— Люцифер, я, кажется, не поняла. Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой на верную смерть и участвовала в этой мясорубке? — грубо его перебила. Только смертники с такой лёгкостью пошли бы так дерзко против самого Дьявола. И слава «Дьяволу», у меня был инстинкт сохранения, да и небытие не было похоже на мои мечты, тем более в связи с последними событиями такая перспектива совсем мне не симпатизировала.
— Научись сначала не перебивать, женщина, — как-то грубо и с нетерпением изрёк сын Сатаны. — Всё это время ты и твой женишок можете жить в своё удовольствие на земле. Однако к тому времени, как я свергну старика, вы вернётесь в Ад и будете верой и правдой служить своей родине, так понятней?
На несколько минут я замолчала, внимательно слушая его предложение. Сказанное им было весьма заманчиво, хотя по прежнему я искала в нём подвох, но судя по его намерениям он говорил действительность. Ведь Сатана сидит на своём троне далеко не одну тысячу лет и верных последователей нужно искать безмерно долго, тем более, что большинство из них не будут такими сильными как те, что в данный момент находятся в его совете, поскольку разве умный и сильный Адмирон согласится на такое?
— То есть ты не докучаешь нам, как твой отец, даёшь обещание, что всё это время он нас не тронет, взамен я и Геральд, будучи Адмиронами, в нужный срок должны вернуться и занять свои посты? — приподняла бровь, всё ещё не веря, когда демон хлопнул в ладоши.
— Не думал, что мы потратим так много времени на это. Проверь договор, там всё это прописано, если так мне не доверяешь, — резюмировал Люцифер.
Раскрыв третий раз пергамент, глаза прошлись тщательно по тексту. Всё было так, как и сказал Люцифер, по сути это то, что я и должна была делать в будущем, только раньше, чем планировала, и наконец нам с Геральдом никто не будет мешать. Этот договор был действительно хорошим выходом. Единственный выделенный тёмным шрифтом момент заставил улыбнуться. «При разглашении информации договора Сатане нарушитель обязуется отдать свою душу бездне на вечные муки». Это было понятным, да и какой здравый демон на это пойдёт.
— Хорошо. Но смотри мне, Люцифер, без подводных камней! — гаркнула на него, вызывая смех. Ещё раз сверив документ, порезала ритуальной иголкой палец, размазывая кровь по пергаменту, когда сам демон повторил за мной.
— Что ж, тогда тебе придётся подвинуться, поскольку схожий подарок судьбы я так же предложил дочери мамона, — он ехидно рассмеялся, вспоминая обаятельную ведьмочку и чувствуя прилив сил не там, где это было нужно.
Оно и не мудрено. Если он действительно порывался свергнуть отца, ему нужна была новая молодая знать, которой он сможет доверять. Демоны, имеющие высокие посты, те, кто в здравом разуме останутся в стороне во время пепла и в назначенное время станут поодаль, верша правосудие, подобно всадникам.
— Ты знаешь что-нибудь о его разногласиях с Геральдом? — бросила невзначай в догонку демону, когда, надкусив яблоко, Люцифер ухмыльнулся и развернулся ко мне в пол оборота.
— Понятия не имею, а знал бы, говорить не стал. Была бы отличая тема шантажа, — он поджал губы, разворачиваясь к двери. — То, что у них взаимная неприязнь и дураку понятно, но думаю, скорее всего дело в его отце.
Появились ещё вопросы, однако Люцифер поспешил скрыться, действительно мало, что знал. Мне же это стало новой почвой для размышлений, я ведь ничего не знаю о семье мужчины, с которым в будущем планирую своё бессмертие, не считая того, что отношения с отцом не шибко складывались, и он бросил их когда Геральд был подростком. Задумавшись, не заметила как из-под рубашки протянула цепочку, разглядывая амулет, напрочь забыв о его существовании, вещь была увесистая — дорогая. Возможно она имела бо́льшую ценность, чем ту, на которую выглядела.
****
Прошли ещё три дня, прежде чем Уфир соизволил меня выписать и отпустить домой, где недолго отдыхая, я сразу же получила приглашение на ужин к матери Геральда. Сказать, что это было подставой чистой воды, это всё равно, что ничего не сказать. Нам не удалось по понятным причинам встретиться после визита Уфира, когда он выкинул такое.
