Спасибо, что без комментариев. Прогресс.
Раскладываю контейнеры из ресторана, Марта достаёт тарелки. Сервируем стол и набрасываемся на еду вдвоём. Девочка-то голодная. Я понятно – мой организм надо кормить регулярно и качественно. А эта крошка сколько не ела?
В тишине заканчиваем есть, Марта моет посуду. Наконец вытирает руки.
– Спасибо тебе за всё, Лёш.
– Спасибо меня в губы не поцелует.
Марта медленно идёт ко мне. Да ладно? Неужели! Не спугнуть бы.
Встает на носочки и целует в угол рта.
– Э, нееееет, халявщица, так не пойдёт.
Беру в руки её лицо и целую нормально, раздвигаю её губы языком. Да, девочка моя вкусная. Не сопротивляется, ура! Ой, а ручки поползли по плечам к шее. Мягкие, нежные мои ручки. И тут она ногтями проводит по затылку. Клапан срывает.
Хватаю её под попу, сажаю на кухонный стол, сам встаю между её ног. Какая же маленькая. Провожу рукой по спине вдоль позвоночника, губами скольжу к щеке, подбородку, целую шею. И тут её дыхание меняется, похоже нащупал чувствительное местечко. Да! Покусываю и тут же зализываю, веду губами вверх к ушку, захватываю мочку. Дыхание всё тяжелее, выдохи – длиннее. Посасываю.
– Ааах…
– Да, моя хорошая, постони чуток, красиво-то как!
Член стоит колом, от этого стона готов был кончить в момент. Сейчас, главное, не спугнуть.
Глава 11. Самостоятельность.
Алексей
Поздно.
Стоило на секунду расслабиться, как кошка напряглась, начала меня отталкивать.
– Ты чего, девочка моя?
– Нет-нет, хватит, не надо, Лёш.
– Почему не надо-то? Всё же хорошо, тебе нравилось, мне тоже.
– Лёш, нет. Всё. Спасибо за всё, но тебе пора.
– Да твою ж налево!
Марту сейчас спасает только моя армейская выдержка, потому что гормоны бьют ниже пояса, и голова уже давно не соображает.
Иду в коридор, обуваюсь, забираю инструменты и спускаюсь в машину. Бесит не столько то, что мы до постели не добрались, сколько то, что сопротивляется просто так. Я ведь нравлюсь, оба взрослые люди. Мои чувства к ней тоже не скрываю. Надо успокоиться. Терпи, Лёха, терпи. Оно того стоит, ты знаешь. Нам абы кого не надо, а тут ещё – хрен завоюешь. И, кажется, я понимаю откуда восемь лет затишья и почему вибратор в ванной.
– Стерва! Красивая, вкусная, моя, но стерва! – закуриваю и завожу машину.
Марта
Что это вообще было? Трусы хоть выжимай. Так не пойдёт, я же решила, что нам не по пути. Не хочу ждать, нервничать. Отчего же так трясет-то тогда? Сердце чечётку отбивает, коленочки дрожат, губы горят. Смотрю в зеркало на себя. Зрачки расширены, а на шее, похоже, засос. Ух!
Умываюсь холодной водой, прихожу в себя.
Итак, инструменты забрал, психанул, что отказала. Ну, в принципе, логично. Как я и говорила, не переломилось – и сбежал. Надо поработать и прекратить забивать себе голову ложными надеждами.
Вот только ни через час, ни через два, да даже через три ничего не меняется. Поработаю десять минут, и зависаю в своих мыслях. Целуется-то спецназовец – огонь! А тело какое! Слюни текут от одних воспоминаний, кончики пальцев так и горят. А делать-то теперь что?
Для начала снимем напряжение и выспимся. Да!
Иду в ванную, беру из шкафчика своего верного друга на батарейках. Раздеваюсь, ложусь на кровать. Стоит только закрыть глаза, сразу представляю жаркого спецназовца. Объёмные мышцы, выпирающие вены на руках. Провожу рукой по груди, зажимаю сосок между пальцев, второй рукой опускаюсь к клитору и начинаю мягко его массировать. Лёша меня завёл не на шутку. Беру вибратор, провожу им по телу, и каждое прикосновение по разным точкам отзывается внизу. А я представляю, что это Лёша скользит слегка шершавыми пальцами по шее, груди, рёбрам, дрожащему животу. К тому моменту, когда достигаю чувствительной точки между губок, я уже как оголённый искрящийся провод. Закрываю глаза, вспоминаю поцелуи спецназовца, его губы на шее. Буквально несколько движений по клитору – и я взрываюсь, оргазм приносит облегчение, но оставляет лёгкое чувство неудовлетворения.
