость надежды одновременно — я храню в себе пламя веры, что она снова вернется ко мне.
— Любовь к тебе становится для меня проводником через мучительную пустоту, — шепчу я.
Я чувствует, как каждое мое сердцебиение напоминает тоску, заставляет дрожать от волнения.
— Хочу увидеть твою улыбку, твои глаза. Обещаю новое начало и счастье, которое мы разделим вместе. Для меня ты — свет во тьме, моя надежда в безмолвии, моя любовь вечная и неувядаемая.
Спустя долгое пребывания рядом с ней. Меня зовет Эллен.
Поднявшись наверх, она разогревает мне поздний ужин. Чему я очень благодарен.
— Подкармливаешь его? — спрашивает Леон, заходя на кухню.
— Леон, прекрати.
— Да, я тут причем. Это все он, — указывает в моем направление.
— Господин Сальери, вы точно соответствуете своему возрасту? — спрашиваю я, накручивая спагетти на вилку.
— Причем мой возраст?
— Ну как же, ведете себя, как ребенок, у которого отжали машинку.
Смерив меня гневным взглядом, он сел напротив меня.
— А я как погляжу, у тебя настроение поднялось? — интересуется он.
— Да, — повернувшись к Эллен, я поблагодарил ее за еду.
— Вы поглядите, он еще к моей жене подлизывается.
— Не нервничайте господин Сальери, вам вредно, возраст и все дела. Не хотите к морю слетать позагорать, нервишки подлечить? Я оплачу.
— Я тебя сейчас на другой континент отправлю посылкой. Пусть тебя там полечат, приведут в порядок, а то выглядишь как леший после запоя. В зеркало себя давно видел?
— Красавчик.
— Говорю же пусть полечат. Окулист будет первый в твоем списке.
— Леон, Кириан хватит, — вмешивается Эллен.
— Договорились, я поеду зрение проверять, а вы позагорать. А то вид у вас больно бледный, — продолжил я, несмотря на протест Эллен.
— Я тебя сейчас черныш отправлю загорать в Новую Гвинею. С папуасами будешь гоняться голышом наперегонки.
Пытаясь сдержать свой гнев, чтобы не убить этого тритона здесь и сейчас.
Я направляюсь к выходу.
10 Глава: Беркут
Среди могучих деревьев, утопленных в молчаливости леса, располагается склеп, словно забытое веками место покоя. Его каменные стены поглощают свет, создавая атмосферу таинственности и уединения.
Пройдя дальше, замечаю, что над склепом колышутся ветви деревьев, отдаётся визг далекого ветра, словно призрачные голоса душ, покидающих этот мир.
Здесь создается ощущение надвигающегося ненастья, словно эхо прошлых страшных событий, вдохновляющих ужас и трепет.
Пройдя сквозь мрачные двери склепа, я погружаюсь во тьму, облегченную лишь древними свечами, их свет создает тени, прятавшиеся в углах, и странные отражения на стенах, словно прообразы душ вечно заточенных в этом забытом месте.
Потускневшие реликвии и предметы, поставленные мною на алтаре, кажутся словно паутина времени, удерживающая склеп в своих невидимых узах, излучая тень прошлого, которая тянет свои нити ко всем пришедшим в это место.
— Здравствуй, отец. Надеюсь, тебе здесь нравится. Солдаты, что остались живы и не приняли сторону Лонга, возродили это место для тебя, для своего господина.
Отойдя чуть дальше, я провожу рукой по камню, где выгравировано — Антонио Беркут.
— Я клянусь тебе отец, что Лонг умрёт, — кладу руку на грудь и склоняю голову. — Он, не имел права забирать твою жизнь. Андре Лонг не имел права, так поступать с моей мамой. Каждый из Лонгов падёт. Диана Лонг мертва, — ухмылка расплывается на моем лице. — А теперь и её муж, что отправиться вслед за ней. Андре Лонга оставлю на самый конец. Я получу массу удовольствия наблюдать за их участью.
Ленивым движение, я продолжаю, обводит гравировку и думать обо всем, что так хочу воплотить в жизнь, ради своего отца.
Я это сделаю. И никто меня не остановит.
— План, что был мною разработан, вступил в свое полное действие. Теперь остаётся только ждать. А для меня это не проблема.
Бросив взгляд к выходу, решаю, что пора уходить.
— Я не совершу твоих ошибок. Я не стану бить в открытую.
11 Глава: Диана Лонг
2 недели спустя.
Мое сознание плавает в тумане, я ощущает, что что-то изменилось в моем мире, в моем теле и разуме.
Медленно переосмысливаю свои мысли и чувства, словно пытаясь соединить потерянные нити реальности.