Проблема была не в моем состоянии. Поскольку я полностью оправилась, всё ещё не решаясь с кем-то обсуждать небытие и не в том, что мы целую неделю не виделись, перебрасываясь короткими письмами, а в том, что я совсем ничего не о ней не знала и понятия не имела, что надеть, преподнести в качестве подарка, да и на какие темы нам придётся разговаривать.
Подойдя к огромному шкафу, взглядом прошерстила висящие на вешалках наряды, которых было там ровно половина, большую часть одежды Геральд перевёз к себе домой, показывая серьёзность своих намерений. Мне хотелось выглядеть по особенному. Утонченно, элегантно, но не вычурно, словно я пытаюсь перед кем-то выпендриться, также было важно удобство. Геральд весело меня отфутболил, оставив лишь адрес.
— Твою мать! Геральд, я тебе это припомню! — грозно крикнула, скидывая оставшиеся пять вешалок с платьями, что висели в шкафу, к остальным.
— Чего кричишь? — мама вошла в комнату с чехлом в руках, мягко улыбаясь.
В последнее время мы очень сблизились и стали больше понимать друг друга, в отличие от того, что было раньше, когда гораздо проще было убежать, не пытаясь что-то исправить, но в последнюю неделю она стала более мягкой и улыбчивой из-за своего интересного положения.
По приезде из больницы меня огорошили новостями, в семье Уокер заведомо ожидается пополнение. Была ли я в шоке? Конечно. Рада ли я была? Конечно. Как минимум потому, что была не против потискать симпатичного демонёнка, внутренне зная, что ближайшие лет двадцать своего у меня не будет. Тем более видеть счастье родителей тоже приятно. Да и потом, это бы значительно ослабило давление отца на Геральда, да в целом плюшек из ходя из всего много.
— Я ничего, а вот Геральд, — глубоко вздохнула, сжимая пустую вешалку в руках до треска, сильнее закипая. — Мам, ну кто так делает! Он мог хотя бы не за день перед фактом поставить?
Откинув вешалку в сторону шкафа, не обратила внимание на глухой треск метала, что поцарапал дерево. Метнулась к кровати, в пути снимая с себя халат, оставаясь в одних спальных штанах и спортивном топе, устало откидываясь на подушки, что лежали на кровати. Внутри возникло дикое желание связаться с этим умником и сказать, что всё ещё болею.
— Иногда нужно поставить перед фактом, чтобы добиться какого-то результата, — она пожала плечами, расстёгивая серый чехол с названием небезызвестного бренда.
— А, так вы спелись! — громко рассмеялась, было необычно видеть саму Ребекку Уокер, защищающую того, кто пока что даже не являлся моим мужем, да и с такими выкрутасами не факт, что им станет. Однако весьма любопытно, как ему удалось её завербовать, эту непроницаемую по отношению к другим женщину.
Мама улыбнулась, возможно из-за хорошего настроения, может быть она чудесно позавтракала, может шалят гормоны, а быть может всего лишь согласилась и приняла как данность мои слова, ну что ж, тем было лучше, ведь если она уверена в нём, то папа, пускай и не быстро, но сможет к нему расположиться, убеждая о его добродетели.
— Что ты переживаешь? Ты же Уокер, а это не в наших правилах, — её улыбка стала шире, когда она протянула мне платье. — Надень и успокойся. Даже если его мама какая-нибудь мегера, вспоминай, что больше раза в год видеть её не будешь.
Я улыбнулась, такие перемены настроения мамы мне нравились, эта поддержка была бальзамом на душе. Ведь и правда, я должна быть собой, может понравлюсь ей? Ну ладно. Геральда это от меня не оттолкнет, и ей придётся смириться. Хотя как я ей могу не понравится? Я усмехнулась, всё таки у мамы получилось вытащить мою уверенную в себе Вики на поверхность.
Это было нежно-коричневое кожаное платье чуть ниже колена с разрезом на бедре и немного выпирающими плечам. Все образы в закреплённой группе. Оно идеально подчёркивало мой стройный силуэт, длинные ноги и грудь третьего размера. Под него идеально подошли бежевые лодочки, когда мама помогла сделать низкий пучок с искусно выпирающими прядями, что идеально подходили под образ, придавая мне больше женственности. Из макияжа я предпочла ничего кроме губ не трогать, обрамляя их в алую помаду.