– Но вы же собирались полностью погасить кредит через три месяца? – воскликнула я. – Как это возможно?
– Я ошибся. Будем погашать ежемесячно пять или семь лет.
– Вместе с Камиллой?
– Да.
– Вот именно поэтому я и намеревалась взять её гарантом, – выложила я свои карты.
Мурат ушёл из нашего офиса опечаленным, а Жанель – озадаченной.
Не успели мы как следует обсудить за чаепитием внешность новой пассии своего закадычного заёмщика, как в офис прибежала запыхавшаяся Камилла.
– Вы принимали моего бывшего мужа вместе с его любовницей? – накинулась она на ни в чём не повинную начальницу, то есть на меня.
– А вы постоянно за ним следите, да?
– Нет, не слежу, я случайно узнала, – неуклюже соврала она, – но вы не должны были с ней разговаривать.
– Плохо представляю, на каком основании могу отказать в аудиенции посетителю, – развела я руками, – они же не домой ко мне в гости пришли. И потом: Мурат вам пока ещё никакой не бывший муж, а по закону самый настоящий.
– Никакой он не настоящий, он со мной пять лет сексом не занимался.
– Как пять? Даже не восемь? – удивилась я.
– Почему вы всегда придираетесь к цифрам?
– У меня работа с цифрами связана.
– Я вам доверяю, значит, вы не должны их консультировать против меня. А зачем, кстати, они приходили?
– Попросить, чтобы я вас не консультировала против них, – с улыбкой произнесла опытный консультант по бракоразводным делам.
***
Компромисс был найден только в январе, когда шумные кофейни опоясались красными шарфами, а рано спускающиеся сумерки блуждали в бесчисленных огнях праздничных гирлянд. Супруги решили поделить участок на две части, Камилла получила у нас кредит в размере 10 000 000 тенге и передала их Мурату для строительства дома. Пусть его новое жилище выйдет и не таким большим, как доставшееся ей фамильное гнездо, но ведь по сценарию и дети у него будут только гостить, а жить – с матерью.
Решение было справедливым и приемлемым для обеих сторон, хотя в действительности трудно себе представить разграничение опеки над детьми или зоны их тотального пребывания, учитывая, что два родительских дома будут стоять в непосредственном соседстве. Нам оставалось просто повеселиться, смакуя интриги, которые строили супруги накануне развода.
А следующим летом меня навестила неожиданная посетительница – высокая стройная девушка с длинными густыми чёрными волосами и огромными того же цвета глазами над пухленьким ротиком. Легкомысленное цветастое летнее платье обрисовывало обольстительный девичий стан, тонкая шея над низким вырезом кокетливо подчеркнута лёгкой шелковой косынкой Frey Wille. Она застенчиво улыбалась, а глазищи радовались моей скромной персоне, как будто мы были заядлыми подружками.
– Помните, я приходила к вам с Муратом? – начала она тонким голоском. – Он хотел взять кредит. Но это мне было совсем не нужно. А вот теперь мне нужен кредит, и я к вам обратилась.
– Разумеется, мы для этого и держим открытыми двери. Опять на общий с Муратом бизнес? – скептически спросила я, памятуя о неудачном выступлении пары в прошлогоднем сезоне.
– Нет, с Муратом у меня всё закончилось. Мы больше не встречаемся.
– Печально, – пробурчала я и невпопад добавила, – наверное.
– Нисколько, – девушка лучезарно улыбалась, – мне не нужны эти отношения: он старше меня, женат, у него дети, я найду себе молодого и холостого.
– Очень разумные рассуждения, – похвалила я красотку.
– Он просто был всегда таким настойчивым, что я не могла отказать, а потом набралась сил, – по гостье было видно, что она высоко оценивает свой подвиг, – он вернулся к жене, теперь они опять вместе.
– Вот это поворот, – не удержалась я, – насколько мне известно, он строит новый дом.
– Да, строил, пока я ещё поддерживала с ним связь. Но зачем мне ехать в этот дом по соседству с его женой?
– Согласна, каждый день будет новый спектакль.
– Я работаю фармацевтом уже пять лет. У меня своя квартира, я хочу заложить её и взять кредит на бизнес. Мы с подругой хотим открыть свою аптеку.