Чувство такое, что ты вроде и поел, и сыт, но было так невкусно, что хочется «переесть» сначала. Так и тело насмехается, как будто спрашивает: кого ты обманываешь? Вибратор с классным мужиком-то не сравнивай!
Так, всё, на сегодня хватит! Укрываюсь одеялом и засыпаю. Бессонная ночь, стресс сказываются.
Просыпаюсь я рано утром, только-только начинает светать. Просыпаюсь от собственных ощущений. Я вся вспотела, тяжело дышу. Приснится же такое! Да я возбуждена!
Со стоном закрываю лицо второй подушкой. Мне снилось, что мы закончили начатое на кухонном столе. Снилось, как спецназовец меня ласкал, целовал, сжимал грудь. Рефлекторно сжимаю грудь рукой. Соски так и ноют, требуя ласки.
Встаю, иду на кухню. Попью водички, успокоюсь и продолжу спать, да! Это просто эмоциональные переживания так сказываются!
И мне правда удаётся уснуть и проспать до самого будильника. Голова ясная, а вот тело ломит, как будто я в напряжении несколько часов пролежала или тренировалась.
Новый день начинаю с контрастного душа, чтобы вернуть телу нормальную чувствительность. Кофе с молоком, омлет, и – за работу.
К обеду вспоминаю про машину. Лёша вчера говорил, что сам ей займётся, но с учётом того, как мы вчера расстались, думаю, маловероятно, что сегодня он будет возиться с моими проблемами. На самом деле, он ведь и так неслабо помог, ну а дальше сама, в конце концов, я взрослая.
Звоню в ГИБДД, чтобы узнать где забирать авто. Ещё же штрафстоянку оплачивать! Дорого же мне обошлась одна пощёчина. Меня по-прежнему трясёт от несправедливости происходящего. Признаю вину только за аварию. Вспоминаю этого Булочкина, и такая злость берёт. А теперь ещё и внезапно выясняется, что машину забрали на эвакуаторе.
Неужели Алексей всё-таки занялся моим авто. Приятно и непонятно. Надо бы позвонить, но что сказать. Извиниться? Так не за что. Поблагодарить? Надо. Да, Марта, надо.
Набираю его номер трясущейся рукой. Внутри противоречивые чувства. Не удивлюсь, если не захочет говорить со мной. И как на такое реагировать – не знаю.
Один гудок, два…
– Какой приятный день, дикая кошка сама идёт в руки, – его голос напоминает мурчание тигра.
А я с облегчением выдыхаю. Только сейчас заметила, что задерживала дыхание.
– Привет. Я позвонила в ГИБДД, мне сказали машину забрали.
– А зачем ты туда звонила, хорошая моя?
– Как это зачем? Ласточку мою забрать… – голос начинает подрагивать. Чую неладное.
– Милая моя, я тебе вчера говорил, что сам заберу?
– Говорил.
– Про автосервис говорил?
– Да, но…
– Что «но»? Ну, вот вроде мысль говорю чётко. Сиди, сложив лапки. Нет же, просто ничего не делать не можешь, да? Забрал, отвёз, привезу. САМ! Не беси, Марта! – уже откровенно рычит.
Слышу на фоне: «Беркут, собрание».
– Спасибо, – почти шепчу.
– Я твою благодарность в другом виде получу. А теперь, кошка, извини, работа. Целую.
И просто отключается.
Так, а делать-то мне что? А, точно. Ничего. Такого опыта у меня ещё не было.
Как-то неловко, непривычно это всё. Я привыкла рассчитывать только на себя. Да, родители ещё могут помочь в сложной ситуации, но я стараюсь к ним не обращаться. Потому что потом мне припомнят каждый рубль, ещё и преувеличат. А потом на протяжении пары месяцев мама при каждом разговоре будет вставлять колкости на тему моей несамостоятельности. Хотя, по факту я просила помощи последний раз в самом начале карьеры. Когда заработок был настолько мизерный, что мне не хватало на хлеб, в буквальном смысле. Мама почувствовала власть и начала указывать как мне жить, угрожая чуть что лишить помощи. Начались придирки не только к финансам, работе, но и к внешности. Сложная ситуация для меня. Потому что я видела, что родители меня любят, в этом сомнений не было, но как будто я не оправдала их ожиданий, или они себе нарисовали дочь, а я получилось другой.