– Тогда рады вас приветствовать и позвольте пожелать вам всяческих успехов, как на ниве бизнеса, так и в личной жизни, – из меня вдруг полились тексты поздравительных открыток.
Жанель получила кредит и аккуратно его погасила, где-то между 25 и 28 ежемесячным взносом удачно вышла замуж и, наверное, забыла свои приключения с женатиком. Мурат и Камилла тоже, как всегда, досрочно погасили свой заём. Они тоже забыли или притворяются, что забыли, историю своих злоключений и живут счастливой жизнью в том самом коттедже, который не могли разделить путём мирных переговоров. Видимо, решили так: раз дом поделить не получается, значит, и брак расторгать незачем. Ну и правильно! Жизнь продолжается, а вместе с ней и работа; значит, наши двери всегда открыты для любимых клиентов вне зависимости от их семейного положения.
Мужья и жёны обладают удивительным свойством появляться в тот момент и в том месте, когда их присутствие крайне нежелательно. А когда в них возникает острая необходимость, у этих загадочных людей есть привычка внезапно исчезать. Но при любых обстоятельствах важно помнить о супружеском долге, особенно если вы собрались предоставить в качестве залога имущество, приобретённое в зарегистрированном браке. Практика показывает, что кое-кто не хотел бы посвящать дражайшую половинку в детали своего бизнеса. Это возможно, если вы получили свой залог в наследство или в дар. В остальных случаях, увы, согласие супруга на залог – суровая необходимость, контролируемая законодательством. Часто случается, что волей-неволей и кредит погашать им тоже приходится вместе. Вывод: берегите семью!
Была у нас среди клиентов одна очень дружная, а главное – очень весёлая семейная пара. Звали их Денис и Юлия. Вроде бы оба адекватные, работящие.
Юлия – жизнерадостная болтушка-хохотушка. Этот незамысловатый, но излюбленный в классической русской литературе персонаж часто играют натуральные блондинки. Долго сидеть на одном месте она не могла, постоянно перескакивала с одной табуретки на другую, с кресла на диван, осваивая новые места, точно так же, как и не могла долго держаться одной темы. Нехитрые мысли неунывающей женщины обладали не меньшей энергией, нежели она сама. Путь от мыслительного процесса до артикуляционного аппарата был недолгим, поэтому она умудрялась говорить сразу о нескольких вещах, постоянно перемешивая темы и предметы обсуждения, путаясь в показаниях и путая следователей в лице сотрудников МФО.
Светлые волосы к концам выгорали, а на корнях были темнее, что свойственно натуральным волосам без добавления красителей. Юля укладывала щипцами локоны волнистых от природы волос, спадавших каскадами ниже плеч, делала это наспех, поэтому не всегда получалось идеально, но общее впечатление создавалось милое и непринуждённое. Поскольку дамочка голову в одном положении долго удерживать не стремилась, кудри постоянно находились в движении, план каскада менялся, и эта живая картина добавляла очарования её имиджу. Предположительно, в жилах предков девушки со стопроцентными славянскими паспортными данными когда-то протекала кавказская кровь. Нос у нашей героини был тонкий, скульптурный, с приятной горделивой горбинкой, а глаза огромные каре-зелёные, с длинными чёрными ресницами. Образу натуральной блондинки, да ещё и болтушки обычно соответствуют курносый носик и светлые весёлые глазки, но на демонстрируемой табуретке размещён не художественный вымысел, а нон-фикшн-экспонат.
Юля одевалась всегда со вкусом и достатком, что не должно удивлять читателя, учитывая, что героиня являлась самоотверженной труженицей торгового бренда, владеющего сетью бутиков по городу. Она подбирала, казалось бы, самые простые вещи, которые выглядели очень оригинально и в то же время органично. Например, пиджак букле с яркой сорочкой и тёмной юбкой. Или брюки в крупную чёрно-белую клетку со свободным пуловером. Как я могла наблюдать, Юля предпочитала всем другим нарядам водолазки с пиджаком. Не знаю, сколько у женщины было разных водолазок в гардеробе, но я насчитала не менее 15, это при том, что встречались мы даже не каждый месяц.